В небольшом кабинете сидели двое мужчин и обсуждали детали предстоящего задания…
Добавить в моё избранное
195 мин, 42 сек 18054
— воспротивился Игорь, он хотел помочь пострадавшему, просто не мог его там бросить.
— Я сказал уходить на пустырь! Нам запрещено вступать в контакт с выжившими. Только замеры и разведка, — он подтолкнул в спину рядового.
Пробежав двести метров вниз по улице, обходя медцентр, группа оказалась перед пустырем. Им предстояло пройти полтора километра по открытой местности, это был самый кратчайший путь к станции. Сбавив темп, они двинулись вперед. Через триста пятьдесят метров поравнялись со зданием библиотеки. Над их головами, на максимально низкой высоте, пролетел штурмовик, оглушая звуковой волной. От него отделился какой-то предмет и упал у памятника Ломоносову.
— Чей это? — спросил Геннадий. Капитан хотел было предположить, что, наверное, наш, но в следующее мгновение раздался еще один сильнейший взрыв, озаряя окружающее пространство вокруг яркой вспышкой и поднимая ввысь столб земли. Все уцелевшие на этот момент стекла в корпусах, главном здании МГУ и библиотеке моментально выбило. Группа упала на землю.
— Не наш! — прокричал в ответ капитан. Полежав минуту и поняв, что самолет не вернется, он скомандовал: — Встать, курсом к песчаной насыпи, марш!
Они прошли уже половину отрезка, когда, прорезая толщу облаков и дыма, со стороны проспекта Вернадского в сторону МГУ, зашло звено штурмовых вертолетов.
— Капитан справа! — вовремя заметив приближающуюся опасность, доложил старшина. Они находились на открытой местности, деваться некуда, сейчас они были прекрасной мишенью.
— Ложись! — первым упал на землю капитан. Каково же было их удивление, когда слева, у строительной площадки, расталкивая остовы покореженных машин, на огромной скорости выехал на пустырь зенитный ракетно-пушечный комплекс «Тунгуска-М2», резко развернулся на месте и открыл ураганный ракетно-пушечный огонь, сея смерть в небе над столицей. Пулеметы изрыгнули длинную очередь, рассекая воздух трассерами, с огромной силой на улицу выкидывался рой стреляных гильз. От грохота пушек заложило уши. В следующую секунду экипаж боевой машины запустил крылатую ракету по захваченной цели. За зенитным комплексом поднялся столб пыли и огня. Ревя двигателем, она направилась к своей цели.
Первый штурмовик расцвел в небе яркой вспышкой, пилот не успел даже сообразить, что это было. Четыре других начали уходить в противоракетный маневр, отстреливая тепловые ловушки. Но пущенная вслед первой, вторая ракета все же настигла один из них. Боевая машина лишилась стабилизатора и, раскручиваясь вокруг своей оси, пошла вниз. Падая, экипаж решил, наверное, продать свою жизнь подороже, и начал отстреливать весь имеющийся боекомплект. Рой неуправляемых ракет полетел во всех направлениях, огонь пушки рассекал землю, поднимая фонтанчики вверх. Одна из ракет, отсоединившись от пилона, направилась в сторону главного здания МГУ. Весь отряд наблюдал за ее полетом, время для них будто замедлилось. Та врезалась в верхние этажи, разбрасывая осколки камня в стороны. Секунду спустя шпиль и часть этажей начали заваливаться в сторону аллей и со страшным скрежетом, будто стонав от боли, они рухнули с той стороны здания.
Совершив боевой разворот, вертолеты пошли на наземную цель. «Тунгуска» больше не стреляла ракетами, по всей видимости, они закончились. Ведя огонь из одних пушек, экипажу удалось сбить третий вертолет и зажечь четвертый. Опасно накренившись на левый борт, он сделал разворот и, чадя подбитым двигателем, ушел в сторону юго-востока. Последний штурмовик к этому времени подлетел на опасное расстояние и открыл огонь из бортовой пушки. Росчерк крупнокалиберных пуль прошел по корпусу боевой машины и та, дав свой последний залп, расцвела ярким пламенем. Последняя очередь точно попала в цель и пробила лобовую броню вертолета. Винтокрылая машина, потеряв управление, скорее всего из-за того, что оба пилота погибли, рухнула на строительную площадку, снося многотонные краны. Те, падая со страшным грохотом и стоном, подминали тонкий корпус вертолета, превращая его в блин. Через минуту все стихло. Один кран по-прежнему продолжал возвышаться над грудой своих собратьев.
В голове капитана от всего этого гвалта звенел набат. Он сел и пытался прийти в себя. Старшина подбежал к нему, и что-то говорил, но он ничего не слышал. Превозмогая головную боль, капитан повел группу к возвышавшемуся впереди жилому комплексу «Доминион», одно из зданий обрушилось на проспект и догорало. Из внутреннего двора, где была глубокая воронка, тянулся вверх тонкий столб дыма. Через двести шестьдесят метров они вышли к тыльной части северной ротонды станции «Университет».
Слух медленно возвращался к нему, вытесняя из головы противный звон. Аккуратно выглянув за угол, он осмотрелся. Площадь вокруг ротонды была усеяна телами людей, вещами и мусором. Всюду стояли транспортные средства. На вид постройка казалась целой. Но следовало проверить наверняка. И они направились внутрь. Аккуратно открыв дверь, вошли в темный вестибюль.
