Одному маленькому мальчику, по имени Джимм, неустанно казалось, что его преследуют змеи. Две змеи ползут за ним по пятам. Но это не простые змеи. Джимм был уверен, что это пришельцы из той летающей тарелки, которая приснилась ему прошлой ночью…
Добавить в моё избранное
142 мин, 43 сек 10310
И в результате всё доходит до того, что ты слышишь«призрачные», несуществующие звуки и не поймёшь, то ли ты их действительно слышишь, то ли сходишь уже с ума и становишься параноиком: начинаешь сопротивляться преследователям, сидящим в своей голове. Убегаешь от них (как собака, которая бегает за собственным хвостом), от кого-то постоянно спасаешься…
Когда Эдди начало радовать то, что он больше ничего не боится, ему чуть не упало на голову огромное бревно. Эдди подумал, что, если бы боялся как прежде, бревно обязательно бы его убило. Это было обыкновенное совпадение: именно в тот момент, как Эдди проходил под этой «веткой», наступил её предел, она стала очень трухлявой у основания, не выдержала и рухнула, падая прямо на голову этого парня. Когда он услышал хруст и поднял голову, бревно (отломившаяся ветвь) уже летела. Если бы Эдди не повыкидывал из головы свои дурные мысли, то он бы опешил (подумал бы, что та тварь на шоссе, взлетела на верхушку этого дерева и перегрызла своими «рыбьими» клыками ствол) и не мог сдвинуться с места. Но сейчас, когда он больше не думал ни о чём плохом, отреагировал точно так же, как на дороге, при виде вылетевшей из-за угла машины: ловко отбежал бы в сторону. Иначе водитель, на некоторое время задремавший за рулём, очнётся и, с вытаращенными от перепугу глазами, крутанёт руль в сторону, а машина в это время перевернётся. Не исключено, что может задеть«остолбеневшего» Эдди.
Эдди так тяжело давалась ходьба по лесу, — постоянно надо было продираться сквозь колючие кусты и наступать в оставшиеся после дождей лужи, всё время мочить ноги, хотя он и без этого был весь с головы до ног мокрый (слишком влажные после дождя кусты), — что он не имел представления, где сейчас находится та парочка, которую он обходит лесом. Успел ли он уже её обойти или всё ещё не дошёл. Ему не хотелось бы выйти из этих дебрей, пробежать немного по шоссе и увидеть впереди «старых знакомых» (миссис Хоккинс и её мужа), всё ещё стоявших и, как прежде, о чём-то разговаривающих. Поэтому Эдди часто останавливался и вслушивался в тишину. В ту сторону, где, по его прикидкам, должна находиться трасса (и эти двое — всё время стоят с краю дороги). Но зачастую Эдди останавливался потому, что его дико измотала эта ходьба по воде и постоянное спотыкание: ноги всё время за что-то зацепляются. Он устал, и останавливался для того, чтобы передохнуть, а не — услышать их голос. Так, как пловец, у которого под ногами дно, а глубина — по плечи.
Сколько он ни вслушивался, ему неустанно казалось, что он всё дальше и дальше уходит от шоссе. — Именно поэтому голосов не слышно. И, если Эдди сейчас пойдёт в ту сторону, где ему казалось, находится шоссе, то он окончательно заблудится. Потому что он сам не заметит, как двинется от шоссе совершенно в противоположную сторону! Ведь Эдди спотыкался? Спотыкался — и не один раз. Бывало, что он даже проваливался в какие-то ямы, незаметные, присыпанные сверху опадавшими с деревьев ветками и пересыхающими листьями. Поэтому где гарантия, что выбиравшись, он продолжал идти по той же «линии», что и шёл раньше?
Эдди так настойчиво озирался по сторонам, что проглядел самое интересное. Он мог вообще этого никогда не заметить и, не исключено, действительно мог навсегда заблудиться в лесу, куда он чисто случайно забрёл. Когда его голова всё также продолжала нервно дёргаться во все стороны, взгляд случайно метнулся в сторону, указывающую на то, что зависло над верхушками деревьев. Вернее, оно не зависло, а медленно-медленно опускалось. Оно было плоское, круглое и огромное. Эдди казалось, что эта штучка опускается в лесную гущу, как батискаф погружается в чёрную и зловещую, похожую на смолу, толщу морской воды. Почему-то именно с водой у него возникла ассоциация… И, если этот парень не дурак, то он собственными глазами видит летающую тарелку! Настоящее НЛО! То самое, о котором иногда рассуждала красотка Хоккинс, когда Эдди приходил к своему соседу-старику в гости, но тут же умолкала или с невинным видом меняла тему разговора. Значит, эта «тарелка» как-то связана с той парочкой на шоссе? — Такая мысль помогла Эдди опомниться. В будущем, после того как«тарелка» также плавно начнёт подниматься вверх, Эдди найдёт выход из леса. Он хорошо запомнит то место, двинется в сторону шоссе, и… Дальше Эдди понесётся с ещё большей скоростью, чем до этого бежал за клубком. Теперь в нём проснулась настоящая паника.
