Ночью Сессиль проснулась. Только глаза не открывай, — посоветовала она себе, повернулась, натянула одеяло на голову. Коленки к животу, ладонь под щеку. Свернуться калачиком, притвориться, что не просыпалась.
Добавить в моё избранное
181 мин, 32 сек 17859
Дуг досадливо поморщился. Встал и отошел к окну.
Тони лепетал что-то про исчезнувших гномов.
— А ты точно не отходил от экрана?
В трубке зашуршало, защелкало. Высокий истеричный голос Лоры заглушил бормотание Тони.
— Немедленно приезжай к Тони, Дуг!
— Да что случилось-то?
— Кажется, мы поняли, из-за чего все происходит, — снова завладел трубкой Тони. На сей раз он говорил отчетливо и внятно. Но совершенно непонятно.
— Ты о чем это?
— Я знаю, кто толкнул моего отца под грузовик. Приезжай Дуг. И… постарайся по дороге ни с кем не ссориться.
Тони дал отбой. Озадаченный, Дуглас вернулся за стол.
Мать сделала медленный глоток. Аккуратно поставила чашку. Закинув руку, поправила прическу. Рукав завернулся, обнажив тонкую руку до плеча.
— Твое поведение в последнее время меня очень тревожит, мальчик, — властно произнесла миссис Крейн.
Дуглас по привычке опустил глаза в стол. Потом поднял их и с вызовом посмотрел на мать.
Какое-то время они не отрываясь смотрели друг на друга. Мисисс Крейн пыталась заставить сына отвести взгляд. Может быть, в первый раз это у нее не получалось.
Мать Дуга была властной женщиной. Во всем мире ей мог противостоять только один человек, ее бывший муж — отец Тони — федеральный судья Крейн. Родители развелись, когда Дугласу было пять лет. Причину и обстоятельства развода Дуг так и не узнал. Отца с тех пор не видел. В доме не было ни одной его фотографии. В доме была только мать. Она была для Дуга и матерью и судьей.
Они жили на проценты с капитала, выделенного им при разводе судьей Крейном, человеком весьма состоятельным. Из этих денег миссис Крейн удалось отложить значительную сумму на образование Дуга. Забывать об этом ему не позволялось.
С удивлением Дуг понял, что может выдержать взгляд матери. И только тогда опустил глаза.
Миссис Крейн, успокоила себя, отметив, что она по-прежнему владеет ситуацией.
— Ты обманул меня, мальчик, — строго поджав губы, продолжила она процесс. — Сегодня я получила по электронной почте письмо от ректора колледжа. Ты не сдал два экзамена. Тебе грозит исключение. Ты обманул меня, мальчик.
— Я не обманывал тебя, — вскинулся Дуг. — И я… уже не мальчик!
— Ты скрыл свой провал на экзаменах. То, что ты скверно учился последний семестр. То, что ты должен готовиться к пересдаче. Вместо этого ты бездельничаешь в компании бывших школьных приятелей, принимаешь участие в их сомнительных делах…
Мать всегда говорила, будто била судейским молотком прямо по голове Дуга. Била, пока он покорно не опускал голову и не признавал свою от рождения неправоту перед ней.
— Что скажешь в свое оправдание, мальчик?
— Это ведь твоя мечта — сделать меня судьей, — пробормотал еле слышно Дуг.
— Что ты сказал? — нахмурилась миссис Крейн.
Резко зазвонил мобильник.
— Немедленно выключи телефон, — звонко стукнул судейский молоток.
Не сводя глаз с сурового лица матери, Дуг демонстративно откинул крышку и поднес мобильник к уху. Лицо миссис Крейн окаменело.
В трубке слышался задыхающийся голос Саймона:
— Дуг, Дуг… Нам необходимо встретиться.
— Что случилось?
— Не могу по телефону… Нам всем грозит опасность. Мы в большой заднице, Дуг. Я и Кейт… У нас тут такое… Скорее, Дуг.
— Я еду к Тони. Встретимся там.
— Дуглас Крейн, — раздался властный голос матери, — Немедленно отключи телефон!
— Кто там на тебя кричит? — встревожено спросил Саймон.
— Дуг, Дуг, Дуг, — послышался в трубке болезненно хриплый голос Кейт. — Постарайся ни с кем не ругаться! Пожалуйста…
Дуг захлопнул крышку телефона и встал.
Миссис Крейн взглянула на него удивленно.
— Я тебя не разрешала встать.
— Пожалуйста, я прошу…
— Сядь немедленно!
— Меня ждут…
Молоток застучал сухо, часто, беспрекословно.
— Ты никуда не пойдешь. С этого дня свидания прекращены! Прогулки отменяются. Ты под домашним арестом! Пока не пересдашь экзамены, я запрещаю тебе выходить из дома!
Молоток стучал и стучал. Он прямо-таки парализовал Дуга. Голова его с каждым ударом опускалась ниже. Кулаки бессильно сжимались, но что-то непривычно тяжелое и твердое рождали в нем эти страшные с детства звуки сухого и строгого голоса.
Дуглас вдруг резко выпрямился и бросил тяжелый взгляд прямо в лицо матери. В то, что произошло дальше, невозможно было поверить.
Лицо миссис Крейн дернулось, отпрянуло назад. Гладкая кожа на чистом лбу точно взорвалась. В стороны полетели красные брызги. Глаза миссис Крейн закатились. Руки безвольно упали. Из глубокой раны на лбу по лицу ее медленно текла кровь.
