«Лифт не вызывать, потому что я его занял. Маньяк». (Извиняющимся тоном)...
Добавить в моё избранное
197 мин, 47 сек 18472
Когда на снегу валялись два обрубка-ботинка, то дальше ещё легче: отрубить ноги до такой длинны, на какой рост претендуешь… То есть, о каком росте мечтаешь. Поэтому чел, пока довершал начатое, у него в это время топилась печка, и он покидал обе свои щиколотки в котелок. То же самое он проделал с культями, которые остались у него по колено (не хотелось рубить кость — по хрящу долбануть колуном как-то более удобней; тем более, что рост будет максимально маленький; даже, наверно, меньше, чем у его сынишки, не вернувшегося ещё из школы — не принёсшего новые двойки), то есть поварил их маленько в кипятке.
Спрашиваете, для чего он всё это сделал? Для сущей ерунды: чтобы две щиколотки можно было пришить к коленям. И так он и поступил. Слава богу, швейная машинка дуры-жены работала (не угробила её ещё окончательно эта неумёха), поэтому он, чтобы не растягивать до утра, быстренько всё присобачил и, как говорится, привёл в необходимый вид. Теперь остаётся совсем смешное: ждать, пока кость не срастётся. Ведь в детстве он ломал пару раз себе руку? Всё срослось, как по маслу!
Только одну неважную мелочь забыл наш герой. Когда он ломал себе руку, то ему всякий раз накладывали гипс на перелом. Может быть, раз он забыл про такую чепуху, то именно это его несколько разозлило? Но нет — сегодня его злить ровным счётом ничто было не должно. Тем более, что в магазин за бутылкой он сходить собирался ещё до того, как взялся ушивать себе ноги.
Так он попытался… встать. Встать на новые свои щиколотки. Вернее, на ступни.
Странно, но у него всё получилось. Он встал и даже смог идти.
А что делать человеку, если от накатившего на него безумия, не чувствует боли?
Правда, от дома, от калитки, он не очень далеко ушёл. Свалился в снег и лежал, пока первый, мимоходом, его не опознал. Правда, тот опознал не его самого, так как наш герой упал не на спиночку, а лицом… прямо лицом, взял, и упал. Он опознал, скорее, странное создание. Поначалу этому прохожему даже показалось, что у него мерещится с белой горячки, так как не бывает, чтобы у мужика, даже если он пьяный и как медведь в снегу заснул, ноги были по длине короче, чем туловище. Но, перевернув сваленного на спину, присмотрелся внимательней, и понял: «Точно, не примерещилось! Это ж Федька… Свояк мой… Эй, Федька! Ты чегось, уснул что ли? Чертяга. Не спи, уши замёрзнут».
Но Федька не уснул. Умер он, от гангрены.
— Во, чего водка с людьми делает, — промычал тот, почесав затылок и решил не идти в магазин за бутылкой. — Так, ведь, и околеть недолго.
— Какой я тебе господин? — засмеялся парень. — Ты с луны прилетел или в третьем веку родился?
— А какой сейчас век? — живо заинтересовался незнакомец.
— Конец двадцать первого! — соврал ему парень, решив, что если слова «конец» и«21» скаламбурит, то выглядеть будет очень умно. — Ты наверно во времени запутался?, или с луны прилетел?
Странный незнакомец грустно пожал плечами. Но вдруг его заинтересовал игрушечный револьвер парня, и тут же оживился:
— Простите, а револьвер Ваш заряжен?
Парень взглянул на «револьвер».
— А как же, — с гордостью произнёс он, — конечно заряжен!
— А какие в нём пули?
Парень обратил внимание на пришельца с прошлого века и решил, что можно немного пофантазировать.
— Видите ли, достопочтенный господин, — деликатно начал парень, — всё дело в том, что в наш высокоразвитый двадцатый век стали производить пули, способные для космических войн, но если их применять в быту, то, должен заметить, что пули эти очень опасны — они невзрывчаты и беззвучны. И в каждой из данных пуль имеются миллионы, даже миллиарды микроустройств, способных уничтожить любое живое существо.
— Именно Вы мне и нужны! — он аж прослезился.
А парень пошарил по карманам и нашёл дюпель, заточенный под отмычку. — Я должен показать Вам образец этой пули; мы внедрили её в производство ещё в начале столетия, воспроизводя образец в тысячи раз. Сейчас мы достигли вершины, и учёные всего мира ломают голову над процессом нового варианта этого образца пуль, и…
— Понимаете, — перебил его незнакомец, стараясь объяснить ему нечто сверхъестественное, — дело в том, что дом мой находится… как бы Вам это объяснить? за миллиарды тысячелетий до нашей эры; может и больше.
Парень тут же слепил серьёзную и сочувственную гримасу.
