Все началось два года назад, когда в декабре месяце мы получили ордер на новую квартиру. Нет, конечно, сами события стали происходить много позже, примерно год спустя, но я все же приурочиваю начало именно к этому событию и считаю, что именно оно стало судьбоносным в моей жизни…
Добавить в моё избранное
125 мин, 58 сек 3835
Я даже вырываться перестала, понимая, что это бесполезно. Лишь лежала, беззвучно роняя слезы, сжимая кулаки и стискивая зубы, терпя боль.
Когда была уже на грани потери сознания, Саша отшвырнул кинжал в сторону, наклонился и скользнул языком, слизывая выступившую кровь. Но, когда я это увидела, мне стало только хуже и дурнее. Он даже перестал меня держать за руки, все равно все тело было словно ватным и сопротивляться уже не было сил. Он просунул руки под спину, приподнимая меня и все так же слизывая кровь. Я бесчувственно запрокинула голову, судорожно хватая ртом воздух, но его все равно катастрофически не хватало, и я потеряла сознание.
Я открыла глаза — темно. В голове вначале промелькнула мысль про тот свет, но сразу же исчезла. Быстро коснувшись груди — нащупала пластырь. Надавив на него пальцем, боли не ощутила, тогда начала ощупывать округу, пытаясь понять, где нахожусь, так как ничего не было видно. Судя по одеялу и подушкам, этот урод перенес меня в спальню на кровать. Тут я загорелась мыслью, что он может лежать рядом и потянулась к противоположному краю кровати, но там никого не оказалось. Жаль, так хотелось его треснуть.
Я аккуратно спустила ноги на пол и, вытянув перед собой руки, медленно пошла вперед. Наконец дошла до стены, прошлась вдоль нее и, наконец, набрела на дверь. Потом еще с минуту шарила по стене руками, в поисках выключателя. Когда включила свет, то первым делом посмотрела на грудь: небольшая квадратная подушечка из бинта, прикрепленная фиксирующим лейкопластырем крест на крест. Я отодрала одну полоску пластыря и заглянула под бинт. Ну что ж, не так страшен черт, как его малюют. Последствия Сашиных развлечений оказались менее масштабными, чем я предполагала. Ни каких кусков мяса он из меня не вырезал, «резьба по дереву» заняла далеко не пол грудной клетки, да и крови, похоже потеряла не больше чем при сдаче ее из вены у врача. Все оказалось гораздо скромнее: пару капель крови на бинтике и аккуратный славец, размером всего-то 4х4см. А когда этот маньяк сидел на мне верхом с кинжалом в руках, резал и упивался видом крови, все казалось куда гораздо страшнее и внушительнее. Мне, почему-то, думалось, что он всю грудь располосовал, если вообще нахрен грудину и ребра не повырезал, но наделе все оказалось не так уж страшно. Эта атака была направлена исключительно на психику, а не на тело, так как оказывала поистине угнетающее действие и выглядела очень ужасающе, хотя конкретного вреда нанести не могла. Если бы знала, что все закончится маленьким славцем, не шарахнулась бы в обморок и не доставила бы этому извергу такое удовольствие. Кстати об изверге…
Вспомнив об этом гаденыше, сильно захотелось сказать ему все, что я о нем думаю, поэтому отправилась на его поиски, но, пройдясь по всей квартире, поганца так и не обнаружила. Сначала удивилась, но когда посмотрела на время, то пришла в ужас. Час ночи! А мне ведь еще завтра в институт, точнее уже сегодня. Называется, сходила домой, сделала реферат… По крайней мере теперь понятно где этот асоциальный, деклассированный элемент. Мой девиант недобитый, мизантроп, сатрап и декадент хренов! В голову лезло еще множество нехорошего, но я постаралась переключиться с бесполезных обзывательств этого членистоногого, на что-то более важное и полезное. Хотя бы на то, что я разгуливаю полуголая и не помешало бы одеться. В принципе, во мне мало что изменилось с момента ссоры, я была все так же в джинсах и носках, полуумок разве что снял с меня кроссовки (должно быть, не захотел пачкать кровать) и разрезанную футболку, которая все так же лежала на диване в паре капель крови. Дальше раздевать меня, видимо, ему было лень или некогда или, зная мою пошлую голову, как предосторожность, от недобрых мыслей. Как раз, размышляя о не добром, меня осенило, что я вернулась с больницы в кофте, и она должна быть где-то в квартире. Заглянув в ванную, обнаружила ее на том же месте, где и оставила. Одевшись, сразу почувствовала себя человеком, правда в голову пришла другая отвратительная мысль, что у недоумка дверь с обеих сторон на ключ закрывается, а ключ само собой с хозяином в больнице. Мысль о том, что придется провести здесь всю ночь и дожидаться эту бестолочь, повергла меня в ужас.
Я выскочила из ванной и подлетела к двери. Как камень с души. Даже не повернулся язык назвать его олухом, и я мысленно сказала Саше спасибо, что он еще не окончательно дурак и не додумался меня здесь закрыть, а любезно оставил на тумбе запасной ключ. Пройдя по квартире, погасив везде свет и забрав все свои вещи, вышла на площадку. Бросив ключ под коврик, пошла домой, но на этот раз так не повезло, и Чед залился лаем. Я сразу же на него шикнула, но родителей он, к сожалению, уже разбудил.
