Вот уже тридцать лет, небольшой городок медленно уходит под песок, что беспрестанно приносит горячий ветер из сердца раскаленной пустыни. Окраины давно уже скрылись под пологими и сыпучими барханами, на которых росла редкая верблюжья колючка и жалкие кустики саксаула с редкими вкраплениями уродливо торчащих бетонных плит и причудливо изогнутой арматурной сетки. Городскому центру повезло несколько больше — если окраины большей частью состояли из самых старых трехэтажных, редко четырехэтажных кирпичных построек, то дальше шли дома повыше, построенные из массивных бетонных плит…
Добавить в моё избранное
194 мин, 7 сек 11433
Людей нагнали, плиту подняли, а там вся компания лежит. Вадик Урод и люди его. Кругом лежат. А посреди зола потухшего костра, бутылки пустые из-под самогона, рюкзаки, оружие. Ничего не тронуто. Вообще ничего — даже огнестрелы на месте оказались. Такие вот дела.
— Интересно — задумчиво протянул Борис — Странно как-то… чтобы козырек рухнул и сразу всех похоронил? Так бывает?
— Всякое бывает — пожал я плечами — Дома старые. Да и суть не в этом. У Пахана людей хватает. Просто он повод ищет, чтобы Бессадулину предъяву кинуть. Но не вышло — весь шмот у погибших на месте, даже иголка не пропала. Тела осмотрели, все чисто. Нет ни ножевых, ни пулевых ранений. А Пахан все свое гнет — бессадулинские мол моих ребятишек положили. И упирает на то, что случилось это на территории Татарина, аккурат рядом с ТЦ.
— А ты что думаешь? — неожиданно спросил русский.
— А я ничего не думаю — ответил я абсолютную правду — Все в городе и так знают, что скоро Пахан с Татарином схлестнется. Не сегодня так завтра. Вопрос времени.
— Ладно… а с дочкой его как вышло?
— Про это вообще не в курсе. Только слухи один другого страшнее ползут — то ли девчонки на стаю заглотов нарвались, то ли варан в город забрел, то ли еще какая тварь их порвала. Только не спрашивай, что я об этом думаю — попросил я, выставив перед собой ладонь — Если бы я их тела видел, то сразу бы сказал, какой зверь поработал. А так… одни страшилки.
— А ты не видел?
— Куда там! Как остатки тел нашли, Пахан то место полностью оцепить велел. Лично каждый угол обшарил, под каждый камень заглянул. Потом все что от девчонок осталось в мешки собрали и увезли. Я только кровь и видел, больше ничего. В общем, сейчас счет 3:0 в пользу Бессадулина. У Пахана сплошная череда неудач.
— Вадим Урод это раз. Лика это два… а три?
— Вы — коротко ответил я.
— Мы договорились о помощи с Бессадулиным… — понял меня русский — Хм… интересный расклад получается.
— Ага. Фитиль был уже готов, а вы можно сказать огонек поднесли — скупо улыбнулся я — Вообще люди говорят, что у города должен быть только один хозяин.
— И к которому из двух больше склоняются?
— Сложно сказать. Мне вообще без разницы. Я простой охотник и в чужие дела не лезу. Борис, если хочешь услышать все мыслимые и немыслимые расклады и предположения, то иди вон у того костерка посиди с полчаса — я ткнул зажатым в руке ножом в сторону автобуса — Такого наслушаешься…
— Может, и схожу — прогудел Борис, даже не взглянув в указанном направлении — А теперь о Яме поговорим. Ильяса я послушал, теперь твоя очередь. Не егози, Битум! Ты наш проводник, вот и говори все что знаешь. Если Ильясу верить, то там сам черт сидит, в этой вашей Яме! И по глазам его видно — напуган мужик не на шутку!
— Я не егожу! Просто не люблю говорить о вещах, в которых не ухом не рылом! Я не знаю ничего о Яме кроме сказок и ночных страшилок, Борис. Ты знаешь, когда наши местные о Яме вспоминают? За ужином! Во время посиделок около костра от скуки языками чешут. Говорят много, но суть в том, что никто из них здесь никогда не бывал и своими глазами ничего не видел. Разве что кроме стариков, которые еще до войны здесь работали. А это сколько лет тому назад было!
— Яма это карьер, верно?
— Угу. Но по сути все верно — невероятно здоровенная дыра в земле. Я в старых книгах и журналах фотографии видел. Глубина метров шестьсот, в ширину с километр будет, не меньше. Но стены не отвесные… словно ступеньками вниз спускаются.
— Уступами — добавил Борис и я согласно кивнул:
— Да, уступами. Как гигантская лестница. До войны там руду добывали и к заводу отвозили на переработку. Но это раньше было, про то разговору нет. Люди про нынешнюю Яму сказки рассказывают. Вот ты про завод меня спрашивал — это совсем другое дело. Потому что люди там бывали! Все своими глазами видели. И людоедов и поезд на ржавых рельсах. А около Ямы никто не бывал. Ни охотники в ту сторону не суются, ни поселений там нет. Вернее был один поселок, но кто знает, что с ним сейчас случилось. А я верю только в то, что видел либо сам, либо слышал от проверенных людей, которые зря болтать не станут.
— Ты все же расскажи — неожиданно мягко попросил Борис — Я ценю тот факт, что стараешься отделять зерна от плевел, так сказать. Ну, что даешь только проверенную информацию, в которой сам уверен. Ты просто говори, а я послушаю.
