Инцидент

Я приказал остановится и отложить все что мы несли. Не было ни жара ни открытого пламени, словно никакого пожара не было. Подойдя ближе к краю воронки, она кстати была радиусом, метров семь, я приказал не приближаться к эпицентру, но один из бойцов кинул в центр воронки, сухую палку которая исчезла в клубах дыма, и издала звук словно об что то ударилась о что то твёрдое. Я приказал выплеснуть ведро воды ту да же. Только звук кипящей воды, яростно разлетающейся в стороны. Густые клубы дыма стали чуть бледнее словно стали на миг слабее. Я принял решение залить воронку водой и закидать песком, цепочкой мы выливали одно ведро воды за другим, но лишь незначительно сбивали вырывающиеся клубы дыма. К тому времени когда вода в бочке закончилась, мне показалось будто сквозь ослабевшие дымовые клубы, я разглядел что то тёмное там на дне воронки. Песок который мы закидали на дно окончательно ослабил дым. Мы стояли по кругу на краю маленького кратера, и нашим глазам предстала удивительная картина, на дне лежал какой то модуль или же деталь, она явно было техногенного происхождения но к чему она принадлежала я затрудняюсь ответить. Если описывать её как цилиндр, то диаметром она была метра два а вот в длину не известно, но возвышалась она из земли на метр с небольшим. Большая её часть вероятно вошла в землю при столкновении. Я бы отказался назвать его частью космического аппарата, по крайней мере человеческого. Если представить себе как выглядит двигатель ракетоносителя, с его множеством трубок выступающих частей и прочих технических решений, этот же объект каким то гладким и не угловатым, он был сделан явно из металла. Так же меня удивил тот факт что объект вошёл в землю под прямым углом а не наклонно или как нибудь еще. Я приказал отойти от края воронки на десять шагов, так как в телеграмме было сказано о том что запрещено подходить к объектам. Пусть и сказано было в телеграмме что упал спутник, даже если это был самый современный и секретный спутник, с людскими технологиями он не имел ничего общего. Я понимаю что ты можешь посмеяться надомной, и сказать что я могу и не знать что делают в секретных лабораториях и что в современной технике, тем более в космической. Но уверяю, после того как я приказал солдатам собираться и следовать обратно к машине, я не смог переступить своё любопытство которое буквально разрывало меня. Воспользовавшись моментом я спустился к неведомому объекту и решил поближе осмотреть его и если получится то заполучить какую нибудь деталь. Металл ещё не совсем остыл и по этому дотронутся до него я не мог, а лишь жадно изучал взглядом объект. Хитросплетённые канавки, усеивающее всю поверхность напоминали контакты на сложных электронных платах, но более разбросанные друг от друга. Плавные трубки соединявшие какие то странные квадратные блоки были похожи на гофрированную трубку. Внизу в той части которая впилась в землю при падении, был еле слышимый звук, напоминавший пощёлкивание с достаточно большой частотой. Там в низу наверное ещё не до конца остыла часть конструкции, слабое и густое как молоко облачко невесомой пелены устилало все дно воронки, как только я попытался оторвать одну из трубок уходящих под землю, она вся засветилась яркими синими огоньками, отчётливо заметных даже днем. А на квадрате который так же уходил под землю загорелись символы. Это были не человеческие и не земные символы.

На последних словах Виктор осунулся и потупил взгляд в деревянный столик. Молодой человек с короткими чёрными волосами, уже давно не стриженой чёлкой которая уже была далека от уставного стандарта. Его чёрные брови сложились в таком положении, которое выражало печаль и даже скорбь, а на губах застыла обида. Человек который остался один в страшной ситуации, готов был зарыдать от того что творилась у него в голове, от этого бессилия и безнадёжно-утраченного душевного равновесия. Руки его сжались в кулаках и еле заметно стали трястись. А опущенные глаза, были закрыты с такой силой что веки дрожали.

Я понимал что надо сдвинуть мёртвую тишину с места, она только усугубляла психическое состояние Виктора да и моё тоже. И к счастью мне не пришлось долго размышлять, над тем как это сделать. Мы оба не заметили как за разговором а точнее за рассказом Виктора, все уже разогрелось, вода бурлила а каша шкварчала и запах давал понять что её лучше снять иначе она сгорит. Потушив пламя я расставив кружки, и высыпав туда содержимое чайной коробки залил их кипятком. Слегка повысив голос, я произнёс.

— Виктор кажется твой ужин готов. Да и чай то же.

И в тот момент когда сержант подняв голову раскрыл глаза, я в испуге резко отдёрнулся назад, чуть не упав со скамейки. Я с ужасом осознал что до этого не присматривался к глазам своего собеседника.

Серые зрачки почти сливались с омерзительного цвета белками, которые не имели ничего общего с нормальным здоровым цветом. Этот контраст зрачков на мрачном отталкивающем фоне белков, вызывал у меня страх.