Фура маневрировала по узким улочкам между стоявшими вплотную друг к другу сталинками, облупившимися от времени. Кое-где из земли шли рваные трещины, тянясь к небесам. Дома давно были признаны аварийными, но расселять в основном бывших работников швейного завода не спешили…
Добавить в моё избранное
192 мин, 3 сек 20029
Меня пытались оставить отдыхать в той самой каптёрке, где мы с Олей чистили картошку, но я смогла убедить Андрея, что мне лучше оставаться с ним. Он, как ни странно, согласился со мной и не отходил ни на шаг.
На улице уже было темно, и в свете фонарей любые лица искажались, а тени весело плясали, падая и закрывая всё вокруг. Гул вокруг стоял жуткий. Даже Любовь Степановна, сжалившаяся и вышедшая на помощь, не смогла угомонить бомжей. Они отталкивали друг друга в стороны, наступали на ноги, роняли своих же и шли по головам в надежде заполучить вещицу получше. На размер никто из них не смотрел.
Неподалёку, у ворот столпилось человек двадцать, не решающихся подойти. Нескольких я узнала — погорельцы. Нечаянно подслушала их разговор в очереди.
— Андрей, я пойду, схожу к ним.
Встав с большого чёрного мешка из-под мусора, на котором сидела, я взялась за его краешек и поволокла к воротам. Внутри лежали отобранные вещи, что были получше, некоторые совсем новые. Андрей сначала останавливал меня делить тряпки, ссылаясь на то, что тем самым я ставлю одних людей выше других, но мне было жалко их. Отдавать хорошие вещи разложившимся моральным уродам мне не позволяла брезгливость и чувство отвращения. Уж пусть лучше они послужат тому, кому действительно нужны. А таких здесь было не мало.
— О, милочка, — знакомый голос послышался надо мной, когда я искала в мешке очередную вещь. — Уже пришли в себя?
— Да.
Только сейчас я смогла разглядеть мужчину, который меня спас. Его абсолютно правильные черты лица просто поражали своей симметричностью, будто их создала не природа, а скульптор. Тёмные волосы уже слегка затронула седина, на подбородке выступала многодневная щетина. Одет он был словно бедный писатель советских времён: куртка потёрлась, брюки давно не видели утюга. Но всё это не мешало мужчине излучать обаяние.
— Спасибо, что помогли. Не знаю, что бы я делала, если бы…
Я остановилась на полуфразе, не давая воображению продолжить ту самую картину, которую оно уже давно нарисовало и жаждало показать во всей красе.
— Дала по лбу и жила спокойно.
— Если вы так говорите, — мужчина заразил меня своей улыбкой и спокойствием. — Кстати!
Я вновь нырнула в мешок, ища нужную вещь. В какой-то момент даже показалось, что я упустила её в общей куче, но нет. Пиджак лежал на самом дне: новенький, тёмно-серый, из грубого ворса и даже с биркой. Мама купила его отцу, но тот забросил его куда подальше, а когда опомнился — пиджак стал ему мал.
— Возьмите. Думаю, вам будет в самый раз.
Я протянула пиджак мужчине и он, взяв вещь, развернул её, повертел в руках и ощупал со всех сторон.
— Новый совсем. Давно мне никто таких подарков не делал. Спасибо, милочка.
— Носите на здоровье. Вам должно подойти.
— Девушка, а тёплой кофты у вас нет? — меня потянули за рукав, заставляя переключить внимание с собеседника.
Пока я возилась в поисках, мужчина успел уйти. На меня накатила лёгкая грусть, ведь я не успела попрощаться с ним, заодно и поблагодарить ещё раз. Да и просто хотелось подольше побыть рядом с ним. Не знаю из-за чего, но возникало чувство, что это был необычный мужчина. Личность психолога же в голове упорно твердила, что я просто успела мимолётно влюбиться в своего спасителя. И она, возможно, была права. Если перефразировать Винни Пуха, то вот он — мой любимый типаж.
В машину я забралась уже с большим трудом. О том, что поведу я, речи не шло. Андрей был настроен серьёзно, когда пристёгивал меня на пассажирском сидении рядом с собой. Будь его воля, он бы привязал меня к себе и не отпускал дальше, чем на десять метров, но старался сдерживать свои желания. Особенно при Оле, которую мы любезно согласились подбросить до дома. Её машина исчезла с места, где она припарковалась, и успела найтись на ближайшей штрафстоянке.
Их голоса усыпляли, чему я совсем не сопротивлялась, но из полудрёмы меня вывел сигнал пришедшего сообщения. Я на рефлексе вынула телефон из кармана, ожидая увидеть оповещение о нулевом балансе, но то, что там было, рукой сняло остатки сна.
«Ничего не спрашивай и не предпринимай. Я всё расскажу тебе завтра вечером. Геннадий Валерьевич».
— 5 -
Well, there«s a life and it» s out there for the taking.
Да, жизнь есть и она ждёт, когда ты возьмёшь её.
You can run and you can leave this behind.
Ты можешь убежать и оставить всё это позади.
I tell you it«s a trap and they caught you in the act,»
Послушай, это ловушка, тебя поймали на месте преступления,
Ain«t nothing but a state of mind.»