— И я послушаю, можно? — попросила подошедшая Инга, опускаясь на песок рядом с командиром.
Борис неопределенно хмыкнул, но возражать не стал.
— Ладно — сдался я — Ильяс тебе это все уже наверняка рассказал, но мне повторить не сложно. Начну с самой правдивой и совсем не страшной истории. Похоже, с нее все и началось. Короче, в Яме и на заводе осталось очень много брошенной техники и запчастей. Некоторую часть вывезли в город, но далеко не все.
— Интересно — задумчиво протянул Борис — Странно как-то… чтобы козырек рухнул и сразу всех похоронил? Так бывает?
— Всякое бывает — пожал я плечами — Дома старые. Да и суть не в этом. У Пахана людей хватает. Просто он повод ищет, чтобы Бессадулину предъяву кинуть. Но не вышло — весь шмот у погибших на месте, даже иголка не пропала. Тела осмотрели, все чисто. Нет ни ножевых, ни пулевых ранений. А Пахан все свое гнет — бессадулинские мол моих ребятишек положили. И упирает на то, что случилось это на территории Татарина, аккурат рядом с ТЦ.
— А ты что думаешь? — неожиданно спросил русский.
— А я ничего не думаю — ответил я абсолютную правду — Все в городе и так знают, что скоро Пахан с Татарином схлестнется. Не сегодня так завтра. Вопрос времени.
— Ладно… а с дочкой его как вышло?
— Про это вообще не в курсе. Только слухи один другого страшнее ползут — то ли девчонки на стаю заглотов нарвались, то ли варан в город забрел, то ли еще какая тварь их порвала. Только не спрашивай, что я об этом думаю — попросил я, выставив перед собой ладонь — Если бы я их тела видел, то сразу бы сказал, какой зверь поработал. А так… одни страшилки.
— А ты не видел?
— Куда там! Как остатки тел нашли, Пахан то место полностью оцепить велел. Лично каждый угол обшарил, под каждый камень заглянул. Потом все что от девчонок осталось в мешки собрали и увезли. Я только кровь и видел, больше ничего. В общем, сейчас счет 3:0 в пользу Бессадулина. У Пахана сплошная череда неудач.
— Вадим Урод это раз. Лика это два… а три?
— Вы — коротко ответил я.
— Мы договорились о помощи с Бессадулиным… — понял меня русский — Хм… интересный расклад получается.
— Ага. Фитиль был уже готов, а вы можно сказать огонек поднесли — скупо улыбнулся я — Вообще люди говорят, что у города должен быть только один хозяин.
— И к которому из двух больше склоняются?
— Сложно сказать. Мне вообще без разницы. Я простой охотник и в чужие дела не лезу. Борис, если хочешь услышать все мыслимые и немыслимые расклады и предположения, то иди вон у того костерка посиди с полчаса — я ткнул зажатым в руке ножом в сторону автобуса — Такого наслушаешься…
— Может, и схожу — прогудел Борис, даже не взглянув в указанном направлении — А теперь о Яме поговорим. Ильяса я послушал, теперь твоя очередь. Не егози, Битум! Ты наш проводник, вот и говори все что знаешь. Если Ильясу верить, то там сам черт сидит, в этой вашей Яме! И по глазам его видно — напуган мужик не на шутку!
— Я не егожу! Просто не люблю говорить о вещах, в которых не ухом не рылом! Я не знаю ничего о Яме кроме сказок и ночных страшилок, Борис. Ты знаешь, когда наши местные о Яме вспоминают? За ужином! Во время посиделок около костра от скуки языками чешут. Говорят много, но суть в том, что никто из них здесь никогда не бывал и своими глазами ничего не видел. Разве что кроме стариков, которые еще до войны здесь работали. А это сколько лет тому назад было!
— Яма это карьер, верно?
— Угу. Но по сути все верно — невероятно здоровенная дыра в земле. Я в старых книгах и журналах фотографии видел. Глубина метров шестьсот, в ширину с километр будет, не меньше. Но стены не отвесные… словно ступеньками вниз спускаются.
— Уступами — добавил Борис и я согласно кивнул:
— Да, уступами. Как гигантская лестница. До войны там руду добывали и к заводу отвозили на переработку. Но это раньше было, про то разговору нет. Люди про нынешнюю Яму сказки рассказывают. Вот ты про завод меня спрашивал — это совсем другое дело. Потому что люди там бывали! Все своими глазами видели. И людоедов и поезд на ржавых рельсах. А около Ямы никто не бывал. Ни охотники в ту сторону не суются, ни поселений там нет. Вернее был один поселок, но кто знает, что с ним сейчас случилось. А я верю только в то, что видел либо сам, либо слышал от проверенных людей, которые зря болтать не станут.
— Ты все же расскажи — неожиданно мягко попросил Борис — Я ценю тот факт, что стараешься отделять зерна от плевел, так сказать. Ну, что даешь только проверенную информацию, в которой сам уверен. Ты просто говори, а я послушаю.
— И я послушаю, можно? — попросила подошедшая Инга, опускаясь на песок рядом с командиром.
Борис неопределенно хмыкнул, но возражать не стал.
— Ладно — сдался я — Ильяс тебе это все уже наверняка рассказал, но мне повторить не сложно. Начну с самой правдивой и совсем не страшной истории. Похоже, с нее все и началось. Короче, в Яме и на заводе осталось очень много брошенной техники и запчастей. Некоторую часть вывезли в город, но далеко не все.
Страница 53 из 54
