23 сентября. С содроганием проснувшись, я сел на кровати. Снова этот сон…
Добавить в моё избранное
84 мин, 17 сек 13253
При этом заражённые ещё ни разу не отличались сообразительностью. Скоростью и ловкостью — да, но вот развязать несколько узлов им не под силу.
На столе же лежал блокнот. Рядом же лежал полицейский с простреленной головой. В правой руке он сжимал свой табельный пистолет. Странно всё это. За дверью, послышалась какая — то возня, и она снова затрещала от нового удара. На этот раз почти вырвало верхнюю петлю, и дверь немного приоткрылась, сдвинув шкаф с места. И откуда такая силища? Ещё одного такого удара моя импровизированная баррикада не выдержит, пора бы уже сваливать отсюда.
Скинул с плеч рюкзак. Кинул туда блокнот, забрал из руки патрульного пистолет — туда же. Выдернул из небольших подсумков на его поясе два запасных магазина, оба полные. Так же снял рацию — ему она точно больше не нужна, а нам так даже очень. Затолкав всё в рюкзак, закинул его за спину. Итак, какие у нас варианты? Пробиваться через коридор — отметаем сразу. Их там как минимум двое, а может уже больше. Разом всех не перестреляешь, особенно в одиночку. Над столом, было не большое окно, выходившее на стоянку — это второй вариант, я даже пролез бы в него, не будь на нём решётки со стороны улицы. Заскочил на стол, открыл окно, подёргал решётку — крепко сидит. Глянул вниз — до земли от силы два с половиной метра, ерунда. С улицы дунул ветерок и принёс с собой жуткую вонь, смесь запаха от разлагающейся плоти и дерьма. Оказалось, чуть в стороне, рядом с машиной Билла, сидел заражённый и энергично кого — то поедал. От трупа осталось примерно половина и, по — видимому, воняло как раз от него. Но заражённого это нисколько не волновало. В голове возник план. А чем чёрт не шутит? Я несколько раз ударил по решётке и крикнул, привлекая к себе внимание:
— Эй! Хватит тухлятину жрать! Вот он я, свеженький и вкусненький!
Зомбарь повернулся в мою сторону, несколько раз потянул носом воздух, посмотрел на свой «обед», потом снова на меня. Казалось, он думал, стоит ли дёргаться. Через секунду он уже оказался рядом с окном, преодолев пятнадцать метров, что нас разделяли, двумя неимоверными, похожими на кошачьи, прыжками. Значит, всё же свежатинки захотелось. Он подпрыгнул и вцепился в решётку правой рукой, а левой упёрся в стену. А потом просто вырвал решётку. Что от него и требовалось, я как раз надеялся, что он так же силён, как и те, что сейчас ломились в дверь с другой стороны. И, едва я успел отскочить назад, он тут же просунул голову в оконный проём и получил три пули подряд, практически в упор, прямо в лицо. По инерции тело залетело вовнутрь наполовину и повисло на оконной раме. Взяв из угла швабру, вытолкнул его наружу. Прикасаться руками в этой вонючей, насквозь пропитанной кровью твари совсем не хотелось. Снял рюкзак, и выкинул его на стоянку, а затем выбрался сам.
Подхватив рюкзак, закинул его за спину и затянул лямки, похоже придётся побегать. Перехватил карабин по — удобнее и рванул к выезду со стоянки. Когда до ворот оставалось метров пятнадцать, меня как будто — ледяной водой обдали. Попытавшись резко остановиться, чуть не потерял равновесие, ввиду цепкого протектора на ботинках. Понял, нельзя мне туда идти. Вот хоть тресни. Предчувствие у меня всегда работало на отлично, но такого ещё не было. Как будто появилось дополнительное чувство. Я точно знал, что впереди кто — то есть.
Но толком поразмыслить об этом мне не дали. Откуда — то справа вышли три здоровенные собаки. Кавказец, немецкая овчарка, и какая — то дворняга, но тоже очень солидных размеров. Встав под открытым шлагбаумом, они почти одновременно оскалили зубы и чуть опустили головы. Обычно, когда собака так делает — она рычит. А от них не исходило ни единого звука. И от того становилось как-то не по себе. Ох, не нравятся мне эти собачки, жуть как не нравятся. Пойду я лучше назад, если повезёт, то ключи всё ещё остались в машине Билла, да и куда им деться? Кто бы стал забирать ключи и бросать саму машину. Да и дверь всё ещё открыта. Значит, так и сделаем.
Я резко вскинул карабин и выстрелил в кавказца, но промахнулся. Была надежда, что они всё же убегут. Но собаки, как по выстрелу стартового пистолета, разом побежали в атаку. Быстро развернувшись, со всех ног рванул обратно. Благо до машины было не далеко. Вот и посмотрим, кто из нас быстрее. С разбегу перемахнул через капот, опёршись свободной левой рукой о лобовое стекло
Запрыгнул на водительское место и захлопнул дверь. Одна из собак с разгона протаранила собой пассажирскую дверь. Видимо, ещё плохо себя контролирует, это мы тоже на заметку возьмём, что — то это да значит. Кавказец запрыгнул на капот и уставился на меня с тем самым беззвучным оскалом на морде. Третью собаку видно не было, да и чёрт с ней. Ключ был в замке, повернул его — заработали индикаторы на приборной панели. Стрелка показала почти полный бак. Видимо, канадец заправился, по дороге в гостиницу. Басовито заурчал четырёхлитровый двигатель.
