Покидая свой дом, веди себя так, Словно видишь перед собой врага. Юдзан Дайдодзи, «Будосёсинсю» (Путь самурая)… Все описанные события — вымышленные. Любое совпадение персонажей с реально существующими людьми — чистая, и, даже, непредвиденная случайность.
Добавить в моё избранное
181 мин, 38 сек 10812
Радиоволны, тепловое излучение, шум двигателя — мало ли что они могли запеленговать? Когда джипы начали разворачиваться, я понял — действовать надо быстро.
— Татарин! — толкнул я в бок стрелка. — Выключи их!
Закиров издал короткий смешок и надавил на крючок винтовки. В-94 оглушительно громыхнула, и у «Хаммера», который совершенно по библейски из последнего стал первым, в районе переднего колеса зажглась яркая звезда. Тяжелый внедорожник дал крен на бок, и нырнул носом в дорожную пыль. Eins.
Следовавший за ним «Дефендер», в котором находилась Даша, едва не опрокинувшись на бок, круто повернул, чтобы избежать столкновения, но 12,7-миллиметровая игла, выпущенная Булатом, нашла свою цель, пробив сталь над колесом, блок цилиндров, вышла с другой стороны и зарылась в грунт. Das ist zwei.
С третьей машиной снайпер вообще не церемонился, снеся голову водителю, и, скорее всего, его соседу на переднем сидении. Неуправляемый «Rover», описав широкую дугу, докатился до обочины, свалился в кювет, и, опрокинувшись, сделав «уши», подставил под выстрел незащищенное пузо. Drei.
— Гори, гори ясно, — процедил сквозь зубы Булат, всаживая четверную маслину.
Только всадил он бронебойно-зажигательный патрон, вопреки моим ожиданиям, не в замыкающий автомобиль, а в открывшийся, торчащий между колес джипа, как вымя у коровы, бензобак. По воздуху вокруг беспомощного внедорожника, словно круги по воде, прошла волна еле заметной ряби. Оглушительный взрыв, подбросивший многотонную стальную тушу «Защитника» на несколько метров вверх, мгновенно впитал в себя кислород из окружающей его атмосферы, давая пищу пламени.
Эффектный выстрел. Жалко, что не эффективный. При стрельбе из оружия такого калибра не стоит рассчитывать, что противник потратит слишком много времени на поиски огневой точки. Так оно получилось и на этот раз. Стрелок еще не успел прицелиться в четвертый автомобиль, чтобы выпустить последний патрон, а янки уже поливали огнем нашу позицию. И если венгерские «Калаши», легко узнаваемые по второй рукоятке на цевье, на дистанции в полкилометра была нестрашны, то стук спешно расчехленного крупнокалиберного пулемета «Хаммера», отдаленно напоминавшего «Браунинг» M2HB 1921 года, заставил нас вжаться в землю. Его пули, кроша камни и вспахивая целину, ложились вокруг, грозя отправить нас вслед моему героическому однофамильцу, матросу и герою Гражданской войны.
— Pimmel, — обругал я Закирова, спасаясь от смертоносных жал за валуном.
Появилось огромное желание повернуть чуть-чуть, градусов на девяносто, ствол «Грозы» и нажать на спуск. Но я себе пересилил.
Вернее, даже не так. Татарину повезло — со стороны дороги раздался хорошо знакомый грохот ГШ-6-23. Шквал «Браунингов» переключился на бронетранспортеры, и я смог высунуться из-за своего укрытия.
Обе машины надвигались на янкелей, извергая огонь из всех стволов. Однако садить по агрессорам они опасались, стреляя поверх голов. Где-то там, в этой куче мала, находилась девчонка, чья жизнь стоила двадцать миллионов. Очень скоро поняв, что автоматы здесь бесполезны, диверсанты взялись за реактивные M72, но мои молодцы опередили НАТОвцев, окутав машины густым, непроницаемым туманом дымовых шашек. Гранаты пронеслись мимо, не причинив бронеходам ни малейшего вреда.
Наибольшую опасность как раз и представляли пулеметы «Хаммеров», иглы которых, пронзая клубы темно-серого дыма, пытались нащупать БТРы. Снайпер, вовремя оценив ситуацию, облизнув губы, вколотил пятый патрон точнехонько в затворную коробку одного из «Браунингов», навсегда заклинив его. Но второй продолжал играть в «морской бой» с клубами дыма, словно спицей протыкая их, продолжая искать броневики.
— Татарин, потуши его! — приказал я.
Закиров протянул руку к подсумку со сменным магазином, но встретил на его месте пустоту. Срезанный, то ли шальным осколком, то ли отлетевшим, острым, как бритва, осколком камня, подсумок лежал в нескольких десятках метров, продолжая медленно сползать по холму. Булат бросил на меня виноватый взгляд, но помочь заткнуть пулемет это никак не могло.
— Я… — раскрыл он рот. — Ну…
— Geh zum Teufel! — буркнул я, вставая на ноги.
Маслины пятидесятого калибра, которыми шмалял «Браунинг», для радара «Арены» были не видны. Не потому что конструктора просчитались, а потому что… ну, нереально перехватить такой рой пуль каким угодно перехватчиком. Значит, и заморачиваться на этот счет не стоит. А покрошить бронеходы их мощности вполне хватит. И, даже если пулеметчик еще не нащупал наши чудо-машины, это ненадолго. Ребят надо было спасать.
— Geronimo! — завопил я, сбегая по крутому склону холма, и строча из ТКБ.
