Город тонул в предрассветной мгле. Маленький городок, расположенный по течению тихой реки насчитывал не больше 20 тысяч жителей. Старая застройка, резные фасадами, тихая жизнь. В таких местах рождались счастливые люди. По узким улицам, сильно шатаясь, брел человек. Смесь дешевого алкоголя, сигарет и доступных женщин сливались в единый аромат и тянулись длинным шлейфом. Потрепанная рубашка, вылезшая из джинсов, лишь отчасти закрывала худощавое тело.
Добавить в моё избранное
127 мин, 52 сек 7384
Дмитрий продолжил:
— Нам есть чем заняться. Объявилась твоя сестра. И она очень уж активно сует нос в чужие дела. Боюсь ее тоже придется убрать.
Мила тихо подняла голову, посмотрела на собеседника и едва заметно кивнула.
— Прошу тебя, не предпринимай ничего сама. Я скажу, когда будет подходящий момент. Обещаю, ты будешь отомщена.
Дмитрий подошел, попытался обнять Милу, но провалился насквозь. Девушка исчезла. Мужчина обескураженно посмотрел по сторонам, и тихо произнес:
— Я тебя люблю.
Знакомый бомж сидел под невысоким мостом и смотрел на стекающие с кромки капли воды. Ему не спалось. Он потеплее укатался в рванный свитер и сделал новый глоток. Горячая жидкость приятным теплом разлилась по телу, согревая в эту холодную ночь. От сырости его волосы и борода спутались еще сильнее, становясь кучерявыми и вьющимися. Равномерный шум дождя успокаивал, и создавал ощущение гармонии, изредка нарушаемой звуком проезжающих над головой машин.
Он вспоминал свою прошлую жизнь, когда у него еще были семья, работа, дом и друзья. Когда он был еще кому-то нужен. Вспоминал лица прохожих, вечно куда-то спешащих, вспоминал взгляды людей, подающих милостыню. Часть с жалостью. Часть с презрением. Часть с ненавистью. Но больше всего — с безразличием.
С моста стекала вода, стекала прямо в реку. Река с каждой каплей становилась все полноводней, а течение сильней. Бомж еще сильнее закутался и вжался в стойку моста. Закрыл глаза и наконец-то заснул. Ему снилось лето.
Солнечный луч проник за занавеску и упал на лицо. Саша зажмурился и нехотя открыл глаза. Рядом лежала Софи. Даже сонная и без косметики она была похожа на ангела. Белые волосы раскинуты по подушке, руки спрятаны где-то в глубине одеяла. Саша улыбнулся, потянулся и попытался встать. Спина ныла, но вполне терпимо. А вот рука под гипсом жутко чесалась. Подошел к окну, открыл. Свежий воздух ворвался в дом. Саша наслаждался теплым утром и мечтал об утренней пробежке. Но не сейчас. Когда поправится. Но, пожалуй, пройти пару кварталов он вполне в состоянии. Странно, но Милу он, как будто, больше не боялся. Саша накинул старую кожаную куртку и, осторожно, вышел на улицу. В воздухе пахло свежестью. Он сунул руки в карманы и пошел в сторону центра. Раннее утро — странное время. На улицах можно встретить разных людей. Там, на переходе, человек в деловом костюме уже спешит на работу. А вон здесь, в переулке, только что остановилось такси и высадило двух ночных бабочек. Нет, не проституток, просто девушек тусовщиц, в коротких юбках и длинных каблуках. Они только что закончили веселиться и возвращаются домой. А из дома напротив, испуганно смотря по сторонам, выбегает растрепанная барышня лет 25. Кажется, ее муж работает в местной администрации. Но девушка, конечно, выходит не от него. Здесь живет ее любовник. Саша улыбается и идет дальше. Через пару остановок будет школа. Настя. Настя в больнице. Его как будто пронзили ножом. ЕГО Настя лежит в больнице. К горлу поднялся комок гнева и обиды. Время приближалось к девяти часам, Саша остановился и повернул в сторону госпиталя.
Деревья жизнерадостно шелестели листвой, солнечные лучи согревали землю. Несмотря на раннее время, было довольно многолюдно. Пациенты, врачи, посетители… Саша нашел толстую женщину в регистратуре и узнал номер палаты Насти — 57й. Артур лежал здесь же, но к нему не пускали, Софи была права.
Поднявшись на второй этаж, он тяжелой походкой шел по коридору. Спина снова начала болеть, двигаться становилось все сложнее. 50я, 51я, 52я… Коридор резко сворачивал под прямым углом, нужная палата, вероятно, была там. С каждым шагом ему становилось все хуже, затылок пульсировал, рука ныла, ноги подкашивались. Голову сверлило чувство опасности. «Бежать, бежать», настойчивый голос сковывал движения. Саша с трудом дошел до поворота, облокотился на стену и выглянул за угол. Ноги окончательно его предали, он упал на пол со стеклянными глазами. Из палаты Насти выходил Дмитрий.
Пятнадцатью минут ранее.
— Здравствуйте, Дмитрий Петрович. — Толстая тетка на регистратуре приветствовала молодого коллегу. — Как у Вас дела?
— Доброе утро, Тамара Сергеевна. Клиенты не жалуются. Я на второй, к главврачу.
— Да-да, проходите.
Дмитрий поднялся на второй этаж и вошел в палату Насти. Девушка была без сознания, рядом стояла капельница, живот перевязан. Дмитрий сел рядом с кроватью и внимательно посмотрел на пациентку.
