Проснувшись и открыв глаза, Альфред, прежде всего, увидел своё отражение в зеркале, которое стояло напротив его кровати. Почему-то он этого отражения испугался; показалось ему, что какой-то другой, незнакомый человек смотрит на него.
Добавить в моё избранное
150 мин, 21 сек 19614
И эту печать я бы увидел даже под коркой, которая тебя покрывает. Ну-ка скажи, что это за корка такая, а?
— Это… это… так просто… это я сам такой… от рождения, — трясся Адольф.
— Ах, от рождения?!… Не сметь мне лгать! Не сметь! Я что же не вижу, что это слизь от яиц, которые я отложил на побережье. Ты их разбил…
— Только одно яйцо. Да и то — не я разбил, — продолжал обманывать Адольф. — Вон они…
И он махнул в сторону Елены и Альфреда.
Змей громыхнул:
— С ними у меня вообще отдельный разговор будет. Ведь, сдаётся мне, они пришли сюда из мира живых… Ну а тебя я отвезу на остров.
— О-ох, зачем же? — осторожно спросил Адольф.
— Ну не прикидывайся дурачком. Ты же знаешь, зачем возят на остров. Там большой владыка пожрёт тебя, и выйдешь ты из его зада заключённый в шар, и упадёшь в нижние уровни ада.
— Нет, нет! Я не заслужил этого! — Адольф закричал эти слова в полном ужасе. Его всего так и трясло…
Змей приказал чертям, которые стояли по сторонам от Адольфа:
— Взять его!
Черти попытались его схватить. Они то были уверены, что трясущийся от страха преступник не посмеет оказать им никакого сопротивления, но Адольф начал действовать ни столько от смелости, столько от отчаянья. Он ещё надеялся убежать и жить с этим ворованным, таким удобным телом.
Он резко дёрнулся вниз и в сторону, схватил один из трезубцев, и дёрнул его вперёд. Трезубец прошел через тело второго чёрта, и тот сразу превратился в бесформенную лаву. Адольф перехватил выпавший из его лап трезубец, и ударил им первого, ещё не опомнившегося чёрта в лоб. И тот тоже превратился в кипящую магму.
Теперь, сжимая два трезубца, Адольф бросился бежать. Он нёсся прямо на Елену, но не видел её — ведь и глаз у него не было. Но далеко он убежать не успел. Из глотки змея вырвался длиннющий язык и бичом ударил по шее Адольфа. Голова покатилась в одну сторону, а туловище упало на камни.
— Дурак! — рявкнул змей. — Знаешь же, что бегать бесполезно!…
Елена быстро уложила голову Альфреда за камень и выпрямилась.
Змей приблизился к ней и хмыкнул:
— Какая глупость, неужели ты думаешь, что я не видел, кого ты там спрятала. Ну давай-давай вынимай его, и мы проведём интересную беседу, в течении которой вы расскажите мне всё: и кто вы такие, и какова цель вашего опасного, и столь бесславно закончившегося путешествия.
Елена нагнулась, и тут заметила, что два трезубца отлетели сюда же, за камень, и теперь лежат, дымятся. А верхние части этих трезубцев беспрерывно жалили, вгрызались в них те состоящие из щупалец создания, которыми незадолго до этого лакомился Адольф, и называл их ракушками.
И вот Елена решила, что всё равно от этого рогатого змея милости ждать нечего, так, по крайней мере, надо пытаться хоть какое-то сопротивление оказать (хотя и думала Елена, что сопротивление перед такой махиной уже тщетно).
И вот она схватила сразу два трезубца и метнула их в алмазные глаза змея. Она думала, что трезубцы сломаются и отскочат. Так и вышло. Но вот ракушки сразу же погрузились внутрь алмазных глаз чудовища.
Эти глаза сначала вспыхнули ослепительным светом, а потом замерцали мирным зеленоватым свечением. И только видно было, как внутри шевелятся эти самые рачки.
Голова Адольфа, хоть и не могла этого видеть, завопила:
— Ай да молодец! Настоящая героиня. Давай, поскорее прикрепляй меня к моему телу и я тебя расцелую!
— А что я такого собственно сделала? — растерянно спросила Елена.
На это голова ответила:
— То единственное, что могла, чтобы отключить эту змеюку. Видишь ли, в глубинах лавового моря водятся и эти исполинские черви, и раки — куда как большие, чем ты в него метнула. Просто здесь в берегу зарыты зародыши. Они съедобны. А потом вырастают и уползают в море. Там исполинские змеи и раки — заклятые враги. Истребляют друг друга, на потеху самого великого Владыки. Видишь — зародыши рачков попали в глаза змея, и питаются его энергетическими токами. При этом большинство его мозговых центров отключено.
— Ну, вот и замечательно, — сказал Альфред. — Значит нам надо уходить отсюда, пока змей не очнулся.
— Э-эй! — возмущённо закричал Адольф.
— Что «э-эй»?! — ещё более возмущённо крикнул на него Альфред. — Ты вообще — лежи и помалкивай, а то сбросим тебя в лавовое море. А ну-ка, Елена, попробуй прикрепить голову к моему законному телу…
— И это вместо благодарности? — обиженным тоном поинтересовался Адольф.
— Благодарности за что?! — вскипел Альфред. — За то, что оставил меня без головы… точнее тьфу ты — голову без тела. Или тело без головы… В общем, лежи и помалкивай, достаточно уже тебя наслушались.
