Всем известно, что единорог — существо иного ми-ра и предвещает счастье — об этом говорят оды, труды ис-ториков, биографии знаменитых людей… Даже дети и крестьянки знают, что единорог сулит удачу. Но зверь этот не принадлежит к числу домашних, редко встречается и с трудом поддается описанию. Это не конь или бык, не волк или олень. И поэтому, оказавшись пред единорогом, мы можем его не узнать. Известно, что животное с длинной гривой — это конь, а с рогами — бык. Но каков единорог, мы так и не знаем. Хань Юй...
Добавить в моё избранное
174 мин, 35 сек 8020
Сейчас, наверное, уже подморозило, и скользко на улицах, словно на катке. Уже половина яркой желтой луны скрылась за облаком, лишь нижняя часть видна, и она все меньше. Вот остался лишь кусочек, а вот и он скрылся. И яркой необычной луны как небывало. А вот мелькнул верхний край. Почти не видно движения облака, но кусочек луны все больше, он засиял, будто драгоценность в направленных лучах света. И вот высунулась половинка луны. Она так сияет — а небо потемнело. Вот и вся луна показалась. Она еще больше, чем прежде. Яркая, с разводами пятен, круглая, словно монета. Луна на небе, а внизу зима.
… И меркнет тень, и двинулась луна,
В свой бледный свет, как в дым, погружена,
И кажется, вотвот и я пойму
Незримое — идущее в дыму
От тех земель, от тех предвечных стран,
Где гробовой чернеет океан,
Где, наступив на ледяную Ось,
Превыше звезд восстал Великий Лось
И отражают бледные снега
Стоцветные горящие рога.
Валерка спит. О, боже мой. Впервые за очень долгое время я чувствую себя просто счастливой. Помню, в детстве моем было ощущение непрерывного счастья. Говорят, постоянно счастливы только дураки — ну, что ж, тогда я полная идиотка. У меня было и много плохого в детстве, но каждый миг я ощущала, что я — счастлива. Я шла по улице, ехала в набитом трамвае, ругалась с родителями — и каждое мгновение была счастлива. У меня случались депрессии, но это приносило мне счастье. Меня наполняла полнота бытия. Мне было интересно жить. Интересно — не с какойто целью, не ради чегото, а просто жить, чувствовать, ходить, говорить. Все было для меня впервые, и мне это нравилось. Теперьто все новое меня скорее пугает.
И счастье мое с годами — так постепенно, так незаметно — сошло на нет. Даже не знаю, когда же это случилось. Жизнь стала пугать меня, и я отгородилась от нее — книгами, картинами, пустыми умствованиями. Это ято, излазившая когдато весь городской лес, ребенокисследователь, вечно искавший, чего бы ему еще попробовать, к чему приложить свои силы. За все годы в университете я разве что на полевые практики выезжала, сама даже в парк не ходила. Дом, университет, библиотека, магазин и снова дом. Даже в магазины я хожу в одни и те же. Я очертила вокруг себя круг и страшусь выйти за его пределы.
И счастье мое кудато ушло. Незаметно так. Я все живу и живу, не задумываясь ни о чем, а ведь счастьето мое кудато делось. А теперь вот — нежданно вернулось. Спит в моей комнате. И мне хочется пойти туда, растолкать его и, глядя в его сонные глаза, сказать: «Ты, счастье! Куда ты, к черту, ушло от меня? Зачем ты бросило меня? Мне было так плохо и невесело».
Вот так. Странно все это, странно. Как подумаешь, настолько изменилась моя жизнь за несколько дней, становиться просто страшно.
В спальне скрипнула кровать. Валерка, босой, в одной рубашке, щурясь, вышел на свет.
— Ты чего не спишь, Лерка?
— Заснуть не могу, — виновато сказала я и отложила тетрадь.
Валерка сел рядом со мной на диван, подогнув под себя одну ногу. На выставленном худом колене виднелся белесый шрам. Я потрогала его пальцем. Валерка поймал мою руку и сжал.
— Это я в детстве шандарахнулся. С велосипеда. Ты совсем сегодня спать не будешь?
— Не знаю.
— Я уж подумал, ты от меня сбежала.
И так взглянул на меня искоса. Глаза светлыесветлые.
— Неет, — сказала я.
Валерка подвинулся, обнял меня за талию. Я уткнулась головой в его плечо.
— Идем спать, Лерка.
— Я еще не хочу. Ты иди, я через полчаса приду.
Он ушел. Вот я сижу, пишу. Допишу и пойду спать. Лягу рядом, уткнусь в его плечо и засну. Кожа у него пахнет слабо, тихо и чутьчуть горьким.
В моей жизни никогда не было и не будет чуда большего, чем Валерка. Пусть даже БогТворец слетит на землю, чтобы поболтать со мной…
Анвар Сафиуллин, 19 лет, студент 3го курса географического факультета:
Да, вот это был номер. Мы все прямо обалдели, как парня этого увидели. А Леркато наша зарумянилась так и пошла к нему. Нет, целоваться они не стали, ничего такого, да и парень этот был не мальчик какойнибудь. Сразу видно класс, между прочим. Хоть сейчас все носят одно и то же, дубленки, кожанки, но класс сразу видать. Дубленка черная, короткая, новая, шарф такой темный, шелковый. Стриженный очень коротко, и взгляд такой острый.
