Слишком мало прошло времени с тех пор как произошли эти ужасные события, что бы забыть о них. Да и вряд ли такое забудется…
Добавить в моё избранное
184 мин, 30 сек 15463
— 15:15 – Въезд в часть: два человека. Сержант Синицын, рядовой Трубник.
Потерян личный состав. Ряд. Куликов, ряд. Дугин, ряд. Золин. Введен план
«кольцо» личный состав оповещён и собран по тревоге.
— 15:20 – Выезд из части: десять человек. Десять единиц оружия. Старший капитан Маврин. Цель: Поисковые мероприятия согласно плана «кольцо»
…
Далее в записях менялись лишь фамилии время и количество потерянных солдат. Так были исписаны страницы целых двух суток дежурства, за которые пропали девять человек. Но кое что все таки заставило пересохнуть у меня в горле.
…
— 04:20 – Ни кто из поисковой группы не вернулся и не выходит на связь. Примерно два часа назад началось полнейшее безумие. Все началось примерно во втором часу ночи. Сначала дежурный по части сообщил что вводится боевая готовность, я выбежал для того что бы выставить ограждения на въезде и расстелить шипы, но испугался. Да я испугался того что я увидел за воротами, в свете прожектора на самой границе освещённой территории, стоял кто то или что то но оно не было человеком. Мне хватило секунды что бы заскочить в КПП и запереться изнутри. А дальше… дальше буквально полчаса я пытался выйти на связь с дежурным по части. Но все было тщетным. А спустя ещё десять минут стали раздаваться выстрелы. Что это? Война? А затем…
Тут почерк сменился на неровное, небрежное, корявое написание прерывистых слов. Вероятно солдат прибывал в глубоком потрясении и был сильно испуган. Наверное даже сильнее чем я сейчас.
«— 05:45 – О боже! Кажется кто то ходит, там снаружи. Стрельба смолкла около получаса назад. Тогда же и прекратились душе раздирающие крики. Последние редкие выстрелы ещё были слышны где то глубоко в лесу. Я не могу больше выносить этого кто то словно скребётся и шуршит снаружи. Страшные звуки… я не могу больше выносить этого, словно кто то ищет вход ко мне. Это ожидание… оно сводит меня с ума… я… я даже не могу оказать сопротивления у меня нет оружия.»
— 05:59 – Наверное я уже сошёл с ума, но мне кажется кто то постучал в дверь со стороны въезда в часть, три чётких стука. Наверное это кто то из команды которая отправилась на поиски пропавших. И ещё очень хочу шоколада.
На этом записи закончились, ничего ужасней я не мог и вообразить, смерть сама постучалась к нему, и он покорно впустил её. Отложив журнал я поймал себя на мысли, тот силуэт который я видел перед КПП возможно и был тот ужасный ночной гость.
Вскоре смрад, доносившийся из не плотно закрытой двери комнаты дежурного стал невыносим. Он то и заставил меня снова взять себя в руки. Осмотрев обе входных двери, точнее украдкой взглянув в лючки, я никого не увидел. Тем временем став совсем нестерпимой, вонь уже до одури въедалась в сознание. Отперев дверь ведущую в часть, держа наготове пистолет я почувствовал, сладостный чистейший воздух который стал насыщать мои лёгкие. Казалось что приятней, ничего нет на всем белом свете. Окончательно выбравшись из последнего пристанища несчастного дежурного, я отправился вниз по тропинке пролегающей справа от здания. В согнутом в локте положении, рука словно тиски сдавливала пистолет. Дождь кажется стал по немного стихать, узкая тропинка превратилась в грязевое месиво по которому было трудно идти, было очень скользко, да и грязь то и дело пыталась засосать ботинки. Но уже пройдя не больше ста метров, за деревьями я стал различать контур какой то постройки, и через мгновение тропинка вывела меня на нормальную бетонированную дорожку, ведущую к двухэтажному строению которое безусловно являлась казармой. Уже на подходе было видно что записи дежурного подтверждались. Постройка, наверное шестидесятых годов, выглядела так словно
внутри её была настоящая война. Даже сквозь слабеющую стену дождя было видно как вместо окон были лишь изуродованные оконные рамы, местами с осколками стёкол а местами и вовсе без них. По мере приближения к казарме, я стал взращивать достаточно гиблую картину. На земле в лужах и грязи виднелись еле заметные, белеющие листы бумаги, вероятно разбросанные ветром из разбитых окон. Подойдя к входной двери, если её можно было так назвать на покосившихся петлях, виднелись остатки деревянных брусков которые когда то были каркасом двери. А сама дверь лежала метрах в двух от входа, словно её вышибли тараном с внутренней стороны.
Стоя перед входом, передо мной виднелся чёрный проем входа в казарму. Я включил подствольный фонарик на пистолете и держа его на изготовке я шагнул в перед. На маленькой площадке прямо напротив выхода виднелась дверь с табличкой на которой виднелась надпись жёлтой краской «столовая», а по правую сторону был подъём на второй этаж.
В нос мне снова ударил жуткий, затхлый запах который бывает в старых помещениях где пыль скапливается везде где только можно. Но это была казарма а в армии наведение порядка является ежедневной заботой. Наверное это был запах отсыревших перил и ступеней которые были из натурального дерева.
