Игры на Кровь

Я усмехнулся, стирая с лица сажу.

Лицо Апостола на миг сделалось очень серьезным.

— Братья-хранители! Магистр в курсе произошедшего… Он восхищен работой своих лучших Дознавателей — вашей работой. Долгая и кропотливая работа Ордена завершилась успехом. Теперь в Комитете Безопасности будет новый глава — тот, кому небезразлично равновесие. Тот, кто будет способствовать нашему делу. Делу Хранителей. Вы блестяще справились со своей миссией. Сегодня, личным распоряжением Его Святейшества Верховного магистра Великого Ордена Хранителей Паутины, за успешное проведение операции «Пустой трон», вы возведены в ранг Хранителей-Викариев.

Я отряхивал рукав темно-серого штурмового комбинезона, глядя на Апостола. Когда он закончил свою пафосную речь, я спросил:

— Слушай, у тебя случайно не найдется сигареты?

Муниципальный жилой дом. Ул. Малыгина. Москва. 4 апреля. 19:46.

— Месяц, Диан. Всего лишь месяц, — я, не отрываясь, смотрел в ее огромные изумрудные глаза. — А потом никто и ничто не сможет нас разлучить. Обещаю!

Я не врал. Сейчас, глядя в ее глаза, я точно знал, что говорю правду.

Ведь я любил ее.

Она кивнула, не сводя с меня глаз. Она не стала ничего говорить.

Машинально поправив длинные темные пряди, Диана отошла к узкому диванчику, села спиной ко мне и стала ласково гладить прыгнувшего ей на колени наглого и толстого кота.

Я закурил, глядя в окно, на вечерний город.

— Тебе, кстати, Игорек привет передавал, — сказал я, выдыхая табачный дым. — В Лесном Клане превосходные целительницы. Обещали через неделю-другую на ноги поставить. А пока его Тибет навещать будет…

Диана промолчала.

Я курил, глядя на медленно оттаивающий парк, на оранжевое закатное небо, на серые обшарпанные дома, на улицы, по которым проносились заляпанные грязью легковушки…

Мой город.

Грязный, шумный и бестолковый. Жестокий и глупый.

Почему я здесь?

Потому что привык? Или… потому что люблю?

Эти люди… Людишки. Жалкие, злые, подлые и беззащитные. Не ведающие о том, какие Силы сходятся в противоборстве над их головами. Им не до этого — они бредут по жизни, понурив головы, скучные и потерявшие веру.

Почему я здесь?

Почему продолжаю бороться за этот мир? За свой мир. За своих друзей. За свою половинку. Но ведь не только за СВОЕ? Еще и за этих бессильно злобных и жалких существ, которые даже никогда не узнают моего имени, которым плевать на меня.

За эту нищую и убогую страну с величественным прошлым и, без сомнения, величайшим будущим. Страну, которой плевать на населяющих ее людишек.

У меня скверный характер, я жестокий, самоуверенный и циничный.

Я вампир. Нежить, Нелюдь, извечный пленник Паутины, дарующей мне силы. Извечных должник тех, чья кровь дает мне жизнь. Но, наверное, где-то очень глубоко, на самом донышке моей черной души, я остался мальчишкой.

Не хочу, чтобы Тьма или Черный Престол воцарились над миром. Не нужны мне ни толпы скованных цепями девственниц, ни армии коленопреклоненных слуг, ни пирамиды черепов… Не нужно.

Я хочу видеть улыбки своих друзей. Я хочу видеть веселые искорки в глазах той, которую люблю больше всего на свете. Я хочу жить и чувствовать жизнь. Я хочу найти ответы. И, черт возьми, я хочу чтобы наши хоккеисты снова начали побеждать. Хочу и все.

И хочу, чтобы эти мрачные земли, занимающие одну шестую суши, грязные, замусоренные и продуваемые холодными ветрами, считались не только пристанищем дураков и бандитов, но и родиной тех, кто первым потянулся к звездам. Родиной тех, кто искал Истину, кто умеет не только воевать, но и любить.

Я затушил сигарету в пепельнице.

Отвернувшись от окна, я подошел к сидящей с котом на руках Диане, и очень бережно обнял ее за плечи.

Эпилог.

Половина пути была позади. Через несколько минут авиалайнер должен был оторвать шасси от французской земли и взять курс на жаркий и пыльный Мехико.

Я сидел возле иллюминатора, глядя через него на постройки аэропорта Шарля де Голля.

Пассажиры проходили мимо, занимая свои места.

Я молча смотрел в иллюминатор, перебирая в пальцах фляжку с монограммой КБСК.

Итак, я летел в Мексику. Официально — в инспекторскую командировку. Как вновь назначенный глава Отдела Секретных Разработок КБСК, свежеиспеченный подполковник и уполномоченный консультант Главы Комитета.

Я летел из Москвы, прочь от «раздела пирога», за который принялись победившие в междоусобице. Прочь от интриг, предательства и лжи.

Пусть власть сменилась, но суть нашей работы осталась прежней. Там, в Москве, все было по-старому.

Впрочем, говоря откровенно, я стремился убежать вовсе не от этого.

Я бежал от самого себя. Хотел на несколько недель сменив окружение, окунуться в другой мир, понять себя, разобраться в самом себе.