Бывают такие люди, что у них в машине работает только одна педаль — педаль газа. Потому что тормоза находятся в голове!
Добавить в моё избранное
121 мин, 2 сек 3351
Только лезвие это проехало с какой-то необыкновенной силой, а после что-то бухнулось на пол, и Пит едва не взвизгнул от ужаса голосом двух-трёхлетней девочки, до ужаса напуганной некой избранной выходкой обезумевшего от собственной удачи маньяка.
Мне надо выбраться отсюда мне надо выбраться отсюда мне надо… — монотонно твердил он себе в то время, как машинально спускался вниз… — выбраться отсюда…
Надо полагать, Пит находился уже на грани (или за гранью) нервного срыва. Однако, ему так не казалось, поскольку вместо заведённого на беспрерывность желания, возникло совершенно иное:
Мне надо успокоиться! — и оно не было таким навязчивым, как прежнее, ведь постепенно… исполнялось.
Ну вот, так-то гораздо лучше! — заметил он самому себе после того, как успокоился полностью. — А теперь неплохо было бы осмотреться, — и он машинально полез в карман и вытащил оттуда зажигалку. Извлёк огонь и тут же удивился вслух, словно по привычке, будто неподалёку стоял кто-то из его знакомых:
— Надо же! Как здорово, что я ещё не бросил курить! — Он действительно был удивлён, ведь раньше ему в голову ничего подобного не приходило, кроме тех бесплодных мыслей, что возникают у всякого, кто поскорее хочет отвязаться от курения.
Кроме удивления, его посетило ещё одно чувство… оно оказалось очень неприятным, благодаря тому, что откуда-то из-за нескольких стен, как ему показалось, донёсся очень знакомый стон… Не иначе, как она опять услышала его голос.
Огонёк, высеченный из зажигалки, очень скромным образом озарил всё, что окружает Питера Хьюрона на небольшом расстоянии. Но, как только Пит взглянул на некоторое из окружающего, он едва не сошёл с ума от… счастья.
Получилось так, что пространство, куда заманил его собственный внутренний мир (где присутствует страх с любопытством и всё такое), оказалось не погребом, а кое-чем
(попросторнее?) (позначительнее?)
подлиннее, так как вперёд простирался неширокий коридор, уходящий глубоко во тьму. Стены коридора, особенно внутренние углы, были прочно покрыты толстым слоем пыли и густыми сетями вековых паутин — они при слабом свете более отчётливо напоминали собой сгустки застывшего тумана, — не меньше, чем на потолке и полу. Однако, это несколько не мешало Питу двигаться вдоль по коридору, может потому, что иного выхода у него не было, и в спасибо такому дилеммному положению, он двинулся бы наверно и сквозь самую ядовитую «гущу тумана».
На время ему пришлось поберечь газ в зажигалке для более подходящего случая.
И вот стало совсем темно. Хотя, свет ему не помешал бы.
Если бы Хьюрон в какой-то мере не был уверен в себе, он, естественно, даже и не сообразил бы двигаться вперёд. А поскольку он двигался, продираясь сквозь тьму, то даже и не смел предположить, что может оказаться под его ногами. Потому он и поскользнулся.
Приземлившись на спину, он не почувствовал особой боли, какая возникает в следствии удара копчиком о каменный пол… Удар получился бы великолепным и привёл к весьма неожиданным последствиям, не окажись на «посадочной площадке» кое-чего мягкого.
Пожалуй, для Питера наступил один из подходящих поводов для использования газа, который он не вовремя решил поберечь. И слабый огонёк весьма старательно помог хозяину зажигалки рассмотреть всё, что его так чрезмерно интересовало. Только стоило ли лишний раз проявлять своё изощрённое любопытство, чтоб потом со всей силой отталкивать от себя обморочное состояние, последствие того, что ему довелось увидеть столь внезапным образом, с помощью своей зажигалки.
Он стоял в луже крови. Рядом находилась стопа, срезанная по щиколотку. Из пятки так и продолжал зловеще выглядывать острый край толстого стекла.
По-моему, это уже не шутки! — решил он после того, как малость успокоился. — Что это вообще такое?! Что это? Это? Это стекло. Оно могло легко меня поранить. Так почему, чёрт его дери, не поранило? — Он долго кумекал над этим вопросом. — Может потому, что это стекло-привидение? Больно странно…
Действительно, на первый взгляд данный вывод мог показаться странным не только Питеру, но и кому угодно. Однако, если вдуматься, то получится новое мнение. О том, что это стекло-вампир. Не столько привидение, сколько вампир! Ведь оно же высосало всю кровь из щиколотки этой бедняжки! Её нога казалась какой-то бледной… Страшная рана — она совершенно не кровоточила…
Он уже не смотрел под ноги. — Ну и куда мне теперь идти? — пусто спросил он сам себя. — Да и что здесь чёрт возьми происходит?! — Но всё-таки он старался держаться изо всех сил и ни в коем случае не поддаваться этой безумной панике, но она, похоже, также изо всех сил пыталась завладеть слабоватыми нервишками этого строптивца, но не успела: Пит двинулся вперёд.
