Две маленькие фигуры, закутанные в хламиды, брели по пустыне, медленно переставляя ноги. Высоко поднявшееся над землей солнце удлиняло их угловатые четко очерченные тени. Белое, с красноватым пятном в середине, небесное светило, уподобляясь внимательному чуткому оку неведомого огромного существа, пристально следило за людьми…
Добавить в моё избранное
126 мин, 23 сек 17777
— Шакалы, наверное. С этими тварями лучше не связываться.
С этими словами они вновь рассредоточились и, уже в гнетущем молчании, с удвоенной скоростью погнали путников дальше, в обход города.
Дети ещё некоторое время прекрасно слышали эти странные крики и ругань, совершенно не похожую на голоса животных, о которых подумали, и которых опасались незадачливые конвоиры.
Вскоре визги матерящихся шакалов стихли и пропали окончательно.
Глава 7
Прежде, чем окончательно скрыться в водной пучине, куда с таким тупым упорством и холодностью затаскивали покойники, инстинктивно задержал дыхание. Прекрасно понимая, насколько это может быть бесполезно, я не оставлял теплящейся надежды на спасение. Секунду спустя свет померк. Теперь перед взором блуждала зеленоватая мутная тьма, колышущаяся, подобно обрывку ветхого тряпья на слабом ветру. Вопреки ожиданиям, мне не удалось столкнуться с тишиной. Ненавязчивые тихие звуки продолжали кружиться вкруг. Сквозь невидимый барьер, создаваемый водой, до сознания долетал слегка приглушённый шёпот и прерывистое бормотание. Создавалось впечатление, что у самого уха кто-то удосужился включить радио на минимальной громкости. Естественно, различить слов не представлялось возможным. Они сливались воедино, во что-то неясное, неразборчивое, как если бы произносились на иностранном языке. Но в том, что это именно слова я не испытывал никаких сомнений. Мертвецы, кружащие вокруг в полупрозрачной водной среде, были у себя дома. Сейчас они встречали непрошеных гостей. Они не стремились напасть. Просто упрямо игнорировали. Я решил воспользоваться тем, что эти твари не пытаются приблизиться, и попытался всплыть на поверхность. Но стоило совершить резкое неосторожное движение, как кто-то находящийся внизу неожиданно дернул за ногу и утащил на несколько метров на глубину, а затем отпустил. Я сдержался и не заорал только потому, что берёг силы и некоторую толику кислорода, которая оставалась в лёгких. Большими от удивления и ужаса глазами посмотрел вниз. Подо мной кружилось и плавало, едва шевеля гнилыми конечностями, какое-то тело. Я даже не смог различить, какого именно оно пола. Неожиданно, труп взглянул на меня — пустые провалы глазниц. Как показалось, смотрел он сердито. Этим взглядом пытался предупредить, чтобы не думал бежать. Я только пожал плечами в ответ. Не беспокойся, дружище, без Инеи нечего делать на поверхности. Лучше сразу уйти на дно бездушным камнем, чтобы со временем стать таким же, как ты.
Девушки поблизости не было. Наверняка, она уже вместе с Калачиком отправились на тот свет. Не решаясь медлить, уверенно последовал в примерном направлении её местонахождения. Двигался неуклюже, рывками. Но покойники видя, что я вполне благоразумно спешу на дно, не мешали двигаться к своей цели. Они наоборот, исчезали, растворялись, оседали на дно, как потревоженный чужой ступнёй мутный песок. Вскоре они окончательно превратились в тени. А потом исчезли вовсе, потому что ни одна тень не может самостоятельно прожить на свету, если у неё, конечно, нет своего источника. Дело в том, что я действительно видел свет. Чем быстрее приближался ко дну, тем больше света он источал. Вскоре он стал даже слепить глаза. Я невольно зажмурился, а когда протянул руку, чтобы скорее коснуться дна, рука прошла сквозь воду и оказалась на воздухе. От неожиданности подался вперёд и вынырнул из воды. Открыв глаза, увидел серое пасмурное небо. Всего пять минут назад здесь, очевидно, прошёл сильный дождь или наоборот, только должен был начаться. До меня внезапно дошло, что странное озеро имело двойное дно, другую свою лицевую часть, какую обычно имеет игральная карта. И вместо тьмы на самом дне удалось достичь света на другой его поверхности, проплыв насквозь это чёртово озеро.
На берегу — таком же с виду округлом и идеальном, как на другой стороне озера — виднелись далекие, перемигивающиеся всполохами огни. Оттуда долетала ярмарочная музыка, задорное покрикивание, весёлый смех. В общем-то, ничего особо страшного. Но услышав его, я сразу похолодел, несмотря на то, что вода оказалась на удивление тёплой, видимо, за день нагретой солнцем. Теперь настала моя очередь встретиться с собственным страхом лицом к лицу. Тяжело вздохнув, я поспешил своим ходом быстрее добраться до суши.
Как и предполагал, это оказался парк аттракционов. Только что он делал посреди пустыни, где таких мероприятий отродясь не водилось? Хотя, это ведь мир страхов. Порой здесь творится цирк и похуже.
Как доплыл до берега — не помню. Под конец меня просто выбросило на берег, как кита-самоубийцу. Какое-то время просто лежал, не двигаясь. Приложившись щекой к тёплому песку, который с наступлением вечера начал медленно остывать, несколько минут восстанавливал силы. Погружение на дно и синхронное плавание с покойниками вымотало и физически и душевно. Лёжа на песке, я не мог как следует пошевелить конечностями. Мысли текли вяло и неохотно, будто по принуждению.