— Мы уж думали, что тебя можно и не ждать, — сказала мама, оглядывая меня с ног до головы. Я прижала к груди куртку, боясь, что она заметит выпирающий бинт из выреза горловины. О черт! Я же лифчик забыла. Он что, опять унес его на работу в кармане?
Когда была уже на грани потери сознания, Саша отшвырнул кинжал в сторону, наклонился и скользнул языком, слизывая выступившую кровь. Но, когда я это увидела, мне стало только хуже и дурнее. Он даже перестал меня держать за руки, все равно все тело было словно ватным и сопротивляться уже не было сил. Он просунул руки под спину, приподнимая меня и все так же слизывая кровь. Я бесчувственно запрокинула голову, судорожно хватая ртом воздух, но его все равно катастрофически не хватало, и я потеряла сознание.
Я открыла глаза — темно. В голове вначале промелькнула мысль про тот свет, но сразу же исчезла. Быстро коснувшись груди — нащупала пластырь. Надавив на него пальцем, боли не ощутила, тогда начала ощупывать округу, пытаясь понять, где нахожусь, так как ничего не было видно. Судя по одеялу и подушкам, этот урод перенес меня в спальню на кровать. Тут я загорелась мыслью, что он может лежать рядом и потянулась к противоположному краю кровати, но там никого не оказалось. Жаль, так хотелось его треснуть.
Я аккуратно спустила ноги на пол и, вытянув перед собой руки, медленно пошла вперед. Наконец дошла до стены, прошлась вдоль нее и, наконец, набрела на дверь. Потом еще с минуту шарила по стене руками, в поисках выключателя. Когда включила свет, то первым делом посмотрела на грудь: небольшая квадратная подушечка из бинта, прикрепленная фиксирующим лейкопластырем крест на крест. Я отодрала одну полоску пластыря и заглянула под бинт. Ну что ж, не так страшен черт, как его малюют. Последствия Сашиных развлечений оказались менее масштабными, чем я предполагала. Ни каких кусков мяса он из меня не вырезал, «резьба по дереву» заняла далеко не пол грудной клетки, да и крови, похоже потеряла не больше чем при сдаче ее из вены у врача. Все оказалось гораздо скромнее: пару капель крови на бинтике и аккуратный славец, размером всего-то 4х4см. А когда этот маньяк сидел на мне верхом с кинжалом в руках, резал и упивался видом крови, все казалось куда гораздо страшнее и внушительнее. Мне, почему-то, думалось, что он всю грудь располосовал, если вообще нахрен грудину и ребра не повырезал, но наделе все оказалось не так уж страшно. Эта атака была направлена исключительно на психику, а не на тело, так как оказывала поистине угнетающее действие и выглядела очень ужасающе, хотя конкретного вреда нанести не могла. Если бы знала, что все закончится маленьким славцем, не шарахнулась бы в обморок и не доставила бы этому извергу такое удовольствие. Кстати об изверге…
Вспомнив об этом гаденыше, сильно захотелось сказать ему все, что я о нем думаю, поэтому отправилась на его поиски, но, пройдясь по всей квартире, поганца так и не обнаружила. Сначала удивилась, но когда посмотрела на время, то пришла в ужас. Час ночи! А мне ведь еще завтра в институт, точнее уже сегодня. Называется, сходила домой, сделала реферат… По крайней мере теперь понятно где этот асоциальный, деклассированный элемент. Мой девиант недобитый, мизантроп, сатрап и декадент хренов! В голову лезло еще множество нехорошего, но я постаралась переключиться с бесполезных обзывательств этого членистоногого, на что-то более важное и полезное. Хотя бы на то, что я разгуливаю полуголая и не помешало бы одеться. В принципе, во мне мало что изменилось с момента ссоры, я была все так же в джинсах и носках, полуумок разве что снял с меня кроссовки (должно быть, не захотел пачкать кровать) и разрезанную футболку, которая все так же лежала на диване в паре капель крови. Дальше раздевать меня, видимо, ему было лень или некогда или, зная мою пошлую голову, как предосторожность, от недобрых мыслей. Как раз, размышляя о не добром, меня осенило, что я вернулась с больницы в кофте, и она должна быть где-то в квартире. Заглянув в ванную, обнаружила ее на том же месте, где и оставила. Одевшись, сразу почувствовала себя человеком, правда в голову пришла другая отвратительная мысль, что у недоумка дверь с обеих сторон на ключ закрывается, а ключ само собой с хозяином в больнице. Мысль о том, что придется провести здесь всю ночь и дожидаться эту бестолочь, повергла меня в ужас.
Я выскочила из ванной и подлетела к двери. Как камень с души. Даже не повернулся язык назвать его олухом, и я мысленно сказала Саше спасибо, что он еще не окончательно дурак и не додумался меня здесь закрыть, а любезно оставил на тумбе запасной ключ. Пройдя по квартире, погасив везде свет и забрав все свои вещи, вышла на площадку. Бросив ключ под коврик, пошла домой, но на этот раз так не повезло, и Чед залился лаем. Я сразу же на него шикнула, но родителей он, к сожалению, уже разбудил.
— Мы уж думали, что тебя можно и не ждать, — сказала мама, оглядывая меня с ног до головы. Я прижала к груди куртку, боясь, что она заметит выпирающий бинт из выреза горловины. О черт! Я же лифчик забыла. Он что, опять унес его на работу в кармане?
Страница 27 из 33
