За окнами — зима. Вечер, а уже так темно, будто ночь наступила. Впрочем, так как небо завесили тучи, а дело происходило в городе, то и ночь, и вечер — всё одно, полной тьмы не было. От отражённых городских огней небо казалось тёмно-оранжевым…
Добавить в моё избранное
117 мин, 30 сек 8045
Теперь мы можем быть уверены, что именно в этом парке, в этом месте надо искать ведьму. Пожалуй — это самое колдовское из всех когда-либо виденных мною мест…
Тогда Витя-кот произнёс:
— Слушай, Лен, а я вот что ещё хотел сказать. Ведь это дело опасное, а ты за мной идёшь… Не боишься, а?
— Боюсь, — не колеблясь, ответила Ленка.
— Так я ж тебя за тобой не тащу. Можешь возвращаться, пока ещё не поздно.
— Нет, я с тобой пойду, — так же без колебаний, как нечто уже окончательно решённое ответила Ленка, и тут же пояснила. — Ведь знаю я тебя: такой ты невнимательный, неаккуратный, непутёвый, ведь пропадёшь без меня. Как же я это перенесу?
— Ладно, тогда не будем терять время на разговоры, а попытаемся подкрасться к усадьбе незамеченными, — произнёс Витя-кот, и тут же мрачно добавил. — Если, конечно, нас уже не заметили…
Они нашли какую-то неглубокую, из-за засыпавшего её снега канаву, и поползли по ней. Снегокаты оставили, так как теперь они только мешались бы. Впереди полз Витя-кот, а за ним, из всех стараясь не отстать — Ленка. Причём массивнейший кошачий хвост время от времени вздымался в воздух, и стремительно падал, попадая Ленке по затылку. И, несмотря на то, что был этот хвост мягким и пушистым, удары эти девочке совсем не нравились, так как они постоянно вбивали её в снег.
— Ну, прекрати же! — взмолилась Ленка.
Но тут Витя-кот остановился, а его хвост ударил её с такой силой, что Ленкино лицо полностью оказалось под снегом. Когда же подняла она голову, то никого не увидела.
И сразу ей стало так страшно, что для того, чтобы не завопить, зажала она ладонью свой рот. Поняла, что ей без Вити-кота — ну просто невыносимо жутко.
Казалось, что вот сейчас наброситься на неё тёмная ведьма, превратит в какого-нибудь зверя и навсегда утащит к себе в услужение. И вот зашептала Ленка, едва слёзы сдерживая:
— Ну, Витька, ну Витя, ну Витенька ну где же ты, а? Ох-ох-ох…
Краем глаза увидела Ленка какое-то шевеленье, и тут слёзы всё-таки покатились из её глаз. Казалось девочке, что сейчас она потеряет сознание от страха.
И тут услышала голос, который больше всего желала услышать — это Витя говорил:
— Да чего ты раскричалась то? Здесь я… Не видишь что ли?
Обернулась Ленка и только тут заметила, что из снега едва выступают черты Вити-кота.
И спросила она:
— Чего ты там прячешься?
— Тише ты… вот помощница мне нашлась… вообще не шевелись…
Тогда Ленка вжалась в снег и, спустя несколько секунд, всё же решилась пролепетать:
— Что же такое?
— Там, впереди кто-то есть, — сдавленным, напряжённым голосом отозвался Витя-кот.
Приподнявшись немного, увидела Ленка, что впереди открывается большая поляна. В дальней части этой поляны громоздились на фоне кривых деревьев мрачные развалины, которые при некоторой доли воображения можно было принять и за чудище, которое напряглось, вжалось в снежную землю и изготовилось к прыжку.
Даже и человеку, не верящему в сверхъестественное, стало бы не по себе от этого вида. Даже и человек не думающий, что кто-нибудь за ним может наблюдать с целью нападения, предпочёл бы убраться восвояси. Что же касается Ленки, которая знала о существовании ведьмы, то она подумала, что понадобиться колдовская сила, чтобы поднять её от земли и заставить продвигаться вперёд…
Наконец, она прошептала очень тихим, сдавленным голосом:
— Страшно, Витя, очень страшно… Но я никого там не вижу. Может, померещилось тебе?
На это Витя-кот ответил также негромким, шипящим голосом:
— Точно кто-то был… И это не человек… Знаешь, снег так зашевелился, будто кто-то под ним ползёт…
— Что? Снег? — вымолвила Ленка.
Глаза девочки расширились, и она вся мелко затряслась, глядя на окружавший её снег. Воображение рисовало такую картину: под снежным покровом ползёт монстр; подбирается к ней незаметно, а потом — бац! — хватает и утаскивает вниз, в свою отвратительную глотку.
И тут снег действительно задвигался. И хотя это произошло шагах в двадцати от Ленки — она всё же вскрикнула, и даже подскочила немного.
Витя-кот напрягся больше прежнего. Он готов был вскочить, развернуться и спасаться бегством. Но вот взглянул на трясущуюся Ленку и неожиданно понял, что стесняется своих чувств. «Ведь это очень плохо, что я собрался бежать», — думал он: «Это называется — трусостью. Ведь Ленка слабая, она не успеет убежать. Я должен её защищать».
И от этих мыслей он даже более сильным себя почувствовал.