С этими словами они вновь рассредоточились и, уже в гнетущем молчании, с удвоенной скоростью погнали путников дальше, в обход города.
Дети ещё некоторое время прекрасно слышали эти странные крики и ругань, совершенно не похожую на голоса животных, о которых подумали, и которых опасались незадачливые конвоиры.
Вскоре визги матерящихся шакалов стихли и пропали окончательно.
Глава 7
Прежде, чем окончательно скрыться в водной пучине, куда с таким тупым упорством и холодностью затаскивали покойники, инстинктивно задержал дыхание. Прекрасно понимая, насколько это может быть бесполезно, я не оставлял теплящейся надежды на спасение. Секунду спустя свет померк. Теперь перед взором блуждала зеленоватая мутная тьма, колышущаяся, подобно обрывку ветхого тряпья на слабом ветру. Вопреки ожиданиям, мне не удалось столкнуться с тишиной. Ненавязчивые тихие звуки продолжали кружиться вкруг. Сквозь невидимый барьер, создаваемый водой, до сознания долетал слегка приглушённый шёпот и прерывистое бормотание. Создавалось впечатление, что у самого уха кто-то удосужился включить радио на минимальной громкости. Естественно, различить слов не представлялось возможным. Они сливались воедино, во что-то неясное, неразборчивое, как если бы произносились на иностранном языке. Но в том, что это именно слова я не испытывал никаких сомнений. Мертвецы, кружащие вокруг в полупрозрачной водной среде, были у себя дома. Сейчас они встречали непрошеных гостей. Они не стремились напасть. Просто упрямо игнорировали. Я решил воспользоваться тем, что эти твари не пытаются приблизиться, и попытался всплыть на поверхность. Но стоило совершить резкое неосторожное движение, как кто-то находящийся внизу неожиданно дернул за ногу и утащил на несколько метров на глубину, а затем отпустил. Я сдержался и не заорал только потому, что берёг силы и некоторую толику кислорода, которая оставалась в лёгких. Большими от удивления и ужаса глазами посмотрел вниз. Подо мной кружилось и плавало, едва шевеля гнилыми конечностями, какое-то тело. Я даже не смог различить, какого именно оно пола. Неожиданно, труп взглянул на меня — пустые провалы глазниц. Как показалось, смотрел он сердито. Этим взглядом пытался предупредить, чтобы не думал бежать. Я только пожал плечами в ответ. Не беспокойся, дружище, без Инеи нечего делать на поверхности. Лучше сразу уйти на дно бездушным камнем, чтобы со временем стать таким же, как ты.
Девушки поблизости не было. Наверняка, она уже вместе с Калачиком отправились на тот свет. Не решаясь медлить, уверенно последовал в примерном направлении её местонахождения. Двигался неуклюже, рывками. Но покойники видя, что я вполне благоразумно спешу на дно, не мешали двигаться к своей цели. Они наоборот, исчезали, растворялись, оседали на дно, как потревоженный чужой ступнёй мутный песок. Вскоре они окончательно превратились в тени. А потом исчезли вовсе, потому что ни одна тень не может самостоятельно прожить на свету, если у неё, конечно, нет своего источника. Дело в том, что я действительно видел свет. Чем быстрее приближался ко дну, тем больше света он источал. Вскоре он стал даже слепить глаза. Я невольно зажмурился, а когда протянул руку, чтобы скорее коснуться дна, рука прошла сквозь воду и оказалась на воздухе. От неожиданности подался вперёд и вынырнул из воды. Открыв глаза, увидел серое пасмурное небо. Всего пять минут назад здесь, очевидно, прошёл сильный дождь или наоборот, только должен был начаться. До меня внезапно дошло, что странное озеро имело двойное дно, другую свою лицевую часть, какую обычно имеет игральная карта. И вместо тьмы на самом дне удалось достичь света на другой его поверхности, проплыв насквозь это чёртово озеро.
На берегу — таком же с виду округлом и идеальном, как на другой стороне озера — виднелись далекие, перемигивающиеся всполохами огни. Оттуда долетала ярмарочная музыка, задорное покрикивание, весёлый смех. В общем-то, ничего особо страшного. Но услышав его, я сразу похолодел, несмотря на то, что вода оказалась на удивление тёплой, видимо, за день нагретой солнцем. Теперь настала моя очередь встретиться с собственным страхом лицом к лицу. Тяжело вздохнув, я поспешил своим ходом быстрее добраться до суши.
Как и предполагал, это оказался парк аттракционов. Только что он делал посреди пустыни, где таких мероприятий отродясь не водилось? Хотя, это ведь мир страхов. Порой здесь творится цирк и похуже.
Как доплыл до берега — не помню. Под конец меня просто выбросило на берег, как кита-самоубийцу. Какое-то время просто лежал, не двигаясь. Приложившись щекой к тёплому песку, который с наступлением вечера начал медленно остывать, несколько минут восстанавливал силы. Погружение на дно и синхронное плавание с покойниками вымотало и физически и душевно. Лёжа на песке, я не мог как следует пошевелить конечностями. Мысли текли вяло и неохотно, будто по принуждению.
Страница 26 из 36