В общем, отхватила себе Лерка — будь здоров. Главно, парень такой — без понтов. Никаких там мобильников у всех на виду или там перстней. Спокойный такой, все неброское, небрежное, а глазато острые. Не какойто там, в общем. Не знаю даже, где Лерка умудрилась с таким познакомиться.
Не он ли ее?… Ну, знаете. Хотя… кто знает, все может быть. Хотя я вообще не могу представить, чтоб нашу Лерку, мышку серенькую, было за что убить. Придурок какойнибудь, грабитель — да, а этот парень — не знаю.
… И меркнет тень, и двинулась луна,
В свой бледный свет, как в дым, погружена,
И кажется, вотвот и я пойму
Незримое — идущее в дыму
От тех земель, от тех предвечных стран,
Где гробовой чернеет океан,
Где, наступив на ледяную Ось,
Превыше звезд восстал Великий Лось
И отражают бледные снега
Стоцветные горящие рога.
Валерка спит. О, боже мой. Впервые за очень долгое время я чувствую себя просто счастливой. Помню, в детстве моем было ощущение непрерывного счастья. Говорят, постоянно счастливы только дураки — ну, что ж, тогда я полная идиотка. У меня было и много плохого в детстве, но каждый миг я ощущала, что я — счастлива. Я шла по улице, ехала в набитом трамвае, ругалась с родителями — и каждое мгновение была счастлива. У меня случались депрессии, но это приносило мне счастье. Меня наполняла полнота бытия. Мне было интересно жить. Интересно — не с какойто целью, не ради чегото, а просто жить, чувствовать, ходить, говорить. Все было для меня впервые, и мне это нравилось. Теперьто все новое меня скорее пугает.
И счастье мое с годами — так постепенно, так незаметно — сошло на нет. Даже не знаю, когда же это случилось. Жизнь стала пугать меня, и я отгородилась от нее — книгами, картинами, пустыми умствованиями. Это ято, излазившая когдато весь городской лес, ребенокисследователь, вечно искавший, чего бы ему еще попробовать, к чему приложить свои силы. За все годы в университете я разве что на полевые практики выезжала, сама даже в парк не ходила. Дом, университет, библиотека, магазин и снова дом. Даже в магазины я хожу в одни и те же. Я очертила вокруг себя круг и страшусь выйти за его пределы.
И счастье мое кудато ушло. Незаметно так. Я все живу и живу, не задумываясь ни о чем, а ведь счастьето мое кудато делось. А теперь вот — нежданно вернулось. Спит в моей комнате. И мне хочется пойти туда, растолкать его и, глядя в его сонные глаза, сказать: «Ты, счастье! Куда ты, к черту, ушло от меня? Зачем ты бросило меня? Мне было так плохо и невесело».
Вот так. Странно все это, странно. Как подумаешь, настолько изменилась моя жизнь за несколько дней, становиться просто страшно.
В спальне скрипнула кровать. Валерка, босой, в одной рубашке, щурясь, вышел на свет.
— Ты чего не спишь, Лерка?
— Заснуть не могу, — виновато сказала я и отложила тетрадь.
Валерка сел рядом со мной на диван, подогнув под себя одну ногу. На выставленном худом колене виднелся белесый шрам. Я потрогала его пальцем. Валерка поймал мою руку и сжал.
— Это я в детстве шандарахнулся. С велосипеда. Ты совсем сегодня спать не будешь?
— Не знаю.
— Я уж подумал, ты от меня сбежала.
И так взглянул на меня искоса. Глаза светлыесветлые.
— Неет, — сказала я.
Валерка подвинулся, обнял меня за талию. Я уткнулась головой в его плечо.
— Идем спать, Лерка.
— Я еще не хочу. Ты иди, я через полчаса приду.
Он ушел. Вот я сижу, пишу. Допишу и пойду спать. Лягу рядом, уткнусь в его плечо и засну. Кожа у него пахнет слабо, тихо и чутьчуть горьким.
В моей жизни никогда не было и не будет чуда большего, чем Валерка. Пусть даже БогТворец слетит на землю, чтобы поболтать со мной…
Анвар Сафиуллин, 19 лет, студент 3го курса географического факультета:
Да, вот это был номер. Мы все прямо обалдели, как парня этого увидели. А Леркато наша зарумянилась так и пошла к нему. Нет, целоваться они не стали, ничего такого, да и парень этот был не мальчик какойнибудь. Сразу видно класс, между прочим. Хоть сейчас все носят одно и то же, дубленки, кожанки, но класс сразу видать. Дубленка черная, короткая, новая, шарф такой темный, шелковый. Стриженный очень коротко, и взгляд такой острый.
В общем, отхватила себе Лерка — будь здоров. Главно, парень такой — без понтов. Никаких там мобильников у всех на виду или там перстней. Спокойный такой, все неброское, небрежное, а глазато острые. Не какойто там, в общем. Не знаю даже, где Лерка умудрилась с таким познакомиться.
Не он ли ее?… Ну, знаете. Хотя… кто знает, все может быть. Хотя я вообще не могу представить, чтоб нашу Лерку, мышку серенькую, было за что убить. Придурок какойнибудь, грабитель — да, а этот парень — не знаю.
Страница 32 из 47