Но это всего лишь состояние твоей души.
I«m saving…»
Я спасаю…
Saving my life.
Я спасаю свою жизнь.
Gorgon City — Saving my life
«20.30 в Иферно. Одиннадцатый этаж».
На улице уже было темно, и в свете фонарей любые лица искажались, а тени весело плясали, падая и закрывая всё вокруг. Гул вокруг стоял жуткий. Даже Любовь Степановна, сжалившаяся и вышедшая на помощь, не смогла угомонить бомжей. Они отталкивали друг друга в стороны, наступали на ноги, роняли своих же и шли по головам в надежде заполучить вещицу получше. На размер никто из них не смотрел.
Неподалёку, у ворот столпилось человек двадцать, не решающихся подойти. Нескольких я узнала — погорельцы. Нечаянно подслушала их разговор в очереди.
— Андрей, я пойду, схожу к ним.
Встав с большого чёрного мешка из-под мусора, на котором сидела, я взялась за его краешек и поволокла к воротам. Внутри лежали отобранные вещи, что были получше, некоторые совсем новые. Андрей сначала останавливал меня делить тряпки, ссылаясь на то, что тем самым я ставлю одних людей выше других, но мне было жалко их. Отдавать хорошие вещи разложившимся моральным уродам мне не позволяла брезгливость и чувство отвращения. Уж пусть лучше они послужат тому, кому действительно нужны. А таких здесь было не мало.
— О, милочка, — знакомый голос послышался надо мной, когда я искала в мешке очередную вещь. — Уже пришли в себя?
— Да.
Только сейчас я смогла разглядеть мужчину, который меня спас. Его абсолютно правильные черты лица просто поражали своей симметричностью, будто их создала не природа, а скульптор. Тёмные волосы уже слегка затронула седина, на подбородке выступала многодневная щетина. Одет он был словно бедный писатель советских времён: куртка потёрлась, брюки давно не видели утюга. Но всё это не мешало мужчине излучать обаяние.
— Спасибо, что помогли. Не знаю, что бы я делала, если бы…
Я остановилась на полуфразе, не давая воображению продолжить ту самую картину, которую оно уже давно нарисовало и жаждало показать во всей красе.
— Дала по лбу и жила спокойно.
— Если вы так говорите, — мужчина заразил меня своей улыбкой и спокойствием. — Кстати!
Я вновь нырнула в мешок, ища нужную вещь. В какой-то момент даже показалось, что я упустила её в общей куче, но нет. Пиджак лежал на самом дне: новенький, тёмно-серый, из грубого ворса и даже с биркой. Мама купила его отцу, но тот забросил его куда подальше, а когда опомнился — пиджак стал ему мал.
— Возьмите. Думаю, вам будет в самый раз.
Я протянула пиджак мужчине и он, взяв вещь, развернул её, повертел в руках и ощупал со всех сторон.
— Новый совсем. Давно мне никто таких подарков не делал. Спасибо, милочка.
— Носите на здоровье. Вам должно подойти.
— Девушка, а тёплой кофты у вас нет? — меня потянули за рукав, заставляя переключить внимание с собеседника.
Пока я возилась в поисках, мужчина успел уйти. На меня накатила лёгкая грусть, ведь я не успела попрощаться с ним, заодно и поблагодарить ещё раз. Да и просто хотелось подольше побыть рядом с ним. Не знаю из-за чего, но возникало чувство, что это был необычный мужчина. Личность психолога же в голове упорно твердила, что я просто успела мимолётно влюбиться в своего спасителя. И она, возможно, была права. Если перефразировать Винни Пуха, то вот он — мой любимый типаж.
В машину я забралась уже с большим трудом. О том, что поведу я, речи не шло. Андрей был настроен серьёзно, когда пристёгивал меня на пассажирском сидении рядом с собой. Будь его воля, он бы привязал меня к себе и не отпускал дальше, чем на десять метров, но старался сдерживать свои желания. Особенно при Оле, которую мы любезно согласились подбросить до дома. Её машина исчезла с места, где она припарковалась, и успела найтись на ближайшей штрафстоянке.
Их голоса усыпляли, чему я совсем не сопротивлялась, но из полудрёмы меня вывел сигнал пришедшего сообщения. Я на рефлексе вынула телефон из кармана, ожидая увидеть оповещение о нулевом балансе, но то, что там было, рукой сняло остатки сна.
«Ничего не спрашивай и не предпринимай. Я всё расскажу тебе завтра вечером. Геннадий Валерьевич».
— 5 -
Well, there«s a life and it» s out there for the taking.
Да, жизнь есть и она ждёт, когда ты возьмёшь её.
You can run and you can leave this behind.
Ты можешь убежать и оставить всё это позади.
I tell you it«s a trap and they caught you in the act,»
Послушай, это ловушка, тебя поймали на месте преступления,
Ain«t nothing but a state of mind.»
Но это всего лишь состояние твоей души.
I«m saving…»
Я спасаю…
Saving my life.
Я спасаю свою жизнь.
Gorgon City — Saving my life
«20.30 в Иферно. Одиннадцатый этаж».
Страница 30 из 54