Потерян личный состав. Ряд. Куликов, ряд. Дугин, ряд. Золин. Введен план
«кольцо» личный состав оповещён и собран по тревоге.
— 15:20 – Выезд из части: десять человек. Десять единиц оружия. Старший капитан Маврин. Цель: Поисковые мероприятия согласно плана «кольцо»
…
Далее в записях менялись лишь фамилии время и количество потерянных солдат. Так были исписаны страницы целых двух суток дежурства, за которые пропали девять человек. Но кое что все таки заставило пересохнуть у меня в горле.
…
— 04:20 – Ни кто из поисковой группы не вернулся и не выходит на связь. Примерно два часа назад началось полнейшее безумие. Все началось примерно во втором часу ночи. Сначала дежурный по части сообщил что вводится боевая готовность, я выбежал для того что бы выставить ограждения на въезде и расстелить шипы, но испугался. Да я испугался того что я увидел за воротами, в свете прожектора на самой границе освещённой территории, стоял кто то или что то но оно не было человеком. Мне хватило секунды что бы заскочить в КПП и запереться изнутри. А дальше… дальше буквально полчаса я пытался выйти на связь с дежурным по части. Но все было тщетным. А спустя ещё десять минут стали раздаваться выстрелы. Что это? Война? А затем…
Тут почерк сменился на неровное, небрежное, корявое написание прерывистых слов. Вероятно солдат прибывал в глубоком потрясении и был сильно испуган. Наверное даже сильнее чем я сейчас.
«— 05:45 – О боже! Кажется кто то ходит, там снаружи. Стрельба смолкла около получаса назад. Тогда же и прекратились душе раздирающие крики. Последние редкие выстрелы ещё были слышны где то глубоко в лесу. Я не могу больше выносить этого кто то словно скребётся и шуршит снаружи. Страшные звуки… я не могу больше выносить этого, словно кто то ищет вход ко мне. Это ожидание… оно сводит меня с ума… я… я даже не могу оказать сопротивления у меня нет оружия.»
— 05:59 – Наверное я уже сошёл с ума, но мне кажется кто то постучал в дверь со стороны въезда в часть, три чётких стука. Наверное это кто то из команды которая отправилась на поиски пропавших. И ещё очень хочу шоколада.
На этом записи закончились, ничего ужасней я не мог и вообразить, смерть сама постучалась к нему, и он покорно впустил её. Отложив журнал я поймал себя на мысли, тот силуэт который я видел перед КПП возможно и был тот ужасный ночной гость.
Вскоре смрад, доносившийся из не плотно закрытой двери комнаты дежурного стал невыносим. Он то и заставил меня снова взять себя в руки. Осмотрев обе входных двери, точнее украдкой взглянув в лючки, я никого не увидел. Тем временем став совсем нестерпимой, вонь уже до одури въедалась в сознание. Отперев дверь ведущую в часть, держа наготове пистолет я почувствовал, сладостный чистейший воздух который стал насыщать мои лёгкие. Казалось что приятней, ничего нет на всем белом свете. Окончательно выбравшись из последнего пристанища несчастного дежурного, я отправился вниз по тропинке пролегающей справа от здания. В согнутом в локте положении, рука словно тиски сдавливала пистолет. Дождь кажется стал по немного стихать, узкая тропинка превратилась в грязевое месиво по которому было трудно идти, было очень скользко, да и грязь то и дело пыталась засосать ботинки. Но уже пройдя не больше ста метров, за деревьями я стал различать контур какой то постройки, и через мгновение тропинка вывела меня на нормальную бетонированную дорожку, ведущую к двухэтажному строению которое безусловно являлась казармой. Уже на подходе было видно что записи дежурного подтверждались. Постройка, наверное шестидесятых годов, выглядела так словно
внутри её была настоящая война. Даже сквозь слабеющую стену дождя было видно как вместо окон были лишь изуродованные оконные рамы, местами с осколками стёкол а местами и вовсе без них. По мере приближения к казарме, я стал взращивать достаточно гиблую картину. На земле в лужах и грязи виднелись еле заметные, белеющие листы бумаги, вероятно разбросанные ветром из разбитых окон. Подойдя к входной двери, если её можно было так назвать на покосившихся петлях, виднелись остатки деревянных брусков которые когда то были каркасом двери. А сама дверь лежала метрах в двух от входа, словно её вышибли тараном с внутренней стороны.
Стоя перед входом, передо мной виднелся чёрный проем входа в казарму. Я включил подствольный фонарик на пистолете и держа его на изготовке я шагнул в перед. На маленькой площадке прямо напротив выхода виднелась дверь с табличкой на которой виднелась надпись жёлтой краской «столовая», а по правую сторону был подъём на второй этаж.
В нос мне снова ударил жуткий, затхлый запах который бывает в старых помещениях где пыль скапливается везде где только можно. Но это была казарма а в армии наведение порядка является ежедневной заботой. Наверное это был запах отсыревших перил и ступеней которые были из натурального дерева.
Страница 14 из 48
