Живые среди Мертвых

— Юноша указал рукой на платяной шкаф, стоящий в углу комнаты. Двери его были распахнуты.

Николай помотал головой. Произошедшее пугало его не столь смертью девушки, сколько тем, что мертвые становились умнее. Они словно обретали рассудок и учились думать.

— Ты слышал, этот мертвец умел разговаривать. — Григорий удивленно посмотрел на Николая, надеясь услышать от него какие-то разъяснения.

— Слышал. Эти твари развиваются и становятся все сообразительнее. Я не удивлюсь, если завтра они начнут ездить на машинах и стрелять по нам из ружей.

Глава двадцать вторая

Оказавшись в доме, Иван не стал долго осматриваться. Времени было и так мало, тем более, Олегу могла грозить опасность. Он на ходу окинул взглядом комнату и, поняв, что здесь все в порядке подошел к двери. Она была открыта, и Иван прошел в следующую комнату.

Топор Ивана был наготове. За последние часы он с ним будто сросся, став частью его руки, и сейчас Иван уже не мыслил, что может обходиться без него.

В маленькой комнате, где очутился Иван было так же тихо и спокойно. В голову закралась мысль о том, что, возможно, он не успел, и Олег уже мертв. Верить в это не хотелось, но сейчас это было единственным разумным объяснением.

Подходя к следующей двери, Иван неожиданно остановился. Ему показалось, что в соседней комнате что-то происходит, но что, было не разобрать. Звук был очень тихим, словно далеким, хоть и исходил из комнаты за стеной, почти неуловимый для человеческого слуха.

Дыхание участилось. Внутри Ивана словно боролись два человека, один из которых говорил — ворвись немедленно в комнату и пали по всем, что увидишь, другой же велел подождать и не спешить с подобными радикальными действиями.

По лбу покатился пот. Маленькая капля скатилась с виска по щеке и остановилась в уголке рта. Иван почувствовал соленый вкус, вкус его волнения и переживания. Он протер рукавом куртки лоб и облизнул пересохшие губы.

Левая рука легка на ручку двери. Иван уже был готов повернуть ее, как услышал вопль, раздавшейся за стеной. Не думая о последствиях, он ворвался в комнату.

В конце темной комнаты стоял Олег, но он был не один. В его руку, в которой он держал топор вцепился мертвец. Словно полицейская собака, наученная набрасываться на преступников и кусать их за руки, зомби впился в плоть Олега и рвал ее зубами.

— Помоги мне! — Завопил Олег. — Убей эту тварь. — Олег бил мертвого по голове, но это его не останавливало. Словно не чувствуя ударов, он продолжал терзать руку.

Иван отрубил голову мертвецу, и его тело рухнуло на пол. Голова же так и осталась висеть на руке. Олег кричал от боли. На шеи вздулись вены, а глаза были наполнены кровью.

Полицейский не знал, что делать. Он бросал взгляд то на обезглавленное тело, но на Олега, чья рука была почти отгрызена по локоть.

— Руби мне руку. — Силы покидали Олега, и он с трудом говорил. — Руби мне чертову руку по локоть пока я не заразился.

Но Иван медлил. Он не мог исполнить приказ Олега.

— Руби мне руку!

Иван не реагировал на просьбу, он боялся причинить боль Олегу, но еще больше боялся брать на себя ответственность за его жизнь.

Олег не мог ждать больше. Он нашел в себе силы и, наклонившись, поднял свой топор. Олег был еще рад, что повреждена оказалась левая рука, иначе, сейчас он не смог бы ничего поделать. Олег положил свою руку на стол и замахнулся топором.

Острая сталь блеснула в темноте. Она готова была обрушиться на руку и перерубить не только плоть, но и кость. Олег знал, что у него это выйдет с первого удара, но заставить себя сделать было непросто. Он закусил нижнюю губу, либо сейчас, либо никогда. Промедлив он еще секунду и, вероятно, от отрубленной руки не будет толку, он заразиться и станет одним из них.

Сильный удар, и топор перерубил руку, застряв в столе. Острая боль пронзила все тело, словно пропустили ток, начиная от руки и заканчивая ногами. Олег стиснул губы. Крик вырывался из него, но он старался его сдержать.

К Олегу подбежал Иван. Он обнял его за плечи и постарался усадить на землю, но Олег замотал головой в знак несогласия.

— Включи электрическую плиту. — Пролепетал Олег. — и расколи ее посильнее.

Иван понял, что хочет сделать Олег, мысленно ругая себя за то, что сам не догадался до этого. А ведь его учили оказанию медицинской помощи, и он сдал экзамен на отлично. Пусть этот метод и был крайним, но он был и верным. А крайние происшествия требуют крайних мер.

Плита была достаточно раскалена, и Олег подошел к ней. С руки текла кровь. Он пытался пережать вены, но особо успеха это не приносило, и с каждой секундой Олег становился слабее. Он чувствовал, как кружится голова, и вот-вот может потерять сознание.

Олег прижал руку к плите. Вторая его рука была во рту. Он закрыл ею рот, чтобы не стереть зубы в крошку, когда будет кричать и сжимать челюсть от боли.