23 сентября. С содроганием проснувшись, я сел на кровати. Снова этот сон…
Добавить в моё избранное
84 мин, 17 сек 13252
Я даже не пытался вырвать руку из мёртвой хватки, а быстрым движение выхватил кортик и вонзил его в правый висок нападавшего. Тот сразу обмяк отпуская руку. Ему на смену тут же подскочили двое оставшихся. Я толкнул мёртвого паренька в ноги нападавшим, дабы хоть как -то замедлить их продвижение, при этом кортик пришлось оставить в голове убитого. Девушка кассир споткнулось о тело и неуклюже полетела на землю, а охраннику удалось увернуться и с каким то глухим рыком броситься в атаку. Не долго думая, я прыгнул навстречу противнику, завалившись в полёте на спину с силой выпрямил обе ноги, метя в грудь нападавшего. Удара оказалось достаточно, чтобы сбить заражённого с ног. Упав на спину, я перекатился назад. Встал на одно колено, машинально выхватил пистолет и дважды выстрелил в лицо пытающемуся подняться охраннику. Затем, подойдя ближе, прострелил голову кассирше, уже стоявшей на коленях.
Несколько раз глубоко вздохнул, пытая успокоить бешено колотящееся в груди сердце.
— Чуть не попался, дурак! — сказал я вслух, — могли и сожрать.
Зло стукнув себя полбу рукоятью пистолета, снял с пояса рацию и связался с Димой. Он отозвался почти сразу. Наскоро обсудили недавнее светопреставление. Димон тоже всё видел и не на шутку перепугался. Я вкратце описал ему обстановку в городе, решив оставить разбор полётов на вечер.
Насчёт произошедшего нужно будет хорошо подумать. Никогда ничего подобного не видел. И ставлю сникерс, что это была определённо не обычная гроза. Да ещё вкупе со странным поведением заражённых. Они смотрели и двигались так, будто были одним единым существом. Много, очень много вопросов, а ответов пока не предвидится. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.
Оставался ещё один спортивно — охотничий магазин, в который нужно заскочить. Открылся он совсем недавно, так что мало кто о нём знал, кроме, разве что, заядлых охотников. Да и располагался на северной окраине города, и вполне мог уцелеть. Вот только по дороге на работу заскочу, Петровича надо навестить.
Подъехал к гостинице. Остановился, осмотрелся. В пределах видимости заражённых не было, и это очень странно, центр города, всё же. Машин на стоянке не убавилось, а это значит? А это значит, что большинство постояльцев остались здесь. А если подумать и сопоставить факты, то очень маловероятно, что они всё ещё в своём уме. Но слово я дал, так что, нужно идти. А вот тут дробовик был бы в самый раз, но за отсутствием оного, пойдём с карабином.
Приклад, упёрся в плечо, щёлкнул предохранитель и я стал подниматься по лестнице. Нужно только забрать блокнот, убить то, во что превратился Петрович и быстро свалить. Всех я тут всё равно не перебью. А в том, что этих самых «Всех» здесь очень много, я ни секунды не сомневался.
Потихоньку заглянул в приоткрытую парадную дверь — никого. То есть, вообще никого. Ни охраны, ни консьержки. Плохо, очень плохо. Медленно прикрыл за собой дверь, вскинув карабин, двинулся налево по коридору, к той самой подсобке, где был заперт Петрович. Прошёл мимо магазина, в котором работал. Двери там были стеклянными, так что, было видно весь торговый зал. Внутри никого не было. Всё так же моргали рекламой бесчисленные мониторы, стоящие на витринах. Их даже не удосужились выключить. Вход в мою «коморку» виден не был, да и чёрт с ним. Мне там делать нечего.
Подошёл к двери подсобки. Подёргал ручку — всё ещё закрыто. Ключ, кажется, был у кого — то из охранников. Чёрта с два их теперь найдёшь. Они, наверное, ещё вчера разбежались. Чёрт с ним, с ключом. Отошёл немного назад, и, с небольшого разгона, ударил ногой в район замка. Замок затрещал, но не поддался. Зато откуда — то справа, откуда я только что пришёл, донесся топот ног, множества ног. Не зря ведь я не хотел шуметь. Удар ещё раз, из — под обналички двери посыпалась штукатурка. Отошёл к противоположной стене и, разогнавшись, приложился плечом — дверь распахнулась, ударившись о стену а я по инерции заскочил вовнутрь. Выглянул в коридор — из — за угла показались три человека, и, не останавливаясь, кинулись в мою сторону.
Выстрелив несколько раз навскидку и попав одному из заражённых в голову, захлопнул за собой дверь. Дверная рама, в районе замка, разлетелась в щепки, и закрыть её снова уже не получится, даже имея ключ. Огляделся. Справа стоял узкий и высокий шкаф — сойдёт. Поднапрягшись, завалил его на бок, подперев тем самым дверь. Тяжёлый, зараза, но это как раз хорошо. Тут же, с той стороны, в дверь что — то тяжело ударило. Надолго это их не задержит. Оглянулся и стал искать глазами Петровича.