Газ в зажигалке подходил к концу, Хьюрон это заметил, но оно его как-то не очень беспокоило.
Мне надо выбраться отсюда мне надо выбраться отсюда мне надо… — монотонно твердил он себе в то время, как машинально спускался вниз… — выбраться отсюда…
Надо полагать, Пит находился уже на грани (или за гранью) нервного срыва. Однако, ему так не казалось, поскольку вместо заведённого на беспрерывность желания, возникло совершенно иное:
Мне надо успокоиться! — и оно не было таким навязчивым, как прежнее, ведь постепенно… исполнялось.
Ну вот, так-то гораздо лучше! — заметил он самому себе после того, как успокоился полностью. — А теперь неплохо было бы осмотреться, — и он машинально полез в карман и вытащил оттуда зажигалку. Извлёк огонь и тут же удивился вслух, словно по привычке, будто неподалёку стоял кто-то из его знакомых:
— Надо же! Как здорово, что я ещё не бросил курить! — Он действительно был удивлён, ведь раньше ему в голову ничего подобного не приходило, кроме тех бесплодных мыслей, что возникают у всякого, кто поскорее хочет отвязаться от курения.
Кроме удивления, его посетило ещё одно чувство… оно оказалось очень неприятным, благодаря тому, что откуда-то из-за нескольких стен, как ему показалось, донёсся очень знакомый стон… Не иначе, как она опять услышала его голос.
Огонёк, высеченный из зажигалки, очень скромным образом озарил всё, что окружает Питера Хьюрона на небольшом расстоянии. Но, как только Пит взглянул на некоторое из окружающего, он едва не сошёл с ума от… счастья.
Получилось так, что пространство, куда заманил его собственный внутренний мир (где присутствует страх с любопытством и всё такое), оказалось не погребом, а кое-чем
(попросторнее?) (позначительнее?)
подлиннее, так как вперёд простирался неширокий коридор, уходящий глубоко во тьму. Стены коридора, особенно внутренние углы, были прочно покрыты толстым слоем пыли и густыми сетями вековых паутин — они при слабом свете более отчётливо напоминали собой сгустки застывшего тумана, — не меньше, чем на потолке и полу. Однако, это несколько не мешало Питу двигаться вдоль по коридору, может потому, что иного выхода у него не было, и в спасибо такому дилеммному положению, он двинулся бы наверно и сквозь самую ядовитую «гущу тумана».
На время ему пришлось поберечь газ в зажигалке для более подходящего случая.
И вот стало совсем темно. Хотя, свет ему не помешал бы.
Если бы Хьюрон в какой-то мере не был уверен в себе, он, естественно, даже и не сообразил бы двигаться вперёд. А поскольку он двигался, продираясь сквозь тьму, то даже и не смел предположить, что может оказаться под его ногами. Потому он и поскользнулся.
Приземлившись на спину, он не почувствовал особой боли, какая возникает в следствии удара копчиком о каменный пол… Удар получился бы великолепным и привёл к весьма неожиданным последствиям, не окажись на «посадочной площадке» кое-чего мягкого.
Пожалуй, для Питера наступил один из подходящих поводов для использования газа, который он не вовремя решил поберечь. И слабый огонёк весьма старательно помог хозяину зажигалки рассмотреть всё, что его так чрезмерно интересовало. Только стоило ли лишний раз проявлять своё изощрённое любопытство, чтоб потом со всей силой отталкивать от себя обморочное состояние, последствие того, что ему довелось увидеть столь внезапным образом, с помощью своей зажигалки.
Он стоял в луже крови. Рядом находилась стопа, срезанная по щиколотку. Из пятки так и продолжал зловеще выглядывать острый край толстого стекла.
По-моему, это уже не шутки! — решил он после того, как малость успокоился. — Что это вообще такое?! Что это? Это? Это стекло. Оно могло легко меня поранить. Так почему, чёрт его дери, не поранило? — Он долго кумекал над этим вопросом. — Может потому, что это стекло-привидение? Больно странно…
Действительно, на первый взгляд данный вывод мог показаться странным не только Питеру, но и кому угодно. Однако, если вдуматься, то получится новое мнение. О том, что это стекло-вампир. Не столько привидение, сколько вампир! Ведь оно же высосало всю кровь из щиколотки этой бедняжки! Её нога казалась какой-то бледной… Страшная рана — она совершенно не кровоточила…
Он уже не смотрел под ноги. — Ну и куда мне теперь идти? — пусто спросил он сам себя. — Да и что здесь чёрт возьми происходит?! — Но всё-таки он старался держаться изо всех сил и ни в коем случае не поддаваться этой безумной панике, но она, похоже, также изо всех сил пыталась завладеть слабоватыми нервишками этого строптивца, но не успела: Пит двинулся вперёд.
Газ в зажигалке подходил к концу, Хьюрон это заметил, но оно его как-то не очень беспокоило.
Страница 7 из 33