— А вокруг бродят чудовища, — продолжал тот. — Так я бы попросил Вас оказать мне услугу. Сам-то я родился в XIX веку, а как попал за миллиарды тысячелетий, а затем к вам в ХХ век, не знаю.
Спрашиваете, для чего он всё это сделал? Для сущей ерунды: чтобы две щиколотки можно было пришить к коленям. И так он и поступил. Слава богу, швейная машинка дуры-жены работала (не угробила её ещё окончательно эта неумёха), поэтому он, чтобы не растягивать до утра, быстренько всё присобачил и, как говорится, привёл в необходимый вид. Теперь остаётся совсем смешное: ждать, пока кость не срастётся. Ведь в детстве он ломал пару раз себе руку? Всё срослось, как по маслу!
Только одну неважную мелочь забыл наш герой. Когда он ломал себе руку, то ему всякий раз накладывали гипс на перелом. Может быть, раз он забыл про такую чепуху, то именно это его несколько разозлило? Но нет — сегодня его злить ровным счётом ничто было не должно. Тем более, что в магазин за бутылкой он сходить собирался ещё до того, как взялся ушивать себе ноги.
Так он попытался… встать. Встать на новые свои щиколотки. Вернее, на ступни.
Странно, но у него всё получилось. Он встал и даже смог идти.
А что делать человеку, если от накатившего на него безумия, не чувствует боли?
Правда, от дома, от калитки, он не очень далеко ушёл. Свалился в снег и лежал, пока первый, мимоходом, его не опознал. Правда, тот опознал не его самого, так как наш герой упал не на спиночку, а лицом… прямо лицом, взял, и упал. Он опознал, скорее, странное создание. Поначалу этому прохожему даже показалось, что у него мерещится с белой горячки, так как не бывает, чтобы у мужика, даже если он пьяный и как медведь в снегу заснул, ноги были по длине короче, чем туловище. Но, перевернув сваленного на спину, присмотрелся внимательней, и понял: «Точно, не примерещилось! Это ж Федька… Свояк мой… Эй, Федька! Ты чегось, уснул что ли? Чертяга. Не спи, уши замёрзнут».
Но Федька не уснул. Умер он, от гангрены.
— Во, чего водка с людьми делает, — промычал тот, почесав затылок и решил не идти в магазин за бутылкой. — Так, ведь, и околеть недолго.
Дом времени
— Господин! — окликнул интеллигент в чёрном длинном плаще-летучей мыши одного бродягу в потёртых джинсах и старой облезшей кожанке. На ногах бродяги была некая скверная пародия на сапоги, а к поясу пристёгнут детский револьвер, не иначе для красоты.— Какой я тебе господин? — засмеялся парень. — Ты с луны прилетел или в третьем веку родился?
— А какой сейчас век? — живо заинтересовался незнакомец.
— Конец двадцать первого! — соврал ему парень, решив, что если слова «конец» и«21» скаламбурит, то выглядеть будет очень умно. — Ты наверно во времени запутался?, или с луны прилетел?
Странный незнакомец грустно пожал плечами. Но вдруг его заинтересовал игрушечный револьвер парня, и тут же оживился:
— Простите, а револьвер Ваш заряжен?
Парень взглянул на «револьвер».
— А как же, — с гордостью произнёс он, — конечно заряжен!
— А какие в нём пули?
Парень обратил внимание на пришельца с прошлого века и решил, что можно немного пофантазировать.
— Видите ли, достопочтенный господин, — деликатно начал парень, — всё дело в том, что в наш высокоразвитый двадцатый век стали производить пули, способные для космических войн, но если их применять в быту, то, должен заметить, что пули эти очень опасны — они невзрывчаты и беззвучны. И в каждой из данных пуль имеются миллионы, даже миллиарды микроустройств, способных уничтожить любое живое существо.
— Именно Вы мне и нужны! — он аж прослезился.
А парень пошарил по карманам и нашёл дюпель, заточенный под отмычку. — Я должен показать Вам образец этой пули; мы внедрили её в производство ещё в начале столетия, воспроизводя образец в тысячи раз. Сейчас мы достигли вершины, и учёные всего мира ломают голову над процессом нового варианта этого образца пуль, и…
— Понимаете, — перебил его незнакомец, стараясь объяснить ему нечто сверхъестественное, — дело в том, что дом мой находится… как бы Вам это объяснить? за миллиарды тысячелетий до нашей эры; может и больше.
Парень тут же слепил серьёзную и сочувственную гримасу.
— А вокруг бродят чудовища, — продолжал тот. — Так я бы попросил Вас оказать мне услугу. Сам-то я родился в XIX веку, а как попал за миллиарды тысячелетий, а затем к вам в ХХ век, не знаю.
Страница 7 из 54
