Я существую там, где тебя нет. Я там, где меня не видно, и я смогу наблюдать за тобой. Я с тобой, но не принадлежу тебе и не подчиняюсь. Я следую за тобой так близко, что от моего дыхания у тебя по спине бегут мурашки, на голове шевелятся волосы, но шагов ты моих не услышишь. Я чувствую, как у тебя расширяются зрачки и от страха бегают глаза. Я кормлюсь твоей душой, живу у тебя дома и сплю на твоей кровати, но ты об этом даже не догадываешься.
Добавить в моё избранное
185 мин, 36 сек 6767
Девушка, с золотыми локонами, моего возраста, не старше, и два мрачных типа, один из которых с тоской посмотрел на меня. На его щеке, справа, красовалась татуировка в виде клеверного листа. На краю сознания мелькнуло узнавание, но было задавлено моим вторым «я».
Девушка взмахивает рукой и темные ленты, уже готовые нанести удар по испуганным друзьям, рассыпаются в прах, а мои глаза застилает красная пелена ярости. Существо во мне очень злится и внутри зарождается новая волна силы для атаки. Еще мощнее и неистовей.
— Ты! — шипит существо с ненавистью, и я не узнаю свой голос. Он звучит неуверенно, сипло, словно оно очень давно не разговаривало, — Опять ты! Уйди с моего пути, несчастная!
— Кажется, кто-то заигрался. Возвращайся туда, откуда пришел! Это тело тебе не принадлежит! — голос незнакомки похож на морской прибой. Сильный и всепроникающий. Вроде легкий и невесомый, но в то же время сбивающий с ног. Покачнувшись, Существо в моем теле зло ответило:
— Это тело мое по праву рождения. Ты не можешь мне помешать.
Девушка сложила руки домиком, а затем, растопырив пальцы повернула ладони ко мне. Яркий свет больно ослепил глаза, но Существо отмахнулось от потока света как от назойливой мухи. Девушка качнулась назад, но не отступила. За ее спиной неподвижно, словно стражи, стояли те два парня и почему-то ничего не предпринимали.
Ее вторая попытка не увенчалась успехом, разбившись о мою защиту, третья так же была развеяна легким движением руки. Девушка пошатнулась снова, и Существо злорадно рассмеялось. Я почувствовал, как клокочет его смех в моей груди, почувствовал, что, несмотря на показное веселье, оно не ощущает радости. В нем вообще ничего нет никаких чувств, кроме тьмы.
Невозмутимость на лицах парней, стоящих за спиной девушки сменились яростными гримасами, но она остановила их, взмахнув узкой ладонью:
— Не сейчас. Еще рано. Мы не можем влиять на него напрямую, — прошептала она едва слышно, с болезненной грустью, но я почему-то услышал каждое ее слово. Парни нахмурились, но отступили. Их фигуры передернулись рябью и стали очень медленно таять.
— Обожаю ваш закон невмешательства. Ты не можешь убить меня, не можешь ничего ему рассказать. Что, даже не натравишь на меня своих цепных псов? Эй, куда же вы? Бросаете нас?
Она молчала, словно что-то обдумывая. Существо тоже умолкло, сложило руки на груди и, изогнув губы в ехидной ухмылке, замерло, наблюдая за исчезающими фигурами. Где-то сбоку мелькнула тень, и я почувствовал, что глаза мне еще подвластны, чем воспользовался, скосив их в сторону. За полупрозрачным стволом причудливо изогнутого дерева стоял Вальдемар. Волосы и полы его плаща развевались несуществующим ветром. Глаза были широко раскрыты не то от удивления, не то от ужаса, губы беззвучно шевелились. Что он тут делает? Разве он не должен спать на кухне Тима? Я с некой долей интереса отметил, что я тоже совсем не там, где должен быть, и уже видел это место. И кто эта девушка? Она кажется мне знакомой!
Волна тепла коснулась моего промерзшего сознания, озарив, словно лучиком солнца. Мягко толкнула, привлекая внимание, я вновь посмотрел на почти исчезнувшую девушку и вдруг отчетливо услышал мысль: «Борись!».
Вяло пошевелившись в неподвластном теле, попытался перенять управление и едва не потерял сознание он нахлынувшей боли.
«И не надейся!» — прошелестело в голове,«Я и так слишком долго ждал. Теперь это мое тело. И теперь моя очередь жить».
«Нет! Это мое тело!», — возмутился я, но меня обидно проигнорировали, смахнули, словно списанную с доски фигуру. Злость нахлынула новой волной, но уже не та первобытная и черная, а обычная, человеческая, но от этого не менее сильная. На многое способен человек в безысходном положении. Даже крыса способна огрызнуться и укусить до крови, будучи загнанной в угол. Разве я не лучше животного? Превозмогая боль, снова рву жилы в попытке пошевелить хоть пальцем. Безрезультатно.
В отчаянии смотрю, как передо мной на коленях, придавленный мощью Существа, стоит Вальдемар. В его глазах восторженный страх замешан на ужасе и приправлен он детским любопытством. Мужчина потрясенно глядит на необычной силы сущность, впервые встреченную за многие годы путешествий в мирных планах. Лучше бы он сбежал, иначе останется в реальности лишь пустая оболочка тела, с безумным взглядом и пускающая слюни. Душа может и бессмертна, но что будет, если ею навечно завладеет некто очень сильный и беспощадный?
