Элли

Во сне убитый парень протягивал к ней руки и мерзко ухмылялся. Как же страшно… Так и кажется, что сейчас он вылезет из-под кровати и схватит её своими окровавленными руками… Что же теперь делать?! Оглядевшись, девочка подоткнула одеяло под ноги и завернулась в него, словно в кокон. Так никому точно до неё не добраться. Откинув со лба прилипшие волосы, девочка закрыла глаза и ровно задышала.

Элли поёжилась, под вечер сильно похолодало, хотя на дворе стояла весна. Потянулась, сбрасывая остатки ночных страхов. Перед светом дня все они казались надуманными и пустыми. Если бы также она думала, когда оказалась на полу! Как же не хотелось вылезать из-под тёплого шерстяного одеяла! Если так холодно одной руке, то как же холодно будет, когда она покинет своё гнёздышко?

Слава Богу, платье не смялось за ночь. Кружевной лиф, правда, выглядел уже не так свежо, как вчера, когда друг поправлял его, пока рассказывал о своём плане. Сняв ночную рубашку и бросив на кровать, Элли потянулась, широко раскинув руки, позволяя прохладному воздуху взбодрить её.

Надела платье, тщательно прогладив его ладонями на талии. Подруга хвасталась, что ей купили самый настоящий французский корсет! Вот бы и ей такой же…

Всё тело пронзила судорога, когда на улице холодный ветер проник под подол. Взметнул его. Элли хихикнула, отбрасывая волосы с лица. Завязала их в хвост и пошла к конюшне. Отец совсем недавно купил новые туфельки из мягкой кожи. Боже, как хорошо они сидели! И совсем не натирали пятки!

Она ещё не решила, что делать с предложением.

Сеновал за ночь остался нетронутым. Вернее, таковым казался. Разворошив сено, Элли осторожно потрогала спящего за плечо.

— Вставай, солнце уже село!

— Ты уверена?

— Да, да, стала бы я тебе врать?

Выбравшись из кучи соломы, юноша огляделся.

— Семья ушла? Ты принимаешь моё предложение?

— Я не знаю, — девочка расстроенно вздохнула. — Я родилась тут и прожила всю свою жизнь. А ты предлагаешь просто так взять и уйти? Я никогда не выходила в леса дальше, чем на час пути!

— Хорошо. А теперь подумай, что сотворили твои сородичи. Вы разграбили королевский склад, понимаешь?! Королевский…

— Но об этом никто не узнает…

— … склад! Да, никто не узнает, наверное, но из-за чего вы сделали это?

— Я не грабила склад! — девочка возмущённо топнула ножкой.

— Неважно. Насколько я слышал, где-то высадились британские войска. Естественно, наши их погнали, как вшивых собачонок, — он усмехнулся. — Но… ты, надеюсь, понимаешь, что это означает войну? Король не потерпит столь явного посягательства на свою власть.

— И что? Что мне-то от этого будет?

— То, маленькая моя, что во время войны всегда жить плохо, если ты не руководишь ей из-за моря, — юноша сжал её запястье. — Пожалуйста, послушай меня. Я никогда не советовал тебе плохого, всегда помогал тебе. Твой отец — явный мятежник, в этом городе почти все — мятежники. Вы живёте на окраине, а знаешь, что происходит в самом городе? Такая же толпа вооружённых мужиков вламывается в дома тех, кто поддерживал Англию и Корону. И, поверь, им приходится не сладко. Твой отец — один из их, может быть, уже сейчас он убил кого-нибудь из твоих знакомых.

— Но зачем?!

У Элли задрожали губы. Отец, всегда такой ласковый с ней — и вдруг убивает человека? Бетти всегда мечтала уехать на материк! Элли, глухо вскрикнув, зажала рот ладошкой. Она же постоянно болтала об Англии!

— И что нам теперь делать?

— Видишь двух лошадей? Это не ваши лошадки, способные только телеги тянуть, это настоящие боевые кони! Ты сядешь на одного, я на другого, и мы поскачем в более спокойное место. Согласна?

— А еда, одежда? У тебя же даже денег нет!

— Уверена? — в руках друга появился небольшой мешочек с монетами. — Тебе не дам, он тяжёлый.

Элли обиженно нахмурилась. Она несколько раз таскала тяжеленный мешок с мукой, когда отец ударил себе по руке обухом топора. И теперь ей говорят, что такой крохотный кулёк будет для неё тяжёлым?!

— Ты предлагаешь мне спать под открытым небом на сырой земле?

— Естественно, это же так романтично! Если тебе будет холодно, я тебя обниму, и мы уснём вместе под холодным светом звёзд.

— Но семья…

— Семья? У тебя остался один отец, которому только в радость будет, если его дочь исчезнет, понимаешь?! Подумай, я понимаю, что он всю жизнь оберегал тебя от любой работы, но воевать, имея такое уязвимое место, очень неудобно, поверь.

Девочка опустила голову. Что на это ответить? Огляделась, будто впервые увидев место, где жила с самого рождения.

Деревянный дом, обнесённый частоколом. Отец вместе с друзьями год носил брёвна и обтёсывал их. А она помогала рыть ямки. Конюшня, в которой жил старый конь. В семь лет этот покосившийся сарай казался чем-то таинственным, неизведанным.