В небольшом кабинете сидели двое мужчин и обсуждали детали предстоящего задания…
Добавить в моё избранное
195 мин, 42 сек 18043
Тогда и возвели чудо-мост, в котором соли больше, чем бетона. И изгиб с подъемом после «Спортивной» появился. А вот уже в шестидесятых, когда бункер в Кунцево и первую линию Метро-2 стали строить, тогда старые проекты и подняли. Какой смысл дублировать работу? И неспеша тоннель забабахали по старым проектам, но уже однопутный.
Павел поспешно что-то чертил и записывал в своем блокноте.
— Вот если ехать от станции «Спортивной» к«Университету», — тем временем продолжал их попутчик, чертя рукой в воздухе, невидимые линии веток метро. — Слева по курсу движения после «Спортивной» вначале видно перегон, соединяющий путь, по которому вы едете, с противоположным направлением. Затем по ходу поезда влево уходит ответвление. Официально это оборотный тупик, но он продолжается дальше, спускается между основными тоннелями под реку и по дуге круто уходит в сторону. Контактный рельс в этом тоннеле обрывается. Сам тоннель в итоге упирается в стальные ворота. Это единственный гейт обычного метро и Метро-2 в Москве. Въезд даже не стали маскировать. Люди невнимательны к тому, что впрямую не касается их жизни. Тысячи мужчин и женщин каждый день проезжали мимо этой решетки, но мало кто из них задался вопросом о том, что же находится за ней.
— То есть вы хотите сказать единственный путь соединяющий наше М2 с М2 в центральной части города? — поинтересовался Виктор.
— Да и, кстати, раз уж правительство Анклава так и не вышло на связь с основным метро, то я рискну предположить, что участок пути под рекой был разрушен и затоплен. Чему свидетельствует постоянно отсыревающая стенка гермозатвора с нашей стороны и установленное в этом месте оборудование для деградации воды.
— Чем же можно было разрушить тоннель глубоко под водой? — поинтересовался Виктор.
— О, люди преуспели в создании различного хитроумного оружия. Кто-то строил бункеры, а кто-то создавал оружие способное их уничтожать. В итоге множество различных факторов привело к тому, что мы имеем сейчас.
Когда планировали строительство Храма в честь победы в Отечественной войне 1812 года, было несколько проектов, один из них — построить храм на Воробьевых горах. Строительство не началось, так как здесь очень слабые грунты, которые не в состоянии выдержать крупного здания. Но что не смогли сделать царские архитекторы, сделали сталинские. Когда строили главное здание МГУ, то вырыли огромный котлован под фундамент, залили жидким азотом, потом поставили холодильные установки на то место, которое потом стало называться третьим подвалом или этаж «минус три». Этой зоне был присвоен статус сверхсекретной, так как в случае возможной диверсии и вывода из строя морозильников через неделю здание сплыло бы в Москва-реку. Заведовало третьим подвалом пятнадцатое управление КГБ, а затем ФСБ. Именно этот уровень МГУ соединяется с нашим подземным городом в Раменках и станцией Метро-2.
— Однако не сплыло, как можно видеть. Еще и домиком для всякой нечисти служит, — усмехнулся Виктор.
— Прямо аномальное явление, — задумчиво почесал бороду старичок. Значит, проектировщики себя недооценили. А вот знаете, что в Тропаревском лесопарке, за Академией Генштаба, можно увидеть вентиляционные шахты метро?
— Откуда же нам знать-то? Там сейчас такое! Мама не горюй! Я вот очень сомневаюсь, что кто-то туда захочет сунуться, чтобы проверить, — произнес Александр.
— Ну, сама Академия Генштаба — это строение с центральным зданием и боковыми вокруг него. Если смотреть с улицы, то в них было по пять этажей, а на самом деле намного больше. Лифт уходил под землю еще на несколько уровней. Внизу там было множество очень хорошо охраняемых мест, куда почти никто не мог попасть. Из некоторых источников было вытянуто, что это выход к Метро-2.
Когда не существовало проспекта Вернадского, на месте большого гостиничного комплекса «Салют» была грандиозно пересеченная местность: овраги, каскад прудов, речка. В семидесятых, это все аккуратно засыпали большим количеством грунта, взятым, вероятно, со строительства первой линии и подземного города в Раменках. Если провести линию от«Юго-Западной» в Очаково и отложить метров пятьсот, то мы бы попали на место, где было нечто похожее на бетонный заводик с подъемником и колесом наверху. Каждое утро вниз спускалась жуткая уймища народу. Все продолжалось до семьдесят девятого года. Основная строительная база первой линии — тот самый пресловутый бетонный заводик южнее МГУ. Именно там ввозились материалы, и вывозилась земля.
На очередном повороте серпантина состав сильно тряхнуло в сторону, заскрипели тормозные колотки, все похватались за поручни, однако старик даже не шелохнулся. Так и сидел, будто его приклеили к креслу.