Пока Елена пыталась приставить голову Альфреда к его телу, Адольф всё усмехался, а потом поинтересовался:
— И даже не хотите узнать, за что вы должны быть мне благодарны?…
— Это… это… так просто… это я сам такой… от рождения, — трясся Адольф.
— Ах, от рождения?!… Не сметь мне лгать! Не сметь! Я что же не вижу, что это слизь от яиц, которые я отложил на побережье. Ты их разбил…
— Только одно яйцо. Да и то — не я разбил, — продолжал обманывать Адольф. — Вон они…
И он махнул в сторону Елены и Альфреда.
Змей громыхнул:
— С ними у меня вообще отдельный разговор будет. Ведь, сдаётся мне, они пришли сюда из мира живых… Ну а тебя я отвезу на остров.
— О-ох, зачем же? — осторожно спросил Адольф.
— Ну не прикидывайся дурачком. Ты же знаешь, зачем возят на остров. Там большой владыка пожрёт тебя, и выйдешь ты из его зада заключённый в шар, и упадёшь в нижние уровни ада.
— Нет, нет! Я не заслужил этого! — Адольф закричал эти слова в полном ужасе. Его всего так и трясло…
Змей приказал чертям, которые стояли по сторонам от Адольфа:
— Взять его!
Черти попытались его схватить. Они то были уверены, что трясущийся от страха преступник не посмеет оказать им никакого сопротивления, но Адольф начал действовать ни столько от смелости, столько от отчаянья. Он ещё надеялся убежать и жить с этим ворованным, таким удобным телом.
Он резко дёрнулся вниз и в сторону, схватил один из трезубцев, и дёрнул его вперёд. Трезубец прошел через тело второго чёрта, и тот сразу превратился в бесформенную лаву. Адольф перехватил выпавший из его лап трезубец, и ударил им первого, ещё не опомнившегося чёрта в лоб. И тот тоже превратился в кипящую магму.
Теперь, сжимая два трезубца, Адольф бросился бежать. Он нёсся прямо на Елену, но не видел её — ведь и глаз у него не было. Но далеко он убежать не успел. Из глотки змея вырвался длиннющий язык и бичом ударил по шее Адольфа. Голова покатилась в одну сторону, а туловище упало на камни.
— Дурак! — рявкнул змей. — Знаешь же, что бегать бесполезно!…
Елена быстро уложила голову Альфреда за камень и выпрямилась.
Змей приблизился к ней и хмыкнул:
— Какая глупость, неужели ты думаешь, что я не видел, кого ты там спрятала. Ну давай-давай вынимай его, и мы проведём интересную беседу, в течении которой вы расскажите мне всё: и кто вы такие, и какова цель вашего опасного, и столь бесславно закончившегося путешествия.
Елена нагнулась, и тут заметила, что два трезубца отлетели сюда же, за камень, и теперь лежат, дымятся. А верхние части этих трезубцев беспрерывно жалили, вгрызались в них те состоящие из щупалец создания, которыми незадолго до этого лакомился Адольф, и называл их ракушками.
И вот Елена решила, что всё равно от этого рогатого змея милости ждать нечего, так, по крайней мере, надо пытаться хоть какое-то сопротивление оказать (хотя и думала Елена, что сопротивление перед такой махиной уже тщетно).
И вот она схватила сразу два трезубца и метнула их в алмазные глаза змея. Она думала, что трезубцы сломаются и отскочат. Так и вышло. Но вот ракушки сразу же погрузились внутрь алмазных глаз чудовища.
Эти глаза сначала вспыхнули ослепительным светом, а потом замерцали мирным зеленоватым свечением. И только видно было, как внутри шевелятся эти самые рачки.
Голова Адольфа, хоть и не могла этого видеть, завопила:
— Ай да молодец! Настоящая героиня. Давай, поскорее прикрепляй меня к моему телу и я тебя расцелую!
— А что я такого собственно сделала? — растерянно спросила Елена.
На это голова ответила:
— То единственное, что могла, чтобы отключить эту змеюку. Видишь ли, в глубинах лавового моря водятся и эти исполинские черви, и раки — куда как большие, чем ты в него метнула. Просто здесь в берегу зарыты зародыши. Они съедобны. А потом вырастают и уползают в море. Там исполинские змеи и раки — заклятые враги. Истребляют друг друга, на потеху самого великого Владыки. Видишь — зародыши рачков попали в глаза змея, и питаются его энергетическими токами. При этом большинство его мозговых центров отключено.
— Ну, вот и замечательно, — сказал Альфред. — Значит нам надо уходить отсюда, пока змей не очнулся.
— Э-эй! — возмущённо закричал Адольф.
— Что «э-эй»?! — ещё более возмущённо крикнул на него Альфред. — Ты вообще — лежи и помалкивай, а то сбросим тебя в лавовое море. А ну-ка, Елена, попробуй прикрепить голову к моему законному телу…
— И это вместо благодарности? — обиженным тоном поинтересовался Адольф.
— Благодарности за что?! — вскипел Альфред. — За то, что оставил меня без головы… точнее тьфу ты — голову без тела. Или тело без головы… В общем, лежи и помалкивай, достаточно уже тебя наслушались.
Пока Елена пыталась приставить голову Альфреда к его телу, Адольф всё усмехался, а потом поинтересовался:
— И даже не хотите узнать, за что вы должны быть мне благодарны?…
Страница 38 из 42
