Ты уходишь опять, глупо ссоримся мы, ты уходишь опять сквозь туманы и сны, ты уходишь опять и тебя не вернешь, на аллеях туман, так похожий на ложь…
Добавить в моё избранное
203 мин, 15 сек 2944
Звук шагов подруги, даже приглушенных темно-зеленым ковролином, я слышала отчетливо, не смотря на громко потрескивающее пламя огня. А его шагов я не слышала. Он словно из воздуха появился.
Встряхнув плечами, пытаясь сбросить наваждение, я встала и направилась к друзьям, стоящим у дверей и прислушивающихся к нашему разговору.
Подойдя поближе, увидела самодовольную улыбку Егора и сказала нарочито громко:
— А что ты так скалишься, Егорушка? Ночевать я буду с Данилом. — И уже повернувшись к его приятелю, спросила, — ты же не против, Дань? Я тебя не стесню.
И видя сомнение в глазах парня и постоянные взгляды на хмурого друга, решила подтолкнуть его к правильному решению:
— Это меньшее, что ты можешь для меня сделать. Ведь именно по вашей воле я здесь остаюсь.
Данил всегда был честным и ответственным парнем, поэтому тяжело вздохнув и бросив на друга извиняющийся взгляд, он ответил:
— Конечно, не против. Буду рад стать для тебя защитником на эту ночь.
— Спасибо, — тихо прошептала я, но парень кивнул, давая понять, что услышал слова благодарности.
Вздернув подбородок, я взяла парня за локоть и вышла из гостиной, чувствуя себя победительницей в этом небольшом, но важном для меня споре.
Комната Данила и Егора находилась в противоположном крыле второго этажа. Спальни друзей находились рядом, если что-то случится, то Егор сразу прибежит на помощь.
Так сказал мой бывший, заглянув к нам через десять минут после нашего ухода. Он прошелся по мне и Данилу ревностным взглядом и, убедившись, что все в порядке, ретировался.
Я осмотрелась. Сама спальня не сильно отличалась от моей комнаты. Из мебели здесь находился шкаф, кровать, кирпичный камин, уже согревающий своим теплом помещение, и небольшой диванчик. Дверь ведущая в ванную комнату, находилась со стороны кровати. Туалет и современная душевая кабинка, а также отсутствие разных флакончиков и непонятных скляночек немного успокоили мои расшатавшиеся нервы.
Мы сходили с моим временным телохранителем в мою комнату, чтобы я взяла необходимые для меня вещи и, выпив прописанные доктором таблетки, я тут же уснула.
Данил, как истинный джентльмен уступил мне кровать, приютившись на небольшом диванчике у окна.
Огонь в камине давно погас и по босым ногам тянуло холодом и сыростью. Снаружи клубилась серая туманная мгла, в которой старый раскидистый дуб едва различался.
Осмотревшись, я поняла, что опять нахожусь в спальне, которая меня так пугает. Хотя нет. Пугает меня весь этот особняк, а эту спальню я просто ненавижу и боюсь одновременно.
Мой взгляд упал трюмо, что стояло у моей кровати. В сером тусклом свете, проникающем из окна, в зеркале трюмо отражалась хрупкая красивая блондинка с серыми, практически серебристыми, моими глазами. Эта девушка из моих снов. Та, что бежала в тумане к этому особняку.
В душе все похолодело от ужаса. Неужели я опять сплю?
Потрогала себя за лицо и отражение в зеркале повторило мой жест. Это было так странно. Мне еще никогда не снились сны, в которых я осознавала, что сплю. Или не сплю?
А потом я услышала их — голоса. Они были еле уловимы, словно доносились из-за глухой стены. Я подошла к двери и голоса стали чуть громче, но кому они принадлежат и что они говорят, было не разобрать.
Я даже во сне умирала от страха и не хотела никуда идти, но та блондинка, в теле которой я находилась, видимо была бесстрашной девушкой. Она решительно открыла дверь и вышла в коридор.
Здесь было ненамного светлее, чем в спальне. По всей длине коридора тускло горели свечи в подсвечниках на стенах, еле-еле разгоняя чернильный мрак. А голоса становятся громче. Словно их хозяин приближается.
Сняв со стены один из серебряных подсвечников я, то есть правильнее будет сказать — мы, направились прямо навстречу этим странным голосам. По мере нашего сближения, стало понятно, что это детские голоса. И они не говорят, а напевают детскую песенку, страшную песенку, от которой у нас волоски на коже встали дыбом.
Тили-тили-бом
Закрой глаза скорее,
Кто-то ходит за окном,
И стучится в двери.
В этот момент в парадную дверь на первом этаже кто-то громко застучал. Я застыла от ужаса, не в силах не закричать, хотя очень хотелось позвать кого-нибудь на помощь, не сдвинуться с места, а ведь было искреннее желание бежать отсюда без оглядки.
Тем временем передо мной появились два серебристо-белых облачка, с каждой секундой приобретая очертания двух детей. Мальчика и девочки. Я, которая недавно видела этих детей, как мне казалось, в сне-воспоминании, мысленно взвыла от ужаса. Что же это происходит?