Между тем снег продолжал дыбиться, складываясь в некую фигуру. И вскоре оказалось, что, против ожиданий, получилось не чудище с мерзкой физиономией, а кот размерами аналогичный с Витей-котом, но только полностью слепленный из льда. Если бы проходил конкурс на лучшую выточенную из замёршей воды скульптуру, то это изображение заслужило бы первый приз.
Тогда Витя-кот произнёс:
— Слушай, Лен, а я вот что ещё хотел сказать. Ведь это дело опасное, а ты за мной идёшь… Не боишься, а?
— Боюсь, — не колеблясь, ответила Ленка.
— Так я ж тебя за тобой не тащу. Можешь возвращаться, пока ещё не поздно.
— Нет, я с тобой пойду, — так же без колебаний, как нечто уже окончательно решённое ответила Ленка, и тут же пояснила. — Ведь знаю я тебя: такой ты невнимательный, неаккуратный, непутёвый, ведь пропадёшь без меня. Как же я это перенесу?
— Ладно, тогда не будем терять время на разговоры, а попытаемся подкрасться к усадьбе незамеченными, — произнёс Витя-кот, и тут же мрачно добавил. — Если, конечно, нас уже не заметили…
Они нашли какую-то неглубокую, из-за засыпавшего её снега канаву, и поползли по ней. Снегокаты оставили, так как теперь они только мешались бы. Впереди полз Витя-кот, а за ним, из всех стараясь не отстать — Ленка. Причём массивнейший кошачий хвост время от времени вздымался в воздух, и стремительно падал, попадая Ленке по затылку. И, несмотря на то, что был этот хвост мягким и пушистым, удары эти девочке совсем не нравились, так как они постоянно вбивали её в снег.
— Ну, прекрати же! — взмолилась Ленка.
Но тут Витя-кот остановился, а его хвост ударил её с такой силой, что Ленкино лицо полностью оказалось под снегом. Когда же подняла она голову, то никого не увидела.
И сразу ей стало так страшно, что для того, чтобы не завопить, зажала она ладонью свой рот. Поняла, что ей без Вити-кота — ну просто невыносимо жутко.
Казалось, что вот сейчас наброситься на неё тёмная ведьма, превратит в какого-нибудь зверя и навсегда утащит к себе в услужение. И вот зашептала Ленка, едва слёзы сдерживая:
— Ну, Витька, ну Витя, ну Витенька ну где же ты, а? Ох-ох-ох…
Краем глаза увидела Ленка какое-то шевеленье, и тут слёзы всё-таки покатились из её глаз. Казалось девочке, что сейчас она потеряет сознание от страха.
И тут услышала голос, который больше всего желала услышать — это Витя говорил:
— Да чего ты раскричалась то? Здесь я… Не видишь что ли?
Обернулась Ленка и только тут заметила, что из снега едва выступают черты Вити-кота.
И спросила она:
— Чего ты там прячешься?
— Тише ты… вот помощница мне нашлась… вообще не шевелись…
Тогда Ленка вжалась в снег и, спустя несколько секунд, всё же решилась пролепетать:
— Что же такое?
— Там, впереди кто-то есть, — сдавленным, напряжённым голосом отозвался Витя-кот.
Приподнявшись немного, увидела Ленка, что впереди открывается большая поляна. В дальней части этой поляны громоздились на фоне кривых деревьев мрачные развалины, которые при некоторой доли воображения можно было принять и за чудище, которое напряглось, вжалось в снежную землю и изготовилось к прыжку.
Даже и человеку, не верящему в сверхъестественное, стало бы не по себе от этого вида. Даже и человек не думающий, что кто-нибудь за ним может наблюдать с целью нападения, предпочёл бы убраться восвояси. Что же касается Ленки, которая знала о существовании ведьмы, то она подумала, что понадобиться колдовская сила, чтобы поднять её от земли и заставить продвигаться вперёд…
Наконец, она прошептала очень тихим, сдавленным голосом:
— Страшно, Витя, очень страшно… Но я никого там не вижу. Может, померещилось тебе?
На это Витя-кот ответил также негромким, шипящим голосом:
— Точно кто-то был… И это не человек… Знаешь, снег так зашевелился, будто кто-то под ним ползёт…
— Что? Снег? — вымолвила Ленка.
Глаза девочки расширились, и она вся мелко затряслась, глядя на окружавший её снег. Воображение рисовало такую картину: под снежным покровом ползёт монстр; подбирается к ней незаметно, а потом — бац! — хватает и утаскивает вниз, в свою отвратительную глотку.
И тут снег действительно задвигался. И хотя это произошло шагах в двадцати от Ленки — она всё же вскрикнула, и даже подскочила немного.
Витя-кот напрягся больше прежнего. Он готов был вскочить, развернуться и спасаться бегством. Но вот взглянул на трясущуюся Ленку и неожиданно понял, что стесняется своих чувств. «Ведь это очень плохо, что я собрался бежать», — думал он: «Это называется — трусостью. Ведь Ленка слабая, она не успеет убежать. Я должен её защищать».
И от этих мыслей он даже более сильным себя почувствовал.
Между тем снег продолжал дыбиться, складываясь в некую фигуру. И вскоре оказалось, что, против ожиданий, получилось не чудище с мерзкой физиономией, а кот размерами аналогичный с Витей-котом, но только полностью слепленный из льда. Если бы проходил конкурс на лучшую выточенную из замёршей воды скульптуру, то это изображение заслужило бы первый приз.
Страница 13 из 33