— Есть сведения, что первую линию в восемьдесят седьмом удлинили. А вот, к примеру, есть в Подмосковье два интересных места. Это военный городок Власиха, он же Одинцово-10.
Павел поспешно что-то чертил и записывал в своем блокноте.
— Вот если ехать от станции «Спортивной» к«Университету», — тем временем продолжал их попутчик, чертя рукой в воздухе, невидимые линии веток метро. — Слева по курсу движения после «Спортивной» вначале видно перегон, соединяющий путь, по которому вы едете, с противоположным направлением. Затем по ходу поезда влево уходит ответвление. Официально это оборотный тупик, но он продолжается дальше, спускается между основными тоннелями под реку и по дуге круто уходит в сторону. Контактный рельс в этом тоннеле обрывается. Сам тоннель в итоге упирается в стальные ворота. Это единственный гейт обычного метро и Метро-2 в Москве. Въезд даже не стали маскировать. Люди невнимательны к тому, что впрямую не касается их жизни. Тысячи мужчин и женщин каждый день проезжали мимо этой решетки, но мало кто из них задался вопросом о том, что же находится за ней.
— То есть вы хотите сказать единственный путь соединяющий наше М2 с М2 в центральной части города? — поинтересовался Виктор.
— Да и, кстати, раз уж правительство Анклава так и не вышло на связь с основным метро, то я рискну предположить, что участок пути под рекой был разрушен и затоплен. Чему свидетельствует постоянно отсыревающая стенка гермозатвора с нашей стороны и установленное в этом месте оборудование для деградации воды.
— Чем же можно было разрушить тоннель глубоко под водой? — поинтересовался Виктор.
— О, люди преуспели в создании различного хитроумного оружия. Кто-то строил бункеры, а кто-то создавал оружие способное их уничтожать. В итоге множество различных факторов привело к тому, что мы имеем сейчас.
Когда планировали строительство Храма в честь победы в Отечественной войне 1812 года, было несколько проектов, один из них — построить храм на Воробьевых горах. Строительство не началось, так как здесь очень слабые грунты, которые не в состоянии выдержать крупного здания. Но что не смогли сделать царские архитекторы, сделали сталинские. Когда строили главное здание МГУ, то вырыли огромный котлован под фундамент, залили жидким азотом, потом поставили холодильные установки на то место, которое потом стало называться третьим подвалом или этаж «минус три». Этой зоне был присвоен статус сверхсекретной, так как в случае возможной диверсии и вывода из строя морозильников через неделю здание сплыло бы в Москва-реку. Заведовало третьим подвалом пятнадцатое управление КГБ, а затем ФСБ. Именно этот уровень МГУ соединяется с нашим подземным городом в Раменках и станцией Метро-2.
— Однако не сплыло, как можно видеть. Еще и домиком для всякой нечисти служит, — усмехнулся Виктор.
— Прямо аномальное явление, — задумчиво почесал бороду старичок. Значит, проектировщики себя недооценили. А вот знаете, что в Тропаревском лесопарке, за Академией Генштаба, можно увидеть вентиляционные шахты метро?
— Откуда же нам знать-то? Там сейчас такое! Мама не горюй! Я вот очень сомневаюсь, что кто-то туда захочет сунуться, чтобы проверить, — произнес Александр.
— Ну, сама Академия Генштаба — это строение с центральным зданием и боковыми вокруг него. Если смотреть с улицы, то в них было по пять этажей, а на самом деле намного больше. Лифт уходил под землю еще на несколько уровней. Внизу там было множество очень хорошо охраняемых мест, куда почти никто не мог попасть. Из некоторых источников было вытянуто, что это выход к Метро-2.
Когда не существовало проспекта Вернадского, на месте большого гостиничного комплекса «Салют» была грандиозно пересеченная местность: овраги, каскад прудов, речка. В семидесятых, это все аккуратно засыпали большим количеством грунта, взятым, вероятно, со строительства первой линии и подземного города в Раменках. Если провести линию от«Юго-Западной» в Очаково и отложить метров пятьсот, то мы бы попали на место, где было нечто похожее на бетонный заводик с подъемником и колесом наверху. Каждое утро вниз спускалась жуткая уймища народу. Все продолжалось до семьдесят девятого года. Основная строительная база первой линии — тот самый пресловутый бетонный заводик южнее МГУ. Именно там ввозились материалы, и вывозилась земля.
На очередном повороте серпантина состав сильно тряхнуло в сторону, заскрипели тормозные колотки, все похватались за поручни, однако старик даже не шелохнулся. Так и сидел, будто его приклеили к креслу.
— Есть сведения, что первую линию в восемьдесят седьмом удлинили. А вот, к примеру, есть в Подмосковье два интересных места. Это военный городок Власиха, он же Одинцово-10.
Страница 27 из 57