Либо я сплю и мне снится кошмар, либо у меня из-за лекарств и сотрясения, которое не разглядел доктор начались галлюцинации.
Встряхнув плечами, пытаясь сбросить наваждение, я встала и направилась к друзьям, стоящим у дверей и прислушивающихся к нашему разговору.
Подойдя поближе, увидела самодовольную улыбку Егора и сказала нарочито громко:
— А что ты так скалишься, Егорушка? Ночевать я буду с Данилом. — И уже повернувшись к его приятелю, спросила, — ты же не против, Дань? Я тебя не стесню.
И видя сомнение в глазах парня и постоянные взгляды на хмурого друга, решила подтолкнуть его к правильному решению:
— Это меньшее, что ты можешь для меня сделать. Ведь именно по вашей воле я здесь остаюсь.
Данил всегда был честным и ответственным парнем, поэтому тяжело вздохнув и бросив на друга извиняющийся взгляд, он ответил:
— Конечно, не против. Буду рад стать для тебя защитником на эту ночь.
— Спасибо, — тихо прошептала я, но парень кивнул, давая понять, что услышал слова благодарности.
Вздернув подбородок, я взяла парня за локоть и вышла из гостиной, чувствуя себя победительницей в этом небольшом, но важном для меня споре.
Комната Данила и Егора находилась в противоположном крыле второго этажа. Спальни друзей находились рядом, если что-то случится, то Егор сразу прибежит на помощь.
Так сказал мой бывший, заглянув к нам через десять минут после нашего ухода. Он прошелся по мне и Данилу ревностным взглядом и, убедившись, что все в порядке, ретировался.
Я осмотрелась. Сама спальня не сильно отличалась от моей комнаты. Из мебели здесь находился шкаф, кровать, кирпичный камин, уже согревающий своим теплом помещение, и небольшой диванчик. Дверь ведущая в ванную комнату, находилась со стороны кровати. Туалет и современная душевая кабинка, а также отсутствие разных флакончиков и непонятных скляночек немного успокоили мои расшатавшиеся нервы.
Мы сходили с моим временным телохранителем в мою комнату, чтобы я взяла необходимые для меня вещи и, выпив прописанные доктором таблетки, я тут же уснула.
Данил, как истинный джентльмен уступил мне кровать, приютившись на небольшом диванчике у окна.
Огонь в камине давно погас и по босым ногам тянуло холодом и сыростью. Снаружи клубилась серая туманная мгла, в которой старый раскидистый дуб едва различался.
Осмотревшись, я поняла, что опять нахожусь в спальне, которая меня так пугает. Хотя нет. Пугает меня весь этот особняк, а эту спальню я просто ненавижу и боюсь одновременно.
Мой взгляд упал трюмо, что стояло у моей кровати. В сером тусклом свете, проникающем из окна, в зеркале трюмо отражалась хрупкая красивая блондинка с серыми, практически серебристыми, моими глазами. Эта девушка из моих снов. Та, что бежала в тумане к этому особняку.
В душе все похолодело от ужаса. Неужели я опять сплю?
Потрогала себя за лицо и отражение в зеркале повторило мой жест. Это было так странно. Мне еще никогда не снились сны, в которых я осознавала, что сплю. Или не сплю?
А потом я услышала их — голоса. Они были еле уловимы, словно доносились из-за глухой стены. Я подошла к двери и голоса стали чуть громче, но кому они принадлежат и что они говорят, было не разобрать.
Я даже во сне умирала от страха и не хотела никуда идти, но та блондинка, в теле которой я находилась, видимо была бесстрашной девушкой. Она решительно открыла дверь и вышла в коридор.
Здесь было ненамного светлее, чем в спальне. По всей длине коридора тускло горели свечи в подсвечниках на стенах, еле-еле разгоняя чернильный мрак. А голоса становятся громче. Словно их хозяин приближается.
Сняв со стены один из серебряных подсвечников я, то есть правильнее будет сказать — мы, направились прямо навстречу этим странным голосам. По мере нашего сближения, стало понятно, что это детские голоса. И они не говорят, а напевают детскую песенку, страшную песенку, от которой у нас волоски на коже встали дыбом.
Тили-тили-бом
Закрой глаза скорее,
Кто-то ходит за окном,
И стучится в двери.
В этот момент в парадную дверь на первом этаже кто-то громко застучал. Я застыла от ужаса, не в силах не закричать, хотя очень хотелось позвать кого-нибудь на помощь, не сдвинуться с места, а ведь было искреннее желание бежать отсюда без оглядки.
Тем временем передо мной появились два серебристо-белых облачка, с каждой секундой приобретая очертания двух детей. Мальчика и девочки. Я, которая недавно видела этих детей, как мне казалось, в сне-воспоминании, мысленно взвыла от ужаса. Что же это происходит?
Либо я сплю и мне снится кошмар, либо у меня из-за лекарств и сотрясения, которое не разглядел доктор начались галлюцинации.
Страница 30 из 56