Она упала со стула и неподвижно застыла на ковре.
Тони лепетал что-то про исчезнувших гномов.
— А ты точно не отходил от экрана?
В трубке зашуршало, защелкало. Высокий истеричный голос Лоры заглушил бормотание Тони.
— Немедленно приезжай к Тони, Дуг!
— Да что случилось-то?
— Кажется, мы поняли, из-за чего все происходит, — снова завладел трубкой Тони. На сей раз он говорил отчетливо и внятно. Но совершенно непонятно.
— Ты о чем это?
— Я знаю, кто толкнул моего отца под грузовик. Приезжай Дуг. И… постарайся по дороге ни с кем не ссориться.
Тони дал отбой. Озадаченный, Дуглас вернулся за стол.
Мать сделала медленный глоток. Аккуратно поставила чашку. Закинув руку, поправила прическу. Рукав завернулся, обнажив тонкую руку до плеча.
— Твое поведение в последнее время меня очень тревожит, мальчик, — властно произнесла миссис Крейн.
Дуглас по привычке опустил глаза в стол. Потом поднял их и с вызовом посмотрел на мать.
Какое-то время они не отрываясь смотрели друг на друга. Мисисс Крейн пыталась заставить сына отвести взгляд. Может быть, в первый раз это у нее не получалось.
Мать Дуга была властной женщиной. Во всем мире ей мог противостоять только один человек, ее бывший муж — отец Тони — федеральный судья Крейн. Родители развелись, когда Дугласу было пять лет. Причину и обстоятельства развода Дуг так и не узнал. Отца с тех пор не видел. В доме не было ни одной его фотографии. В доме была только мать. Она была для Дуга и матерью и судьей.
Они жили на проценты с капитала, выделенного им при разводе судьей Крейном, человеком весьма состоятельным. Из этих денег миссис Крейн удалось отложить значительную сумму на образование Дуга. Забывать об этом ему не позволялось.
С удивлением Дуг понял, что может выдержать взгляд матери. И только тогда опустил глаза.
Миссис Крейн, успокоила себя, отметив, что она по-прежнему владеет ситуацией.
— Ты обманул меня, мальчик, — строго поджав губы, продолжила она процесс. — Сегодня я получила по электронной почте письмо от ректора колледжа. Ты не сдал два экзамена. Тебе грозит исключение. Ты обманул меня, мальчик.
— Я не обманывал тебя, — вскинулся Дуг. — И я… уже не мальчик!
— Ты скрыл свой провал на экзаменах. То, что ты скверно учился последний семестр. То, что ты должен готовиться к пересдаче. Вместо этого ты бездельничаешь в компании бывших школьных приятелей, принимаешь участие в их сомнительных делах…
Мать всегда говорила, будто била судейским молотком прямо по голове Дуга. Била, пока он покорно не опускал голову и не признавал свою от рождения неправоту перед ней.
— Что скажешь в свое оправдание, мальчик?
— Это ведь твоя мечта — сделать меня судьей, — пробормотал еле слышно Дуг.
— Что ты сказал? — нахмурилась миссис Крейн.
Резко зазвонил мобильник.
— Немедленно выключи телефон, — звонко стукнул судейский молоток.
Не сводя глаз с сурового лица матери, Дуг демонстративно откинул крышку и поднес мобильник к уху. Лицо миссис Крейн окаменело.
В трубке слышался задыхающийся голос Саймона:
— Дуг, Дуг… Нам необходимо встретиться.
— Что случилось?
— Не могу по телефону… Нам всем грозит опасность. Мы в большой заднице, Дуг. Я и Кейт… У нас тут такое… Скорее, Дуг.
— Я еду к Тони. Встретимся там.
— Дуглас Крейн, — раздался властный голос матери, — Немедленно отключи телефон!
— Кто там на тебя кричит? — встревожено спросил Саймон.
— Дуг, Дуг, Дуг, — послышался в трубке болезненно хриплый голос Кейт. — Постарайся ни с кем не ругаться! Пожалуйста…
Дуг захлопнул крышку телефона и встал.
Миссис Крейн взглянула на него удивленно.
— Я тебя не разрешала встать.
— Пожалуйста, я прошу…
— Сядь немедленно!
— Меня ждут…
Молоток застучал сухо, часто, беспрекословно.
— Ты никуда не пойдешь. С этого дня свидания прекращены! Прогулки отменяются. Ты под домашним арестом! Пока не пересдашь экзамены, я запрещаю тебе выходить из дома!
Молоток стучал и стучал. Он прямо-таки парализовал Дуга. Голова его с каждым ударом опускалась ниже. Кулаки бессильно сжимались, но что-то непривычно тяжелое и твердое рождали в нем эти страшные с детства звуки сухого и строгого голоса.
Дуглас вдруг резко выпрямился и бросил тяжелый взгляд прямо в лицо матери. В то, что произошло дальше, невозможно было поверить.
Лицо миссис Крейн дернулось, отпрянуло назад. Гладкая кожа на чистом лбу точно взорвалась. В стороны полетели красные брызги. Глаза миссис Крейн закатились. Руки безвольно упали. Из глубокой раны на лбу по лицу ее медленно текла кровь.
Она упала со стула и неподвижно застыла на ковре.
Страница 30 из 52
