Дорога прошла как в тумане. Скрюченный сон в самолете, томительное ожидание вертолета в Воркуте, возня с ящиками, дребезжащий полет над тундрой, которую по темному времени не разглядеть, и вот уже лопасти вертолета остановили вращение, показывая, что я на месте. Заглянув в иллюминатор, увидел лишь отблески огней самого вертолета. Безотчетный страх, временно задушенный хлопотами, подступил с новой силой.
Добавить в моё избранное
108 мин, 38 сек 16054
Значит, ей дорога только на Воркуту. Впрочем, как и мне. Но что делать с фанатиками, сидящими сзади?
Я обернулся. Хромов, казалось, дремал, а Павел сидел выпрямившись, глядя в точку перед собой.
Патроны у них кончились… Хотя пистолеты и ножи исключать нельзя. Но у меня автомат с почти полным магазином. Сейчас можно поднять его, повернуться, и взять их на мушку. И что? Связать и ехать с ними в сторону Воркуты? Чтобы потом как пленников толкать перед собой? Нет, лучше обозначить намерения, когда мы все выйдем из вездехода для заправки. Тогда не надо будет никого вязать, а достаточно кивнуть им в стороны городка — и пусть себе идут окольными путями, минуя запретную часть. К утру будут на месте.
Я снова оглянулся. Павел уже клевал носом.
А если снарядят погоню? Конечно, за ночь мы уйдем далеко, но когда кончится бензин, они нагонят нас пеших. Впрочем, нас еще надо найти. И недостаток бензина афишировать ни к чему — пусть думают, что у нас его достаточно.
Но тут мне опять стало не по себе. А если они не пойдут в городок? Если не испугаются наставленного ствола? Вот если они пойдут на меня, рассчитывая, что я не выстрелю. Смогу ли я выстрелить? Не знаю. Значит, план не безукоризненный. Тогда оглушить сейчас, пока они дремлют? Но опыта грамотного оглушения у меня не было. Можно либо случайно убить, либо просто поставить синяк.
Двигатель вездехода стал сбавлять обороты. Мы замедлялись. Я посмотрел на Лику — она отжимала рычаги. Значит, остается лишь план угрозы оружием, а дальше как пойдет. Еще прокушенная рука… Не заразно ли?
Откинув дверцу, с которой зазвенели, падая, осколки стекла, я выбрался наружу и спрыгнул вниз. Под слоем снега пружинил мох, и было такое ощущение, что снег покрыл гигантский неровный матрас. Вокруг была чернота, и лишь в одном месте горизонт был чуть подсвечен оранжевым — там, где находилась жилая часть поселка. За мной следом кто-то спрыгнул, и я решил поинтересоваться, не заразны ли укусы мутантов. Но только я открыл рот, как на затылок обрушился страшный удар, и быстро приближающаяся к лицу белая поверхность померкла.
Глава 8
— Странно, должно быть, разветвлять свое сознание на сотню? — спросила Зекта. — Представь, твое единственное прошлое необозримо разветвляется будущим. Но в этом будущем у тебя никогда не будет меня…
— Меня вполне устраивает, что ты останешься со мной в настоящем, — я хотел прикоснуться к черным длинным волосам, но тут же все вспомнил, и руки сами собой опустились — нельзя показывать нашу близость, иначе результаты сканирования будут под вопросом. А так хочется хотя бы взять ее за руку… Прикоснусь хотя бы к ладони…
Но рука почему-то не послушалась… А Зекта подернулась дымкой и исчезла, как исчезла и пирамида корабля за ее спиной, перила, на которые она облокачивалась, и я в ужасе зажмурился. А когда открыл глаза, не выдержав сильной боли в затылке, то моему взору предстал серый растрескавшийся потолок, стены, окно, и стоящая у окна девушка. Я узнал ее.
— Лика, — позвал я тихо, и девушка резко обернулась. Она держала в руках сигарету и меня замутило от табачного запаха.
Лика посмотрела на меня, затушила сигарету, и, подойдя, присела на угол кровати. Я попытался приподняться, хотя голова сильно кружилась, но Лика надавила на грудь, возвращая меня в прежнее положение.
— Полежи пока, сейчас врач придет, осмотрит тебя. Сотрясение на ногах переносить вредно.
— Хорошо, — промямлил я. — Только не кури больше. Тошнит. И еще здесь ноет… — тут я пошевелил правой рукой и приподнял ее — предплечье было перебинтовано.
— Лежи-лежи.
— Прости, Лика, это я оплошал… Я-то думал, что умнее всех, хотел разобраться со «странными» снаружи и под дулом автомата отправить их в поселок. А они проследили связь между нашим общением и твоим появлением на вездеходе. Поди сразу смекнули, что нам с ними не по пути… Это Хромов ударил сзади, да?
— Нет…
— Павел? Не ожидал от него… А тебя просто схватили? Не били, надеюсь? — я приподнялся на подушках, пытаясь разглядеть на лице Лики следы побоев.
— Да нет же. На крыше был мутант. Зацепился за вездеход, наверное, еще в ангаре. Спрыгнул за тобой, и прутом по затылку… Хорошо еще, ты в шапке был, а то бы все. А когда прилаживался воткнуть в тебя прут, я его застрелила. Потом мы втащили тебя внутрь, залили бензин, и приехали сюда.
— Вот как… Значит, мы не под арестом? А как ты объяснила свое появление?
— Победителей не судят, — сказала Лика. — А если судят, то оправдывают.
Я задумался. Что ж, не самый плохой расклад.