Но уже поздно, Вальдемар начинает осознавать свою ошибку и вяло, на пределе возможностей, трепыхается в невидимых оковах. Существо забавляется, пожирая его страх, и совсем забывает обо мне. Чувствую, как боль отступает, я вновь обретаю надежду на свободу, но все усилия насмарку. Мне не сдвинуть эту бетонную глыбу даже на миллиметр!
В отчаянии смотрю, как меркнет поглощаемая аура мужчины.
Девушка взмахивает рукой и темные ленты, уже готовые нанести удар по испуганным друзьям, рассыпаются в прах, а мои глаза застилает красная пелена ярости. Существо во мне очень злится и внутри зарождается новая волна силы для атаки. Еще мощнее и неистовей.
— Ты! — шипит существо с ненавистью, и я не узнаю свой голос. Он звучит неуверенно, сипло, словно оно очень давно не разговаривало, — Опять ты! Уйди с моего пути, несчастная!
— Кажется, кто-то заигрался. Возвращайся туда, откуда пришел! Это тело тебе не принадлежит! — голос незнакомки похож на морской прибой. Сильный и всепроникающий. Вроде легкий и невесомый, но в то же время сбивающий с ног. Покачнувшись, Существо в моем теле зло ответило:
— Это тело мое по праву рождения. Ты не можешь мне помешать.
Девушка сложила руки домиком, а затем, растопырив пальцы повернула ладони ко мне. Яркий свет больно ослепил глаза, но Существо отмахнулось от потока света как от назойливой мухи. Девушка качнулась назад, но не отступила. За ее спиной неподвижно, словно стражи, стояли те два парня и почему-то ничего не предпринимали.
Ее вторая попытка не увенчалась успехом, разбившись о мою защиту, третья так же была развеяна легким движением руки. Девушка пошатнулась снова, и Существо злорадно рассмеялось. Я почувствовал, как клокочет его смех в моей груди, почувствовал, что, несмотря на показное веселье, оно не ощущает радости. В нем вообще ничего нет никаких чувств, кроме тьмы.
Невозмутимость на лицах парней, стоящих за спиной девушки сменились яростными гримасами, но она остановила их, взмахнув узкой ладонью:
— Не сейчас. Еще рано. Мы не можем влиять на него напрямую, — прошептала она едва слышно, с болезненной грустью, но я почему-то услышал каждое ее слово. Парни нахмурились, но отступили. Их фигуры передернулись рябью и стали очень медленно таять.
— Обожаю ваш закон невмешательства. Ты не можешь убить меня, не можешь ничего ему рассказать. Что, даже не натравишь на меня своих цепных псов? Эй, куда же вы? Бросаете нас?
Она молчала, словно что-то обдумывая. Существо тоже умолкло, сложило руки на груди и, изогнув губы в ехидной ухмылке, замерло, наблюдая за исчезающими фигурами. Где-то сбоку мелькнула тень, и я почувствовал, что глаза мне еще подвластны, чем воспользовался, скосив их в сторону. За полупрозрачным стволом причудливо изогнутого дерева стоял Вальдемар. Волосы и полы его плаща развевались несуществующим ветром. Глаза были широко раскрыты не то от удивления, не то от ужаса, губы беззвучно шевелились. Что он тут делает? Разве он не должен спать на кухне Тима? Я с некой долей интереса отметил, что я тоже совсем не там, где должен быть, и уже видел это место. И кто эта девушка? Она кажется мне знакомой!
Волна тепла коснулась моего промерзшего сознания, озарив, словно лучиком солнца. Мягко толкнула, привлекая внимание, я вновь посмотрел на почти исчезнувшую девушку и вдруг отчетливо услышал мысль: «Борись!».
Вяло пошевелившись в неподвластном теле, попытался перенять управление и едва не потерял сознание он нахлынувшей боли.
«И не надейся!» — прошелестело в голове,«Я и так слишком долго ждал. Теперь это мое тело. И теперь моя очередь жить».
«Нет! Это мое тело!», — возмутился я, но меня обидно проигнорировали, смахнули, словно списанную с доски фигуру. Злость нахлынула новой волной, но уже не та первобытная и черная, а обычная, человеческая, но от этого не менее сильная. На многое способен человек в безысходном положении. Даже крыса способна огрызнуться и укусить до крови, будучи загнанной в угол. Разве я не лучше животного? Превозмогая боль, снова рву жилы в попытке пошевелить хоть пальцем. Безрезультатно.
В отчаянии смотрю, как передо мной на коленях, придавленный мощью Существа, стоит Вальдемар. В его глазах восторженный страх замешан на ужасе и приправлен он детским любопытством. Мужчина потрясенно глядит на необычной силы сущность, впервые встреченную за многие годы путешествий в мирных планах. Лучше бы он сбежал, иначе останется в реальности лишь пустая оболочка тела, с безумным взглядом и пускающая слюни. Душа может и бессмертна, но что будет, если ею навечно завладеет некто очень сильный и беспощадный?
Но уже поздно, Вальдемар начинает осознавать свою ошибку и вяло, на пределе возможностей, трепыхается в невидимых оковах. Существо забавляется, пожирая его страх, и совсем забывает обо мне. Чувствую, как боль отступает, я вновь обретаю надежду на свободу, но все усилия насмарку. Мне не сдвинуть эту бетонную глыбу даже на миллиметр!
В отчаянии смотрю, как меркнет поглощаемая аура мужчины.
Страница 44 из 50
