Бывает такое, что вы проснулись, вышли из дома, а на улице полная тишина: на дорогах пусто? Нет этих вечных, надоедливых пробок. Более того: я сейчас скажу наверно что-то изумительное, но вы подумаете, что мальчик начитался фантастики (постапокалиптического толку). Однако, я хотел сказать, что на улице нет даже простых прохожих.
Добавить в моё избранное
249 мин, 57 сек 8332
— зачесал он в затылке, вспоминая, — двести тысяч пятьсот сорок семь жизней сна.
— Мда, сумма серьёзная, — деланно хмыкнула Люда. Она тоже решила подыграть, поскольку узнала тот язык, на котором можно общаться с этими зомби. — Можно, мы пока полетаем на вашей тарелке и подумаем?
— Дак это же мелочи! — ещё больше развеселился однорукий. — Подумаешь, две с половиной тысячи? Но зато смотрите, какой это замечательный звездолёт! Какой он чистый и вылизанный…
— А внутри, — вставил свою реплику Славик, — наверняка что-нибудь, да неисправно?
— Да быть такого не может! — закудахтал однорукий. — Это же новая модель! Сейчас такие нигде не делают. Я сам её изобрёл: специально летал для этого на другие планеты — подсматривал как там делают.
— Ну, — произнесла Люда, — доверяй, но проверяй… Если вы покажете, что она действительно работает… А на «нет» и суда нет — мы и пешком дойдём быстрее, чем через каждые четыре метра по полчаса будем её ремонтировать.
— Всё-таки зря вы отказываетесь! — с сожалением вздохнул Однорукий. — Вы такие же, как наши политики! Они тоже очень уж консервативные. Привыкли к местной рухляди, а НЛО им как будто бы и не надо! Лучше на своих склянках будут добираться. А мне что теперь? Вот, стой, да продавай её. А, ведь, если бы пустили НЛО в оборот производства, на нём… — говорил он мечтательно, — можно было бы летать в космос! Ведь оно целиком и полностью подчиняется любым вашим мыслям: может отапливать помещение, если вы вышли в открытый космос… Вы только захотите! И оно мигом сделает.
— Я всё понял, — проговорил Славик, — вы перекупщик краденого, а не изобретатель! Кто-то из ваших стырил или отвоевал эту тарелку у инопланетян, а Вы её сбываете.
— Ну и что? А хоть бы и так. Я-то здесь причём? Не я же её крал! А тех, кто украл, я сдавать не собираюсь — поищите другого дурака, юные мои стукачи.
— Мы вынуждены конфисковать вашу тарелку, — неожиданно выхватил Славик пистолет из-под свитера, а однорукий, словно не ожидал подобной выходки, пятился от тарелки в сторону леса и пятился.
— Дяденька, — успокаивала его Люда. — Мы правда заплатим! Вот проверим только как она работает, полетаем на ней немного и, если всё в порядке, то вернёмся и заплатим.
— Вы главно отсюда никуда не уходите, — дополнил Славик. — Дождитесь и мы обязательно вернёмся.
— Не забудьте — две с половиной тысячи! — напоминал тот указанную цену.
Угадав мысли Славика и Люды, что они хотят забраться вовнутрь, серебристо-серая окраска НЛО сделалась прозрачной в том месте, к которому эти двое подошли. А, когда Слава прикоснулся к борту этой «тарелки», попразрачневшая часть корпуса и вовсе исчезла. Когда Люда вошла вслед за Славиком, то корпус перестал быть прозрачным. То есть, можно сказать, дверца закрылась. «А как же я буду видеть то, что находится внизу? — подумал Слава. — Тут только внутри освещение. А, что находится снаружи, совершенно не видно. Я не буду знать, куда лечу». После того, как он это подумал, НЛО сделалось полностью невидимым и начало медленно подниматься в воздух. Когда «тарелка» набрала высоту (примерно такую, на которой летают птицы), то неожиданно ускорилась. Слава понял, что Однорукий не пошутил, когда хвастался по поводу«тарелки»; мол, она полностью подчиняется любым командам того, кто в неё залез, поскольку читает его мысли. И он подумал ещё раз: «Послушай, Тарелка, а ты не можешь сбавлять скорость, когда пролетаешь над каждым в отдельности городом? Мне кое-что нужно рассмотреть». И та, как он командовал, так и делала.
— Вот смотри, — показывал Славик пальцем всякий раз, как «тарелка-невидимка» пролетала над тем или иным городом. — В каждом городе стоит этот барак и вокруг него толпятся зомби! Теперь поверила? В каждом городе всё одинаково.
— То есть, ты хочешь сказать, что каждый город, над которым мы пролетаем, скопирован с твоего?
— Да, — сказал он, сам поражаясь её недоверчивости: пока полностью не покажешь ей, на слово никогда не поверит.
— А давай проверим? — ухмыльнулась Люда. — Спустимся к любому бараку, я в него войду, вытащу свой мобильник из мусора…
— То есть, ты хочешь сказать, что, если мы к каждому бараку будем подлетать и ты в каждом из мусора будешь откапывать телефоны, то телефон всё равно останется один?
— Ух ты! — обрадовалась Люда, — а это кстати хорошая идея. Давай попробуем? Если вся «тарелка» набьётся телефонами…
— Да не набьётся! Если тебе так сильно нужны телефоны, то подлети к любому салону сотовой связи и набери, сколько хочешь. Если выползет какой-нибудь продавец с пробитой головой, то наобещай ему воз и маленькую тележку. Ты же видишь: они тут все доверчивы и наивны… Как бабочки, в сам деле!
