Хозяин леса

Ха-ха-ха, — брызгая слюной, захохотала она, — мы еще с тобой встретимся. Порфирий стоял на коленях наблюдая за этим, выжидая, когда этот концерт закончиться. Вот старуха растворилась во мгле. Появился маленький мальчик, он шел из далека, поворачивая голову то в одну, то в другую сторону. Как будто он потерялся и искал свою маму. Его губки были поджаты и дрожали, что бы не расплакаться. Одной ручкой он крутил пуговку у себя на рубашке. Он подошел близко, посмотрел вперед. Протянул свои ручки вперед, — мама, где ты, найди меня, забери меня отсюда, — заговорил он жалобно со слезами на глазах. Любой человек потянул бы ему на встречу руки, что бы взять его к себе. Но это была бы страшная ошибка. В одно мгновение его милое личико превратилось в ужасную маску, рот широко открылся, выставив большие клыки, как у вампиров. Глаза засияли адским огнем. Пальцы превратились в острые когти. Изо рта потекла кровавая слюна, — мамочка, где же ты, — зашипел он. И это изображение исчезло, ужасные монстры скакали перед зеркалом с той стороны. Они скребли своими когтями по нему, открывали свои пасти, пытаясь выбраться в этот мир, вот было бы где им разгуляться. Исчезло и это видение и наконец то явился он — хозяин всех этих душ.

— Кто меня потревожил?— гневно спросил он, — не поздоровиться тому, кто без причины вызвал меня.

— Приветствую тебя, Аидас! Что ты гневаешься и что беснуешься, настроение у тебя плохое, аль дела идут плохо?

— Порфирий, это ты, приветствую тебя, давненько мы не виделись. Чему обязан я тебе, что это ты вспомнил обо мне. Опять поди душенка тебе какая ни будь понадобилась, не так ли.

— Да Аидас, ты прав. Есть у тебя там одна колдунья, сильная колдунья, надо признаться, давненько она у тебя там. Пришло время ей встретиться со мной.

— Чем она не угодила тебе и как ее звать?

— Сделала она давным-давно одно подлое дельце. Ее самой то давно уже нет на земле, а ее создание все еще мается, исправить нужно это, не хорошо. А зовут ведьму-Милада.

-.Что, Милада?, взревел Аидас, да ты что Порфирий, это моя лучшая помощница, я тебе ее не отдам. Проси что другое.

— Другое мне не нужно пока, мне она нужна. Я не шучу, Аидас, отдай мне ее или ты забыл наш уговор, или ты хочешь поссориться со мной, а может войну мне собрался объявить. Отдай мне ее Аидас, не глупи.

Тот вдруг сорвался с места и превратился в ураган, мечущийся по своему мраку, опять замелькали картинки: вот прекрасная девушка, то вдруг страшная ведьма, то маленький мальчик со слезами на глазах, то страшные чудовища прыгающие перед зеркалом. Все это исчезло враз, ураган появился и остановился перед зеркалом. Аидас снова предстал перед Порфирием. Хорошо, только за нее ты мне дашь год.

— Нет Аидас, год ты не получишь, это слишком много. Ну хорошо, я добавлю тебе месяц к полу году, этого достаточно?

Аидас помолчал, задумался, — хорошо, будь по твоему, получишь ее.

— Только запомни Аидас, ни одной минуты больше, кто не успеет вернуться в твое царство, всех уничтожу.

Аидас удалился, не сказав больше ни слова.

Порфирий встал с колен, отошел подальше, приготовился встретить гостью. И вот в зеркале появилась какая то тень, она проносилась туда — сюда, как будто не хотела без своего желания выходить. И вот закрутилась перед зеркалом, завертелась и одним мгновением ее будто всосало к Порфирию в избу. Она заметалась по избе от стены к стене, пытаясь вырваться отсюда, но поняв, что все бесполезно, она успокоилась и оказалась перед Порфирием.

— Кто тут меня звал, кто меня хотел видеть? Так это ты? — она указала рукой на Порфирия, — ты, ничтожный человечишко, посмел меня вызвать, да как ты посмел, да кто ты такой, да я тебя превращу в лягушонка.

— Хватит, — прикрикнул на нее Порфирий, — это я тебя вызвал, тебя, Милада.

— Ты знаешь как меня зовут, — удивленно воскликнула она, — но кто ты и чего тебе нужно.

— Кто я, — меня зовут Порфирий, — я думаю ты слышала обо мне, не так ли, Милада.

Она явно заволновалась, кто в их царстве не знал это имя. По эту сторону зеркала — он здесь хозяин и что он захочет то он с ней и сделает. Она поняла, что не зря он ее сюда вытащил и добром это для нее не кончиться и хотела она улизнуть обратно в зеркало, но он оказался проворней и ударом ноги разбил его. Все, теперь она не сможет попасть обратно. Она решила напасть на него первая, проникнуть в него и завладеть им, но он ожидал этого и быстро вытащил из под рубашки большой крест и выставил его перед собой, зашептал какие то молитвы, крест начал излучать свечение, все больше и больше. Ведьма заметалась по избе, увертываясь от этого свечения, вопя от ужаса, чувствуя свой конец. Она забилась в угол, извергая проклятия и угрозы в адрес Порфирия, но он не обращал на ее слова внимания, она уже ничего не могла. Он поднял обе руки в ерх, прося разрешения у всемогущего, что бы отворились врата в преисподнюю и согнать туда эту ведьму.