— No pasaran! — поддержал меня стрелок.
Оставив винтовку на вершине холма, вооружившись «Каштаном», он пыхтел рядом. Янки, слишком занятые процеживанием дыма через мелкое сито стальных шипов, даже не обратили на нас внимания.
— Татарин! — толкнул я в бок стрелка. — Выключи их!
Закиров издал короткий смешок и надавил на крючок винтовки. В-94 оглушительно громыхнула, и у «Хаммера», который совершенно по библейски из последнего стал первым, в районе переднего колеса зажглась яркая звезда. Тяжелый внедорожник дал крен на бок, и нырнул носом в дорожную пыль. Eins.
Следовавший за ним «Дефендер», в котором находилась Даша, едва не опрокинувшись на бок, круто повернул, чтобы избежать столкновения, но 12,7-миллиметровая игла, выпущенная Булатом, нашла свою цель, пробив сталь над колесом, блок цилиндров, вышла с другой стороны и зарылась в грунт. Das ist zwei.
С третьей машиной снайпер вообще не церемонился, снеся голову водителю, и, скорее всего, его соседу на переднем сидении. Неуправляемый «Rover», описав широкую дугу, докатился до обочины, свалился в кювет, и, опрокинувшись, сделав «уши», подставил под выстрел незащищенное пузо. Drei.
— Гори, гори ясно, — процедил сквозь зубы Булат, всаживая четверную маслину.
Только всадил он бронебойно-зажигательный патрон, вопреки моим ожиданиям, не в замыкающий автомобиль, а в открывшийся, торчащий между колес джипа, как вымя у коровы, бензобак. По воздуху вокруг беспомощного внедорожника, словно круги по воде, прошла волна еле заметной ряби. Оглушительный взрыв, подбросивший многотонную стальную тушу «Защитника» на несколько метров вверх, мгновенно впитал в себя кислород из окружающей его атмосферы, давая пищу пламени.
Эффектный выстрел. Жалко, что не эффективный. При стрельбе из оружия такого калибра не стоит рассчитывать, что противник потратит слишком много времени на поиски огневой точки. Так оно получилось и на этот раз. Стрелок еще не успел прицелиться в четвертый автомобиль, чтобы выпустить последний патрон, а янки уже поливали огнем нашу позицию. И если венгерские «Калаши», легко узнаваемые по второй рукоятке на цевье, на дистанции в полкилометра была нестрашны, то стук спешно расчехленного крупнокалиберного пулемета «Хаммера», отдаленно напоминавшего «Браунинг» M2HB 1921 года, заставил нас вжаться в землю. Его пули, кроша камни и вспахивая целину, ложились вокруг, грозя отправить нас вслед моему героическому однофамильцу, матросу и герою Гражданской войны.
— Pimmel, — обругал я Закирова, спасаясь от смертоносных жал за валуном.
Появилось огромное желание повернуть чуть-чуть, градусов на девяносто, ствол «Грозы» и нажать на спуск. Но я себе пересилил.
Вернее, даже не так. Татарину повезло — со стороны дороги раздался хорошо знакомый грохот ГШ-6-23. Шквал «Браунингов» переключился на бронетранспортеры, и я смог высунуться из-за своего укрытия.
Обе машины надвигались на янкелей, извергая огонь из всех стволов. Однако садить по агрессорам они опасались, стреляя поверх голов. Где-то там, в этой куче мала, находилась девчонка, чья жизнь стоила двадцать миллионов. Очень скоро поняв, что автоматы здесь бесполезны, диверсанты взялись за реактивные M72, но мои молодцы опередили НАТОвцев, окутав машины густым, непроницаемым туманом дымовых шашек. Гранаты пронеслись мимо, не причинив бронеходам ни малейшего вреда.
Наибольшую опасность как раз и представляли пулеметы «Хаммеров», иглы которых, пронзая клубы темно-серого дыма, пытались нащупать БТРы. Снайпер, вовремя оценив ситуацию, облизнув губы, вколотил пятый патрон точнехонько в затворную коробку одного из «Браунингов», навсегда заклинив его. Но второй продолжал играть в «морской бой» с клубами дыма, словно спицей протыкая их, продолжая искать броневики.
— Татарин, потуши его! — приказал я.
Закиров протянул руку к подсумку со сменным магазином, но встретил на его месте пустоту. Срезанный, то ли шальным осколком, то ли отлетевшим, острым, как бритва, осколком камня, подсумок лежал в нескольких десятках метров, продолжая медленно сползать по холму. Булат бросил на меня виноватый взгляд, но помочь заткнуть пулемет это никак не могло.
— Я… — раскрыл он рот. — Ну…
— Geh zum Teufel! — буркнул я, вставая на ноги.
Маслины пятидесятого калибра, которыми шмалял «Браунинг», для радара «Арены» были не видны. Не потому что конструктора просчитались, а потому что… ну, нереально перехватить такой рой пуль каким угодно перехватчиком. Значит, и заморачиваться на этот счет не стоит. А покрошить бронеходы их мощности вполне хватит. И, даже если пулеметчик еще не нащупал наши чудо-машины, это ненадолго. Ребят надо было спасать.
— Geronimo! — завопил я, сбегая по крутому склону холма, и строча из ТКБ.
— No pasaran! — поддержал меня стрелок.
Оставив винтовку на вершине холма, вооружившись «Каштаном», он пыхтел рядом. Янки, слишком занятые процеживанием дыма через мелкое сито стальных шипов, даже не обратили на нас внимания.
Страница 35 из 52