— Но мне нужен именно мой! В нём очень важные фотографии.
— Если тебя свой интересует, то нам надо возвращаться в наш город. То есть, к нашему бараку.
— Мда, сумма серьёзная, — деланно хмыкнула Люда. Она тоже решила подыграть, поскольку узнала тот язык, на котором можно общаться с этими зомби. — Можно, мы пока полетаем на вашей тарелке и подумаем?
— Дак это же мелочи! — ещё больше развеселился однорукий. — Подумаешь, две с половиной тысячи? Но зато смотрите, какой это замечательный звездолёт! Какой он чистый и вылизанный…
— А внутри, — вставил свою реплику Славик, — наверняка что-нибудь, да неисправно?
— Да быть такого не может! — закудахтал однорукий. — Это же новая модель! Сейчас такие нигде не делают. Я сам её изобрёл: специально летал для этого на другие планеты — подсматривал как там делают.
— Ну, — произнесла Люда, — доверяй, но проверяй… Если вы покажете, что она действительно работает… А на «нет» и суда нет — мы и пешком дойдём быстрее, чем через каждые четыре метра по полчаса будем её ремонтировать.
— Всё-таки зря вы отказываетесь! — с сожалением вздохнул Однорукий. — Вы такие же, как наши политики! Они тоже очень уж консервативные. Привыкли к местной рухляди, а НЛО им как будто бы и не надо! Лучше на своих склянках будут добираться. А мне что теперь? Вот, стой, да продавай её. А, ведь, если бы пустили НЛО в оборот производства, на нём… — говорил он мечтательно, — можно было бы летать в космос! Ведь оно целиком и полностью подчиняется любым вашим мыслям: может отапливать помещение, если вы вышли в открытый космос… Вы только захотите! И оно мигом сделает.
— Я всё понял, — проговорил Славик, — вы перекупщик краденого, а не изобретатель! Кто-то из ваших стырил или отвоевал эту тарелку у инопланетян, а Вы её сбываете.
— Ну и что? А хоть бы и так. Я-то здесь причём? Не я же её крал! А тех, кто украл, я сдавать не собираюсь — поищите другого дурака, юные мои стукачи.
— Мы вынуждены конфисковать вашу тарелку, — неожиданно выхватил Славик пистолет из-под свитера, а однорукий, словно не ожидал подобной выходки, пятился от тарелки в сторону леса и пятился.
— Дяденька, — успокаивала его Люда. — Мы правда заплатим! Вот проверим только как она работает, полетаем на ней немного и, если всё в порядке, то вернёмся и заплатим.
— Вы главно отсюда никуда не уходите, — дополнил Славик. — Дождитесь и мы обязательно вернёмся.
— Не забудьте — две с половиной тысячи! — напоминал тот указанную цену.
Угадав мысли Славика и Люды, что они хотят забраться вовнутрь, серебристо-серая окраска НЛО сделалась прозрачной в том месте, к которому эти двое подошли. А, когда Слава прикоснулся к борту этой «тарелки», попразрачневшая часть корпуса и вовсе исчезла. Когда Люда вошла вслед за Славиком, то корпус перестал быть прозрачным. То есть, можно сказать, дверца закрылась. «А как же я буду видеть то, что находится внизу? — подумал Слава. — Тут только внутри освещение. А, что находится снаружи, совершенно не видно. Я не буду знать, куда лечу». После того, как он это подумал, НЛО сделалось полностью невидимым и начало медленно подниматься в воздух. Когда «тарелка» набрала высоту (примерно такую, на которой летают птицы), то неожиданно ускорилась. Слава понял, что Однорукий не пошутил, когда хвастался по поводу«тарелки»; мол, она полностью подчиняется любым командам того, кто в неё залез, поскольку читает его мысли. И он подумал ещё раз: «Послушай, Тарелка, а ты не можешь сбавлять скорость, когда пролетаешь над каждым в отдельности городом? Мне кое-что нужно рассмотреть». И та, как он командовал, так и делала.
— Вот смотри, — показывал Славик пальцем всякий раз, как «тарелка-невидимка» пролетала над тем или иным городом. — В каждом городе стоит этот барак и вокруг него толпятся зомби! Теперь поверила? В каждом городе всё одинаково.
— То есть, ты хочешь сказать, что каждый город, над которым мы пролетаем, скопирован с твоего?
— Да, — сказал он, сам поражаясь её недоверчивости: пока полностью не покажешь ей, на слово никогда не поверит.
— А давай проверим? — ухмыльнулась Люда. — Спустимся к любому бараку, я в него войду, вытащу свой мобильник из мусора…
— То есть, ты хочешь сказать, что, если мы к каждому бараку будем подлетать и ты в каждом из мусора будешь откапывать телефоны, то телефон всё равно останется один?
— Ух ты! — обрадовалась Люда, — а это кстати хорошая идея. Давай попробуем? Если вся «тарелка» набьётся телефонами…
— Да не набьётся! Если тебе так сильно нужны телефоны, то подлети к любому салону сотовой связи и набери, сколько хочешь. Если выползет какой-нибудь продавец с пробитой головой, то наобещай ему воз и маленькую тележку. Ты же видишь: они тут все доверчивы и наивны… Как бабочки, в сам деле!
— Но мне нужен именно мой! В нём очень важные фотографии.
— Если тебя свой интересует, то нам надо возвращаться в наш город. То есть, к нашему бараку.
Страница 26 из 66