— Я сказал уходить на пустырь! Нам запрещено вступать в контакт с выжившими. Только замеры и разведка, — он подтолкнул в спину рядового.
Пробежав двести метров вниз по улице, обходя медцентр, группа оказалась перед пустырем. Им предстояло пройти полтора километра по открытой местности, это был самый кратчайший путь к станции. Сбавив темп, они двинулись вперед. Через триста пятьдесят метров поравнялись со зданием библиотеки. Над их головами, на максимально низкой высоте, пролетел штурмовик, оглушая звуковой волной. От него отделился какой-то предмет и упал у памятника Ломоносову.
— Чей это? — спросил Геннадий. Капитан хотел было предположить, что, наверное, наш, но в следующее мгновение раздался еще один сильнейший взрыв, озаряя окружающее пространство вокруг яркой вспышкой и поднимая ввысь столб земли. Все уцелевшие на этот момент стекла в корпусах, главном здании МГУ и библиотеке моментально выбило. Группа упала на землю.
— Не наш! — прокричал в ответ капитан. Полежав минуту и поняв, что самолет не вернется, он скомандовал: — Встать, курсом к песчаной насыпи, марш!
Они прошли уже половину отрезка, когда, прорезая толщу облаков и дыма, со стороны проспекта Вернадского в сторону МГУ, зашло звено штурмовых вертолетов.
— Капитан справа! — вовремя заметив приближающуюся опасность, доложил старшина. Они находились на открытой местности, деваться некуда, сейчас они были прекрасной мишенью.
— Ложись! — первым упал на землю капитан. Каково же было их удивление, когда слева, у строительной площадки, расталкивая остовы покореженных машин, на огромной скорости выехал на пустырь зенитный ракетно-пушечный комплекс «Тунгуска-М2», резко развернулся на месте и открыл ураганный ракетно-пушечный огонь, сея смерть в небе над столицей. Пулеметы изрыгнули длинную очередь, рассекая воздух трассерами, с огромной силой на улицу выкидывался рой стреляных гильз. От грохота пушек заложило уши. В следующую секунду экипаж боевой машины запустил крылатую ракету по захваченной цели. За зенитным комплексом поднялся столб пыли и огня. Ревя двигателем, она направилась к своей цели.
Первый штурмовик расцвел в небе яркой вспышкой, пилот не успел даже сообразить, что это было. Четыре других начали уходить в противоракетный маневр, отстреливая тепловые ловушки. Но пущенная вслед первой, вторая ракета все же настигла один из них. Боевая машина лишилась стабилизатора и, раскручиваясь вокруг своей оси, пошла вниз. Падая, экипаж решил, наверное, продать свою жизнь подороже, и начал отстреливать весь имеющийся боекомплект. Рой неуправляемых ракет полетел во всех направлениях, огонь пушки рассекал землю, поднимая фонтанчики вверх. Одна из ракет, отсоединившись от пилона, направилась в сторону главного здания МГУ. Весь отряд наблюдал за ее полетом, время для них будто замедлилось. Та врезалась в верхние этажи, разбрасывая осколки камня в стороны. Секунду спустя шпиль и часть этажей начали заваливаться в сторону аллей и со страшным скрежетом, будто стонав от боли, они рухнули с той стороны здания.
Совершив боевой разворот, вертолеты пошли на наземную цель. «Тунгуска» больше не стреляла ракетами, по всей видимости, они закончились. Ведя огонь из одних пушек, экипажу удалось сбить третий вертолет и зажечь четвертый. Опасно накренившись на левый борт, он сделал разворот и, чадя подбитым двигателем, ушел в сторону юго-востока. Последний штурмовик к этому времени подлетел на опасное расстояние и открыл огонь из бортовой пушки. Росчерк крупнокалиберных пуль прошел по корпусу боевой машины и та, дав свой последний залп, расцвела ярким пламенем. Последняя очередь точно попала в цель и пробила лобовую броню вертолета. Винтокрылая машина, потеряв управление, скорее всего из-за того, что оба пилота погибли, рухнула на строительную площадку, снося многотонные краны. Те, падая со страшным грохотом и стоном, подминали тонкий корпус вертолета, превращая его в блин. Через минуту все стихло. Один кран по-прежнему продолжал возвышаться над грудой своих собратьев.
В голове капитана от всего этого гвалта звенел набат. Он сел и пытался прийти в себя. Старшина подбежал к нему, и что-то говорил, но он ничего не слышал. Превозмогая головную боль, капитан повел группу к возвышавшемуся впереди жилому комплексу «Доминион», одно из зданий обрушилось на проспект и догорало. Из внутреннего двора, где была глубокая воронка, тянулся вверх тонкий столб дыма. Через двести шестьдесят метров они вышли к тыльной части северной ротонды станции «Университет».
Слух медленно возвращался к нему, вытесняя из головы противный звон. Аккуратно выглянув за угол, он осмотрелся. Площадь вокруг ротонды была усеяна телами людей, вещами и мусором. Всюду стояли транспортные средства. На вид постройка казалась целой. Но следовало проверить наверняка. И они направились внутрь. Аккуратно открыв дверь, вошли в темный вестибюль.
Страница 37 из 57