Тинна знала хитрую лазейку, как проникнуть в дом старика, заколоченный досками и взятый под муниципальную охрану. Она ходила туда, кормить свою собаку. Её звали Майка и девочка старалась принести своему животному как можно больше еды. Собака была очень огромная, ростом намного выше Тинниного папы (в бывшем профессионального баскетболиста), поэтому поначалу девочка подумала, что у Гарта в его доме остался какой-то конь. Она сразу же назвала его Майк (имя — словно само просилось на язык). Но потом, когда она поняла, что никакой это не конь, а просто такая огромная собака, то пришлось изменить на «Майку».
Когда Эдди начало радовать то, что он больше ничего не боится, ему чуть не упало на голову огромное бревно. Эдди подумал, что, если бы боялся как прежде, бревно обязательно бы его убило. Это было обыкновенное совпадение: именно в тот момент, как Эдди проходил под этой «веткой», наступил её предел, она стала очень трухлявой у основания, не выдержала и рухнула, падая прямо на голову этого парня. Когда он услышал хруст и поднял голову, бревно (отломившаяся ветвь) уже летела. Если бы Эдди не повыкидывал из головы свои дурные мысли, то он бы опешил (подумал бы, что та тварь на шоссе, взлетела на верхушку этого дерева и перегрызла своими «рыбьими» клыками ствол) и не мог сдвинуться с места. Но сейчас, когда он больше не думал ни о чём плохом, отреагировал точно так же, как на дороге, при виде вылетевшей из-за угла машины: ловко отбежал бы в сторону. Иначе водитель, на некоторое время задремавший за рулём, очнётся и, с вытаращенными от перепугу глазами, крутанёт руль в сторону, а машина в это время перевернётся. Не исключено, что может задеть«остолбеневшего» Эдди.
Эдди так тяжело давалась ходьба по лесу, — постоянно надо было продираться сквозь колючие кусты и наступать в оставшиеся после дождей лужи, всё время мочить ноги, хотя он и без этого был весь с головы до ног мокрый (слишком влажные после дождя кусты), — что он не имел представления, где сейчас находится та парочка, которую он обходит лесом. Успел ли он уже её обойти или всё ещё не дошёл. Ему не хотелось бы выйти из этих дебрей, пробежать немного по шоссе и увидеть впереди «старых знакомых» (миссис Хоккинс и её мужа), всё ещё стоявших и, как прежде, о чём-то разговаривающих. Поэтому Эдди часто останавливался и вслушивался в тишину. В ту сторону, где, по его прикидкам, должна находиться трасса (и эти двое — всё время стоят с краю дороги). Но зачастую Эдди останавливался потому, что его дико измотала эта ходьба по воде и постоянное спотыкание: ноги всё время за что-то зацепляются. Он устал, и останавливался для того, чтобы передохнуть, а не — услышать их голос. Так, как пловец, у которого под ногами дно, а глубина — по плечи.
Сколько он ни вслушивался, ему неустанно казалось, что он всё дальше и дальше уходит от шоссе. — Именно поэтому голосов не слышно. И, если Эдди сейчас пойдёт в ту сторону, где ему казалось, находится шоссе, то он окончательно заблудится. Потому что он сам не заметит, как двинется от шоссе совершенно в противоположную сторону! Ведь Эдди спотыкался? Спотыкался — и не один раз. Бывало, что он даже проваливался в какие-то ямы, незаметные, присыпанные сверху опадавшими с деревьев ветками и пересыхающими листьями. Поэтому где гарантия, что выбиравшись, он продолжал идти по той же «линии», что и шёл раньше?
Эдди так настойчиво озирался по сторонам, что проглядел самое интересное. Он мог вообще этого никогда не заметить и, не исключено, действительно мог навсегда заблудиться в лесу, куда он чисто случайно забрёл. Когда его голова всё также продолжала нервно дёргаться во все стороны, взгляд случайно метнулся в сторону, указывающую на то, что зависло над верхушками деревьев. Вернее, оно не зависло, а медленно-медленно опускалось. Оно было плоское, круглое и огромное. Эдди казалось, что эта штучка опускается в лесную гущу, как батискаф погружается в чёрную и зловещую, похожую на смолу, толщу морской воды. Почему-то именно с водой у него возникла ассоциация… И, если этот парень не дурак, то он собственными глазами видит летающую тарелку! Настоящее НЛО! То самое, о котором иногда рассуждала красотка Хоккинс, когда Эдди приходил к своему соседу-старику в гости, но тут же умолкала или с невинным видом меняла тему разговора. Значит, эта «тарелка» как-то связана с той парочкой на шоссе? — Такая мысль помогла Эдди опомниться. В будущем, после того как«тарелка» также плавно начнёт подниматься вверх, Эдди найдёт выход из леса. Он хорошо запомнит то место, двинется в сторону шоссе, и… Дальше Эдди понесётся с ещё большей скоростью, чем до этого бежал за клубком. Теперь в нём проснулась настоящая паника.
Тинна знала хитрую лазейку, как проникнуть в дом старика, заколоченный досками и взятый под муниципальную охрану. Она ходила туда, кормить свою собаку. Её звали Майка и девочка старалась принести своему животному как можно больше еды. Собака была очень огромная, ростом намного выше Тинниного папы (в бывшем профессионального баскетболиста), поэтому поначалу девочка подумала, что у Гарта в его доме остался какой-то конь. Она сразу же назвала его Майк (имя — словно само просилось на язык). Но потом, когда она поняла, что никакой это не конь, а просто такая огромная собака, то пришлось изменить на «Майку».
Страница 30 из 39
