Почему одним всё, а другим ничего? Почему одни рожают детей, минуя казалось бы самое элементарное — несогласие Господа Бога, отрицание Его, который сам выбирает, кому повременить с рождением ребёнка, а кому наоборот — дать немедленное согласие, подарить новорожденное дитя?
Добавить в моё избранное
92 мин, 36 сек 18466
Глупец, возомнивший себя близнецом его родного отца. Виктор помнил, что в прошлый раз (в то время, когда Лена приютила в его доме предыдущих молодожёнов, которые не хотят лечить свои сексопатологии, а глупо надеются на помощь друзей) этого демона вызвали молодожёны. Когда его отец устроил им допрос с пристрастием, после всего случившегося, молодожён-жених признался, что срисовал некие геометрические фигуры с узоров на окнах, начерченных зимним морозом. Он (жених) сказал, что если перевести эти фигуры на стены, то откроется выход из четвёртого измерения. Таким способом можно вызвать какого-нибудь злого духа. — Вот над чем думал Виктор и ломал себе голову.
В XIX или каком-то там (XVII) веку ведьмы из кожи вон лезли, так и этак пытаясь выбрать верный «пароль». Они гадали, перебирали, чертили всевозможные пентаграммы, чтобы открыть себе проход в четвёртое измерение; чтобы мистическим образом перенестись куда-то далеко в космическое пространство, спрятавшись там на какой-нибудь планете, где отсутствует воздух, следовательно нет времени и можно долгие годы сохранять и сохранять свою никчёмную молодость. Но что творится в наш высокоразвитый век? В третье тысячелетие, наполненное изобилием информации. Получается, сейчас ненужно читать всякие там книжки, изучать некие древние науки. Зачем их читать и изучать, если дух современного человека насквозь пропитан всяческой «информативной пропагандой»? Достаточно лишь посидеть какое-то время возле окна, подышать на зимнюю стужу, и мороз тебе сам нарисует все те узоры, которые средневековая ведьма должна была начертить в качестве магических символов, которые помогут ей стать невидимой. То есть, перенести её бренное тело в неизвестное измерение, из которого выходят все эти нелепые тени — призраки, полтергейсты и барабашки со своими волшебными палочками, может быть, пионерскими галстуками и горнами. Для чего? А — чтобы трещать на своих барабанчиках и петь пионерские песенки!
Виктор категорически отказывался верить, что такое возможно. Он знал это точно: «В моём доме посторонние люди просто-таки неспособны устроить подобные глупости! Ну, что это? Шабаш в Вальпургиеву ночь? Да быть такого не может — не верю!»
Он ещё раз глянул на не успевшие зажить «раны», оставленные на оконном стекле Светиной спальни, посредством уличного мороза. И попробовал перерисовать на стену все эти сложные геометрические фигуры.
В окно опять послышался боязливый стук вчерашнего «непрошеного гостя». Из-за края оконной рамы слегка выглядывала знакомая белая шляпа. Мол, явился — не запылился. Не иначе, целый день гонялся за своей шляпой, так и этак швыряемой по ветру, а сейчас наконец-то её поймал, дабы продолжить вчерашние поиски своей внучки-снегурочки!
— Опять ты здесь! — прорычал на него Виктор. — Чего, пришёл за осиновым колом, недалёкий «наркоман»? Ну, так залезай — уколю!
Стук тут же пропал, не видно стало и бледного призрака.
«Чёрт, почему же так одуряюще действуют дурацкие узоры на оконных стёклах?» — недоумённо таращился Виктор в окно.
Пятая глава
Чем ближе время двигалось к вечеру, тем сильнее Свете становилось невмоготу. По всему подвалу бродили привидения. Лично для себя Светлана называла их именно таким словом: «призраки-полтергейсты, нечистая сила». А как ещё можно назвать «людей», которые выглядят так странно? Наполовину прозрачные, наполовину — люди. Вроде бы, со стороны эти существа напоминают обычных людей, но в них есть некоторые недостатки: они проходят сквозь стену и они прозрачные. Хотя, может потому и проходят через стены, что туловище прозрачное? Не важно. Просто, Света подумала про себя, что эти «люди» не казались бы ей прозрачными, если бы она сама могла просачиваться через стены. Если бы сама была привидением. Но просачиваться сквозь стены Света не могла. Потому, что она уже несколько раз подбегала к подвальной двери, так и этак вскарабкиваясь по каменным лестничным ступеням.
Света не сразу начала свои попытки выбежать из этого подвала. Сначала она сидела в своём укромном закутке и тряслась, как осиновый лист, наблюдая за бесцельно бродячими туда-сюда лунатиками мужского пола. В основном, её напугало то, что в подвале скопились одни мужчины. Они исчезали внутри стен, потом появлялись вновь, некоторые сталкивались, другие — проходили друг сквозь друга, третьи — исчезали. То есть, вошёл один прозрачный «лунатик» в другого и не вышел. Он может выйти чуть позже, несколько минут спустя, а может вообще никогда не выйти.