На столе же лежал блокнот. Рядом же лежал полицейский с простреленной головой. В правой руке он сжимал свой табельный пистолет. Странно всё это. За дверью, послышалась какая — то возня, и она снова затрещала от нового удара. На этот раз почти вырвало верхнюю петлю, и дверь немного приоткрылась, сдвинув шкаф с места. И откуда такая силища? Ещё одного такого удара моя импровизированная баррикада не выдержит, пора бы уже сваливать отсюда.
Скинул с плеч рюкзак. Кинул туда блокнот, забрал из руки патрульного пистолет — туда же. Выдернул из небольших подсумков на его поясе два запасных магазина, оба полные. Так же снял рацию — ему она точно больше не нужна, а нам так даже очень. Затолкав всё в рюкзак, закинул его за спину. Итак, какие у нас варианты? Пробиваться через коридор — отметаем сразу. Их там как минимум двое, а может уже больше. Разом всех не перестреляешь, особенно в одиночку. Над столом, было не большое окно, выходившее на стоянку — это второй вариант, я даже пролез бы в него, не будь на нём решётки со стороны улицы. Заскочил на стол, открыл окно, подёргал решётку — крепко сидит. Глянул вниз — до земли от силы два с половиной метра, ерунда. С улицы дунул ветерок и принёс с собой жуткую вонь, смесь запаха от разлагающейся плоти и дерьма. Оказалось, чуть в стороне, рядом с машиной Билла, сидел заражённый и энергично кого — то поедал. От трупа осталось примерно половина и, по — видимому, воняло как раз от него. Но заражённого это нисколько не волновало. В голове возник план. А чем чёрт не шутит? Я несколько раз ударил по решётке и крикнул, привлекая к себе внимание:
— Эй! Хватит тухлятину жрать! Вот он я, свеженький и вкусненький!
Зомбарь повернулся в мою сторону, несколько раз потянул носом воздух, посмотрел на свой «обед», потом снова на меня. Казалось, он думал, стоит ли дёргаться. Через секунду он уже оказался рядом с окном, преодолев пятнадцать метров, что нас разделяли, двумя неимоверными, похожими на кошачьи, прыжками. Значит, всё же свежатинки захотелось. Он подпрыгнул и вцепился в решётку правой рукой, а левой упёрся в стену. А потом просто вырвал решётку. Что от него и требовалось, я как раз надеялся, что он так же силён, как и те, что сейчас ломились в дверь с другой стороны. И, едва я успел отскочить назад, он тут же просунул голову в оконный проём и получил три пули подряд, практически в упор, прямо в лицо. По инерции тело залетело вовнутрь наполовину и повисло на оконной раме. Взяв из угла швабру, вытолкнул его наружу. Прикасаться руками в этой вонючей, насквозь пропитанной кровью твари совсем не хотелось. Снял рюкзак, и выкинул его на стоянку, а затем выбрался сам.
Подхватив рюкзак, закинул его за спину и затянул лямки, похоже придётся побегать. Перехватил карабин по — удобнее и рванул к выезду со стоянки. Когда до ворот оставалось метров пятнадцать, меня как будто — ледяной водой обдали. Попытавшись резко остановиться, чуть не потерял равновесие, ввиду цепкого протектора на ботинках. Понял, нельзя мне туда идти. Вот хоть тресни. Предчувствие у меня всегда работало на отлично, но такого ещё не было. Как будто появилось дополнительное чувство. Я точно знал, что впереди кто — то есть.
Но толком поразмыслить об этом мне не дали. Откуда — то справа вышли три здоровенные собаки. Кавказец, немецкая овчарка, и какая — то дворняга, но тоже очень солидных размеров. Встав под открытым шлагбаумом, они почти одновременно оскалили зубы и чуть опустили головы. Обычно, когда собака так делает — она рычит. А от них не исходило ни единого звука. И от того становилось как-то не по себе. Ох, не нравятся мне эти собачки, жуть как не нравятся. Пойду я лучше назад, если повезёт, то ключи всё ещё остались в машине Билла, да и куда им деться? Кто бы стал забирать ключи и бросать саму машину. Да и дверь всё ещё открыта. Значит, так и сделаем.
Я резко вскинул карабин и выстрелил в кавказца, но промахнулся. Была надежда, что они всё же убегут. Но собаки, как по выстрелу стартового пистолета, разом побежали в атаку. Быстро развернувшись, со всех ног рванул обратно. Благо до машины было не далеко. Вот и посмотрим, кто из нас быстрее. С разбегу перемахнул через капот, опёршись свободной левой рукой о лобовое стекло
Запрыгнул на водительское место и захлопнул дверь. Одна из собак с разгона протаранила собой пассажирскую дверь. Видимо, ещё плохо себя контролирует, это мы тоже на заметку возьмём, что — то это да значит. Кавказец запрыгнул на капот и уставился на меня с тем самым беззвучным оскалом на морде. Третью собаку видно не было, да и чёрт с ней. Ключ был в замке, повернул его — заработали индикаторы на приборной панели. Стрелка показала почти полный бак. Видимо, канадец заправился, по дороге в гостиницу. Басовито заурчал четырёхлитровый двигатель.
Страница 13 из 23
