Гоша

Поэтому — только собачья будка, в которой даже блохастый бобик выжить не смог. И пусть приезжают, кому не лень.

— И?… Ну и как долго страдать будешь под дырявой крышей?

— А как только до самого распоследнего родственничка слухи доползут, что я совсем обнищал и меня за клоуна зеленорожего тут держат — вот тогда и подумаю, что с жильем делать.

Так Семеныч понял, что квартирный вопрос испортил не только москвичей.

Через неделю паломничество закончилось. Этому поспособствовал ливень и пришедшее за ним похолодание. Гоблинский табор сгребся и убрался обратно в джунгли. Там тоже сверху лилось, но хотя бы не так сквозило, как в похожей на решето будке.

Убедившись, что больше никого нет, Гоша довольно осклабился и спросил у босса:

— Что там гномы сказали? Третий эшелон с бетоном точно в срок будет?

— Будет, будет, — фыркнул Семеныч и развернул план подземных коммуникаций, которые могли дать фору любому лабиринту Минотавра. — Значит, фаянс мы сюда уже поставили, осталось лишь здесь второй бассейн закончить… Да, вроде по бетону укладываемся, а то придется еще эшелон заказывать… И зачем ты себе пятнадцатый подземный этаж лепишь?

Гоша важно поднял палец и продекламировал:

— А где мои будущие дети играть будут? И куда еще не существующая супруга честно мной заработанное складывать станет? Так что давай достроим, пока возможность есть. А уж как это для жизни приспособить я найду. Ну и тебе личный этаж уже зарезервировали. А то несолидно от жены с тещей в подсобке кабака прятаться при случае. Лучше — со всеми удобствами, как положено.

Семеныч покосился и закончил обсуждение жилищного вопроса:

— Тогда плитку для бассейна я из фондов добуду. Ну и будку не забудь подпереть какой-нибудь штакетиной. А то обвалится, лифтовую шахту демаскирует…

Еще один эшелон с бетоном у гномов заказали через неделю. На всякий случай. Плитку же сверх лимита приволокли орки, потому как сауну для них Гоша доделал почти сразу, как вселился. Минус третий этаж, скидка за повторный визит и реклама в каждом стойбище.

Что поделаешь, содержание собачьей будки — дорогое удовольствие, однако…

17. Буковки

— Благородный рыцарь обнажил свой меч и… Слышь, зеленый, а ты не помнишь, благородные сразу железкой тыкают или сначала речь какую произносят?

Семеныч почесал пером затылок и повернулся к помощнику, который заканчивал полировку очередной бронзовой штуковины для нового клиента. Как оказалось, сорочьи привычки были присущи не только оркам, готовым тащить любую блестящую дрянь со всей округи. На ярко надраенные железяки сбегались и более состоятельные покупатели. Поставь рядом две трубы для душевых в замке, одну хорошенько отполируй — ценник можно в половину задрать без смущения. Да еще и подерутся ради столь модной новинки. Вот Гоша и старался.

— Благородные? Это от ситуации зависит. Если на турнире, да свидетелей толпа, то обязательно будут языком молоть. Могут даже нанять какого барда, чтобы складно под мандалину чужие уши мучал. А если в лесу, да из-за куста… Я бы к рыцарю и не приближался. Пристрелит, кошелек с пояса срежет и все.

— Да ну? — удивился Семеныч, пытаясь оттереть свежепосаженную кляксу. — С чего бы?

— Ну а как им еще деньги зарабатывать? У нас разбойников и нет почти, всех уже повывели. Сам подумай, кого грабить? С гоблинов ничего и не возьмешь, кроме корешков каких и травы сушеной. Орки толпами ходят, кого угодно заколомшатят. Троллей даже зачарованной стрелой не прошибешь. Остаются лишь купеческие караваны, но они давно с охраной инквизиции мотаются. Или королевские гвардейцы за мзду малую присматривают. Вот и приходится всяким нищим феодалам по кустам одиночек отлавливать.

Сантехник недоверчиво хмыкнул, но спорить не стал. Доцарапав несколько слов помахал в воздухе пергаментом и положил на стол.

— А чего ты спрашивал-то? — заинтересовался зеленомордый хитрец, сунув нос в чужую писанину. — Тебя же отчет написать не заставишь, это для тебя мука страшная. А тут… Единорог раздвинул ноги принцессы и… И?!

— Так, положь и не лапай, в чем не разбираешься! — разозлился начальник канализационно-бытовой службы. — Вот же любопытный! Тебя за это из лесу и выперли, что нос в каждую дырку совал!

— Единорог? С принцессой? А тебя за это на дыбу не потащат? — Гоблин выпучил глаза и стал походить на жабу-переростка.

— С чего бы?

— Ну, благородная кровь. А ты в тексте…

— Во-первых, не я. А благородный дон Врунгель! Который, кстати, очень популярен среди местной аристократии. Король до сих пор не соглашается раскрыть секрет, кто такие замечательные книжки пишет. Во-вторых, там уже шут на почетное место подвизался. За треть гонорара он еще переводить успевает и по соседям продавать. Ну и в-третьих, это в этой книге единорог. А в предыдущей был дракон.

— Был?