Комната была пуста. Если не считать труп полицейского, того самого, что прибежал на стоянку, когда обратился Билл. Верёвка, которой Владимир Петрович привязал себя к батарее была на месте, её конец был развязан, а не оторван. Значит, он отвязал себя сам. Но зачем ему это делать? Может, ему всё же стало лучше? Маловероятно, когда я видел его в последний раз, выглядел он уже совсем не здоровым.
Несколько раз глубоко вздохнул, пытая успокоить бешено колотящееся в груди сердце.
— Чуть не попался, дурак! — сказал я вслух, — могли и сожрать.
Зло стукнув себя полбу рукоятью пистолета, снял с пояса рацию и связался с Димой. Он отозвался почти сразу. Наскоро обсудили недавнее светопреставление. Димон тоже всё видел и не на шутку перепугался. Я вкратце описал ему обстановку в городе, решив оставить разбор полётов на вечер.
Насчёт произошедшего нужно будет хорошо подумать. Никогда ничего подобного не видел. И ставлю сникерс, что это была определённо не обычная гроза. Да ещё вкупе со странным поведением заражённых. Они смотрели и двигались так, будто были одним единым существом. Много, очень много вопросов, а ответов пока не предвидится. Ладно, будем решать проблемы по мере их поступления.
Оставался ещё один спортивно — охотничий магазин, в который нужно заскочить. Открылся он совсем недавно, так что мало кто о нём знал, кроме, разве что, заядлых охотников. Да и располагался на северной окраине города, и вполне мог уцелеть. Вот только по дороге на работу заскочу, Петровича надо навестить.
Подъехал к гостинице. Остановился, осмотрелся. В пределах видимости заражённых не было, и это очень странно, центр города, всё же. Машин на стоянке не убавилось, а это значит? А это значит, что большинство постояльцев остались здесь. А если подумать и сопоставить факты, то очень маловероятно, что они всё ещё в своём уме. Но слово я дал, так что, нужно идти. А вот тут дробовик был бы в самый раз, но за отсутствием оного, пойдём с карабином.
Приклад, упёрся в плечо, щёлкнул предохранитель и я стал подниматься по лестнице. Нужно только забрать блокнот, убить то, во что превратился Петрович и быстро свалить. Всех я тут всё равно не перебью. А в том, что этих самых «Всех» здесь очень много, я ни секунды не сомневался.
Потихоньку заглянул в приоткрытую парадную дверь — никого. То есть, вообще никого. Ни охраны, ни консьержки. Плохо, очень плохо. Медленно прикрыл за собой дверь, вскинув карабин, двинулся налево по коридору, к той самой подсобке, где был заперт Петрович. Прошёл мимо магазина, в котором работал. Двери там были стеклянными, так что, было видно весь торговый зал. Внутри никого не было. Всё так же моргали рекламой бесчисленные мониторы, стоящие на витринах. Их даже не удосужились выключить. Вход в мою «коморку» виден не был, да и чёрт с ним. Мне там делать нечего.
Подошёл к двери подсобки. Подёргал ручку — всё ещё закрыто. Ключ, кажется, был у кого — то из охранников. Чёрта с два их теперь найдёшь. Они, наверное, ещё вчера разбежались. Чёрт с ним, с ключом. Отошёл немного назад, и, с небольшого разгона, ударил ногой в район замка. Замок затрещал, но не поддался. Зато откуда — то справа, откуда я только что пришёл, донесся топот ног, множества ног. Не зря ведь я не хотел шуметь. Удар ещё раз, из — под обналички двери посыпалась штукатурка. Отошёл к противоположной стене и, разогнавшись, приложился плечом — дверь распахнулась, ударившись о стену а я по инерции заскочил вовнутрь. Выглянул в коридор — из — за угла показались три человека, и, не останавливаясь, кинулись в мою сторону.
Выстрелив несколько раз навскидку и попав одному из заражённых в голову, захлопнул за собой дверь. Дверная рама, в районе замка, разлетелась в щепки, и закрыть её снова уже не получится, даже имея ключ. Огляделся. Справа стоял узкий и высокий шкаф — сойдёт. Поднапрягшись, завалил его на бок, подперев тем самым дверь. Тяжёлый, зараза, но это как раз хорошо. Тут же, с той стороны, в дверь что — то тяжело ударило. Надолго это их не задержит. Оглянулся и стал искать глазами Петровича.
Комната была пуста. Если не считать труп полицейского, того самого, что прибежал на стоянку, когда обратился Билл. Верёвка, которой Владимир Петрович привязал себя к батарее была на месте, её конец был развязан, а не оторван. Значит, он отвязал себя сам. Но зачем ему это делать? Может, ему всё же стало лучше? Маловероятно, когда я видел его в последний раз, выглядел он уже совсем не здоровым.
Страница 12 из 23
