Ненавижу

Неожиданный порыв ветра заставил кроны деревьев в парке зашелестеть. Проходящие мимо люди не обращали на меня никакого внимания, лишь изредка попадались личности, кидающие взгляд, полный жалости, пристально осматривая укрытые пледом ноги, но мне плевать на них. Мне не нужна ничья жалость.

За время прогулки, руки безжалостно устали подталкивать колёса коляски и я остановилась в тени клёна, чтобы немного отдохнуть и почитать книгу, взятую у невесты Филиппа — Лолиты. Она замечательная девушка — весёлая и умная, а главное всегда искренняя. Она очень сильно мне помогает, когда дома нет Филиппа, даже не знаю, чтобы я без нее делала. Сейчас я еле убедила Лолу, что пока она ходит по магазинам со мной ничего не случится. Она прекрасно знает, как я не люблю походы по магазинам, а эта девушка просто жить не может без шопинга, так что у меня достаточно времени, чтобы побыть одной. Да и не лишать же единственную подругу радости.

Неожиданно почувствовала, что мою коляску, кто-то сзади толкнул и повёл по асфальтированной дорожке парка. Я испуганно закрыла книгу и обернулась. Сверху на меня смотрели насмешливые зелёные глаза.

— Рома, ты уже приехал! — Я радостно улыбнулась и поставила коляску на тормоза, отчего мужчина запнулся и, чуть не упав, перегнулся через спинку, едва не придавив меня своим весом. Мужчина громко засмеялся и принял вертикальное положение.

— Намёк понял. Сама так сама. — Мужчина обошёл меня, попутно чмокнув в щеку, и теперь я могла его полностью разглядеть. Белые кожаные ботинки с заострёнными носами едва покрывали светло-голубые джинсы, облегающие его сильные ноги, на тёмном кожаном ремне был прицеплен чехол с мобильным телефоном, а белая рубашка свободно спадала по широким плечам и груди. Половина пуговиц была расстёгнута, открывая широкую сильную грудь даже без намёка на растительность. Он как всегда улыбался, зеленые глаза блестели от солнечного света, а солнцезащитные очки были сдвинуты на макушку.

— Как прошла твоя командировка? — Поинтересовалась я, когда мы приблизились к скамейке, на которой уютно устроился мужчина.

— Отлично. Конференция оказалась очень познавательной. А как у тебя дела? С каких это пор ты гуляешь одна?

— У меня всё прекрасно. А, знаешь ли. Я в последнее время очень люблю проводить время в одиночестве. Лишний раз всё обдумать не помешает. Да и пока Лола вдоволь находится по магазинам у меня уйма времени.

Глаза мужчины погрустнели, и я глубоко вздохнула, прекрасно понимая причину этого.

— Рома, кажется, с этим мы уже разобрались. Ты же не виноват, что операция не произвела должного эффекта, к тому же прошло только четыре месяца после нее.

— Но чувствительность к твоим ногам должна была вернуться сразу. Если её нет, значит, я никудышный хирург.

— Ты прекрасный хирург. — Моя рука легла на ладонь мужчины. — Так что давай на этом мы закончим этот ужасный разговор. Лучше угости меня кофе.

Рома тут же повеселел, широко улыбнулся и поднялся со скамьи.

— Ты ведь капучино любишь? — Уточнил он, выискивая взглядом ближайшее кафе.

— Да. А ты предпочитаешь латте.

На соседней парковой дорожке стоял мужчина, внимательно наблюдая над тем, как Стася, медленно двигаясь по дороге, разговаривала с Романом. Её лицо светилось радостью, при виде мужчины. Стас не отрывал взгляда от быстрых движений её рук, которые ловко управляли коляской. Он бы отдал всё, чтобы помочь ей, но даже через такое расстояние он чувствовал стену, которую, сам же, и научил её ставить.

Бросив взгляд на дорогие часы, на запястье, он покинул парк, пора было идти на радио, Всё-таки с работы его еще никто не увольнял, и терять он ее тоже был не намерен. Теперь это единственная радость в жизни.

Чужая сила забунтовала внутри, чувствуя, как отдаляется ее настоящая хозяйка, но выпустить он ее не мог. Контролировать всю эту энергию становилось все сложнее. В тот день, когда он вытащил Стасю из того дома, Филипп хотел просто убить Аристарха, сотворившего с его сестрой такое, но он решил действовать куда кровожаднее. Он наложил на мужчину тоже заклинание, что лежало на его сестре, и просто стал выкачивать магию Стаси из Аристарха. Тот долго молил о пощаде. Ровно до тех пор, пока не умер в мучениях, которые ему придумал Филипп в его снах.

Вспомнив о том ужасном дне, Стас тряхнул головой, отгоняя непрошенные воспоминания. Бросив последний взгляд на удаляющуюся пару, он направился на работу. Надежда на то, что всё получится его не оставляла не на миг.

В кафе было светло и уютно. Откуда-то с кухни раздавался приятный аромат, от которого начинало урчать в животе. Только сейчас поняла, какая я голодная. Сделав заказ официантке, на мгновение вслушалась в звуки радио и услышала знакомый голос любимого ведущего:

— Ну, и как вы уже догадались, у меня к вам очередной вопрос. Есть ли у вас любимый человек?