Свету во всём это причудливом зрелище настораживало то, что она была в одной ночнушке. В той самой, в которой она спала, накачанная снотворным и даже не почувствовала, как среди ночи какая-то тварь прокусила ей шею. Но неожиданно ей вспомнился тот кусок разговора между Виктором и её мужем: Они говорили про Вия. Про то, почему призраки и привидения не могут увидеть человека и попытаться на него напасть.
В XIX или каком-то там (XVII) веку ведьмы из кожи вон лезли, так и этак пытаясь выбрать верный «пароль». Они гадали, перебирали, чертили всевозможные пентаграммы, чтобы открыть себе проход в четвёртое измерение; чтобы мистическим образом перенестись куда-то далеко в космическое пространство, спрятавшись там на какой-нибудь планете, где отсутствует воздух, следовательно нет времени и можно долгие годы сохранять и сохранять свою никчёмную молодость. Но что творится в наш высокоразвитый век? В третье тысячелетие, наполненное изобилием информации. Получается, сейчас ненужно читать всякие там книжки, изучать некие древние науки. Зачем их читать и изучать, если дух современного человека насквозь пропитан всяческой «информативной пропагандой»? Достаточно лишь посидеть какое-то время возле окна, подышать на зимнюю стужу, и мороз тебе сам нарисует все те узоры, которые средневековая ведьма должна была начертить в качестве магических символов, которые помогут ей стать невидимой. То есть, перенести её бренное тело в неизвестное измерение, из которого выходят все эти нелепые тени — призраки, полтергейсты и барабашки со своими волшебными палочками, может быть, пионерскими галстуками и горнами. Для чего? А — чтобы трещать на своих барабанчиках и петь пионерские песенки!
Виктор категорически отказывался верить, что такое возможно. Он знал это точно: «В моём доме посторонние люди просто-таки неспособны устроить подобные глупости! Ну, что это? Шабаш в Вальпургиеву ночь? Да быть такого не может — не верю!»
Он ещё раз глянул на не успевшие зажить «раны», оставленные на оконном стекле Светиной спальни, посредством уличного мороза. И попробовал перерисовать на стену все эти сложные геометрические фигуры.
В окно опять послышался боязливый стук вчерашнего «непрошеного гостя». Из-за края оконной рамы слегка выглядывала знакомая белая шляпа. Мол, явился — не запылился. Не иначе, целый день гонялся за своей шляпой, так и этак швыряемой по ветру, а сейчас наконец-то её поймал, дабы продолжить вчерашние поиски своей внучки-снегурочки!
— Опять ты здесь! — прорычал на него Виктор. — Чего, пришёл за осиновым колом, недалёкий «наркоман»? Ну, так залезай — уколю!
Стук тут же пропал, не видно стало и бледного призрака.
«Чёрт, почему же так одуряюще действуют дурацкие узоры на оконных стёклах?» — недоумённо таращился Виктор в окно.
Пятая глава
Чем ближе время двигалось к вечеру, тем сильнее Свете становилось невмоготу. По всему подвалу бродили привидения. Лично для себя Светлана называла их именно таким словом: «призраки-полтергейсты, нечистая сила». А как ещё можно назвать «людей», которые выглядят так странно? Наполовину прозрачные, наполовину — люди. Вроде бы, со стороны эти существа напоминают обычных людей, но в них есть некоторые недостатки: они проходят сквозь стену и они прозрачные. Хотя, может потому и проходят через стены, что туловище прозрачное? Не важно. Просто, Света подумала про себя, что эти «люди» не казались бы ей прозрачными, если бы она сама могла просачиваться через стены. Если бы сама была привидением. Но просачиваться сквозь стены Света не могла. Потому, что она уже несколько раз подбегала к подвальной двери, так и этак вскарабкиваясь по каменным лестничным ступеням.
Света не сразу начала свои попытки выбежать из этого подвала. Сначала она сидела в своём укромном закутке и тряслась, как осиновый лист, наблюдая за бесцельно бродячими туда-сюда лунатиками мужского пола. В основном, её напугало то, что в подвале скопились одни мужчины. Они исчезали внутри стен, потом появлялись вновь, некоторые сталкивались, другие — проходили друг сквозь друга, третьи — исчезали. То есть, вошёл один прозрачный «лунатик» в другого и не вышел. Он может выйти чуть позже, несколько минут спустя, а может вообще никогда не выйти.
Свету во всём это причудливом зрелище настораживало то, что она была в одной ночнушке. В той самой, в которой она спала, накачанная снотворным и даже не почувствовала, как среди ночи какая-то тварь прокусила ей шею. Но неожиданно ей вспомнился тот кусок разговора между Виктором и её мужем: Они говорили про Вия. Про то, почему призраки и привидения не могут увидеть человека и попытаться на него напасть.
Страница 17 из 26