— А как ты попала в вездеход?
— Так, как ты и подумал, — спокойно ответила Лика и сразу перевела разговор: — Лучше расскажи, что за Зекта такая? — из ее голоса вдруг исчезло равнодушие и я, несмотря на головную боль, невольно улыбнулся. Неужели Лика ревнует?
Я обернулся. Хромов, казалось, дремал, а Павел сидел выпрямившись, глядя в точку перед собой.
Патроны у них кончились… Хотя пистолеты и ножи исключать нельзя. Но у меня автомат с почти полным магазином. Сейчас можно поднять его, повернуться, и взять их на мушку. И что? Связать и ехать с ними в сторону Воркуты? Чтобы потом как пленников толкать перед собой? Нет, лучше обозначить намерения, когда мы все выйдем из вездехода для заправки. Тогда не надо будет никого вязать, а достаточно кивнуть им в стороны городка — и пусть себе идут окольными путями, минуя запретную часть. К утру будут на месте.
Я снова оглянулся. Павел уже клевал носом.
А если снарядят погоню? Конечно, за ночь мы уйдем далеко, но когда кончится бензин, они нагонят нас пеших. Впрочем, нас еще надо найти. И недостаток бензина афишировать ни к чему — пусть думают, что у нас его достаточно.
Но тут мне опять стало не по себе. А если они не пойдут в городок? Если не испугаются наставленного ствола? Вот если они пойдут на меня, рассчитывая, что я не выстрелю. Смогу ли я выстрелить? Не знаю. Значит, план не безукоризненный. Тогда оглушить сейчас, пока они дремлют? Но опыта грамотного оглушения у меня не было. Можно либо случайно убить, либо просто поставить синяк.
Двигатель вездехода стал сбавлять обороты. Мы замедлялись. Я посмотрел на Лику — она отжимала рычаги. Значит, остается лишь план угрозы оружием, а дальше как пойдет. Еще прокушенная рука… Не заразно ли?
Откинув дверцу, с которой зазвенели, падая, осколки стекла, я выбрался наружу и спрыгнул вниз. Под слоем снега пружинил мох, и было такое ощущение, что снег покрыл гигантский неровный матрас. Вокруг была чернота, и лишь в одном месте горизонт был чуть подсвечен оранжевым — там, где находилась жилая часть поселка. За мной следом кто-то спрыгнул, и я решил поинтересоваться, не заразны ли укусы мутантов. Но только я открыл рот, как на затылок обрушился страшный удар, и быстро приближающаяся к лицу белая поверхность померкла.
Глава 8
— Странно, должно быть, разветвлять свое сознание на сотню? — спросила Зекта. — Представь, твое единственное прошлое необозримо разветвляется будущим. Но в этом будущем у тебя никогда не будет меня…
— Меня вполне устраивает, что ты останешься со мной в настоящем, — я хотел прикоснуться к черным длинным волосам, но тут же все вспомнил, и руки сами собой опустились — нельзя показывать нашу близость, иначе результаты сканирования будут под вопросом. А так хочется хотя бы взять ее за руку… Прикоснусь хотя бы к ладони…
Но рука почему-то не послушалась… А Зекта подернулась дымкой и исчезла, как исчезла и пирамида корабля за ее спиной, перила, на которые она облокачивалась, и я в ужасе зажмурился. А когда открыл глаза, не выдержав сильной боли в затылке, то моему взору предстал серый растрескавшийся потолок, стены, окно, и стоящая у окна девушка. Я узнал ее.
— Лика, — позвал я тихо, и девушка резко обернулась. Она держала в руках сигарету и меня замутило от табачного запаха.
Лика посмотрела на меня, затушила сигарету, и, подойдя, присела на угол кровати. Я попытался приподняться, хотя голова сильно кружилась, но Лика надавила на грудь, возвращая меня в прежнее положение.
— Полежи пока, сейчас врач придет, осмотрит тебя. Сотрясение на ногах переносить вредно.
— Хорошо, — промямлил я. — Только не кури больше. Тошнит. И еще здесь ноет… — тут я пошевелил правой рукой и приподнял ее — предплечье было перебинтовано.
— Лежи-лежи.
— Прости, Лика, это я оплошал… Я-то думал, что умнее всех, хотел разобраться со «странными» снаружи и под дулом автомата отправить их в поселок. А они проследили связь между нашим общением и твоим появлением на вездеходе. Поди сразу смекнули, что нам с ними не по пути… Это Хромов ударил сзади, да?
— Нет…
— Павел? Не ожидал от него… А тебя просто схватили? Не били, надеюсь? — я приподнялся на подушках, пытаясь разглядеть на лице Лики следы побоев.
— Да нет же. На крыше был мутант. Зацепился за вездеход, наверное, еще в ангаре. Спрыгнул за тобой, и прутом по затылку… Хорошо еще, ты в шапке был, а то бы все. А когда прилаживался воткнуть в тебя прут, я его застрелила. Потом мы втащили тебя внутрь, залили бензин, и приехали сюда.
— Вот как… Значит, мы не под арестом? А как ты объяснила свое появление?
— Победителей не судят, — сказала Лика. — А если судят, то оправдывают.
Я задумался. Что ж, не самый плохой расклад.
— А как ты попала в вездеход?
— Так, как ты и подумал, — спокойно ответила Лика и сразу перевела разговор: — Лучше расскажи, что за Зекта такая? — из ее голоса вдруг исчезло равнодушие и я, несмотря на головную боль, невольно улыбнулся. Неужели Лика ревнует?
Страница 22 из 31