— Красивая. — Провел вешней стороной ладони по ее лицу. — Ну что, Настя, доигралась в детектива? Я вас всех предупреждал… Не лезьте к нам. Так нет же, надо все испортить. — Дмитрий достал шприц с прозрачной жидкостью и положил на тумбочку. — А я ведь пришел тебя убить. Доделать то, что не смогла Мила. — Он замолчал, опустил голову и замер. — Я дам тебе последний шанс. Саша ж получил. Ты меня не слышишь, но я все-равно скажу. Уйди с пути. Если проснешься, не ищи Милу.
— Нам есть чем заняться. Объявилась твоя сестра. И она очень уж активно сует нос в чужие дела. Боюсь ее тоже придется убрать.
Мила тихо подняла голову, посмотрела на собеседника и едва заметно кивнула.
— Прошу тебя, не предпринимай ничего сама. Я скажу, когда будет подходящий момент. Обещаю, ты будешь отомщена.
Дмитрий подошел, попытался обнять Милу, но провалился насквозь. Девушка исчезла. Мужчина обескураженно посмотрел по сторонам, и тихо произнес:
— Я тебя люблю.
Знакомый бомж сидел под невысоким мостом и смотрел на стекающие с кромки капли воды. Ему не спалось. Он потеплее укатался в рванный свитер и сделал новый глоток. Горячая жидкость приятным теплом разлилась по телу, согревая в эту холодную ночь. От сырости его волосы и борода спутались еще сильнее, становясь кучерявыми и вьющимися. Равномерный шум дождя успокаивал, и создавал ощущение гармонии, изредка нарушаемой звуком проезжающих над головой машин.
Он вспоминал свою прошлую жизнь, когда у него еще были семья, работа, дом и друзья. Когда он был еще кому-то нужен. Вспоминал лица прохожих, вечно куда-то спешащих, вспоминал взгляды людей, подающих милостыню. Часть с жалостью. Часть с презрением. Часть с ненавистью. Но больше всего — с безразличием.
С моста стекала вода, стекала прямо в реку. Река с каждой каплей становилась все полноводней, а течение сильней. Бомж еще сильнее закутался и вжался в стойку моста. Закрыл глаза и наконец-то заснул. Ему снилось лето.
Солнечный луч проник за занавеску и упал на лицо. Саша зажмурился и нехотя открыл глаза. Рядом лежала Софи. Даже сонная и без косметики она была похожа на ангела. Белые волосы раскинуты по подушке, руки спрятаны где-то в глубине одеяла. Саша улыбнулся, потянулся и попытался встать. Спина ныла, но вполне терпимо. А вот рука под гипсом жутко чесалась. Подошел к окну, открыл. Свежий воздух ворвался в дом. Саша наслаждался теплым утром и мечтал об утренней пробежке. Но не сейчас. Когда поправится. Но, пожалуй, пройти пару кварталов он вполне в состоянии. Странно, но Милу он, как будто, больше не боялся. Саша накинул старую кожаную куртку и, осторожно, вышел на улицу. В воздухе пахло свежестью. Он сунул руки в карманы и пошел в сторону центра. Раннее утро — странное время. На улицах можно встретить разных людей. Там, на переходе, человек в деловом костюме уже спешит на работу. А вон здесь, в переулке, только что остановилось такси и высадило двух ночных бабочек. Нет, не проституток, просто девушек тусовщиц, в коротких юбках и длинных каблуках. Они только что закончили веселиться и возвращаются домой. А из дома напротив, испуганно смотря по сторонам, выбегает растрепанная барышня лет 25. Кажется, ее муж работает в местной администрации. Но девушка, конечно, выходит не от него. Здесь живет ее любовник. Саша улыбается и идет дальше. Через пару остановок будет школа. Настя. Настя в больнице. Его как будто пронзили ножом. ЕГО Настя лежит в больнице. К горлу поднялся комок гнева и обиды. Время приближалось к девяти часам, Саша остановился и повернул в сторону госпиталя.
Деревья жизнерадостно шелестели листвой, солнечные лучи согревали землю. Несмотря на раннее время, было довольно многолюдно. Пациенты, врачи, посетители… Саша нашел толстую женщину в регистратуре и узнал номер палаты Насти — 57й. Артур лежал здесь же, но к нему не пускали, Софи была права.
Поднявшись на второй этаж, он тяжелой походкой шел по коридору. Спина снова начала болеть, двигаться становилось все сложнее. 50я, 51я, 52я… Коридор резко сворачивал под прямым углом, нужная палата, вероятно, была там. С каждым шагом ему становилось все хуже, затылок пульсировал, рука ныла, ноги подкашивались. Голову сверлило чувство опасности. «Бежать, бежать», настойчивый голос сковывал движения. Саша с трудом дошел до поворота, облокотился на стену и выглянул за угол. Ноги окончательно его предали, он упал на пол со стеклянными глазами. Из палаты Насти выходил Дмитрий.
Пятнадцатью минут ранее.
— Здравствуйте, Дмитрий Петрович. — Толстая тетка на регистратуре приветствовала молодого коллегу. — Как у Вас дела?
— Доброе утро, Тамара Сергеевна. Клиенты не жалуются. Я на второй, к главврачу.
— Да-да, проходите.
Дмитрий поднялся на второй этаж и вошел в палату Насти. Девушка была без сознания, рядом стояла капельница, живот перевязан. Дмитрий сел рядом с кроватью и внимательно посмотрел на пациентку.
— Красивая. — Провел вешней стороной ладони по ее лицу. — Ну что, Настя, доигралась в детектива? Я вас всех предупреждал… Не лезьте к нам. Так нет же, надо все испортить. — Дмитрий достал шприц с прозрачной жидкостью и положил на тумбочку. — А я ведь пришел тебя убить. Доделать то, что не смогла Мила. — Он замолчал, опустил голову и замер. — Я дам тебе последний шанс. Саша ж получил. Ты меня не слышишь, но я все-равно скажу. Уйди с пути. Если проснешься, не ищи Милу.
Страница 27 из 36
