Война бюрократа

— Какой кошель, — натурально изумился один из воришек, в то время как второй возмущенно причитал, что как только сеньо смог такое подумать и навести столь злостную хулу на их доброе имя.

— Вот этот, — усмехнулся сеньо Валентино, подкидывая кошель раздора, — не умеете, сеньо, так и не беритесь.

Вытащить свое добро было делом нехитрым, да и куда местным бродяжкам до лидевьядских карманников!

— Ничего себе, — расстроенно пробормотал один из малолетних преступников.

Сеньо Рамиро, надо отдать ему должное, был удушающе радушен. Моложавый, подтянутый мужчина лет пятидесяти с военной выправкой сам вышел поприветствовать визитера.

— Сеньо Валентино, безумно рад вас видеть, — бывший бургмистр аж протянул руки навстречу гостю, даже не переменившись в лице при виде шляпы, — для меня большая честь принимать вас в своем дом. Идемте же.

И Валентино тотчас захотелось сбежать. Но, увы, отступление было не предусмотрено.

Его провели в роскошную залу, с колоннами, картинами, золотистыми портьерами и прочими признаками провинциального шика, туда, где уже ждали разнаряженные дамы. Судя по количеству драгоценных камней на белых шейках, сеньо Рамиро отнюдь не бедствовал.

— Это моя жена, донно Эсмеральда, — сеньо Рамиро чуть коснулся протянутой руки супруги, — а эти прекрасные сеньо — мои дочери, Кончита и Хуана.

Валентино поклонился — обе девицы блистали как молодостью так и миловидностью, да и супруга сеньо была еще хороша.

— Я сражен вашей красотой, сенья, — как и тем, что такие богатые и знатные невесты еще не замужем. Просватаны или нет?

— О, благодарю вас, сеньо Валентино, — чуть раскрыла пестрый веер донно Эсмеральда, вы столь любезны.

— Это всего лишь откровенность, донно, — Валентино еще раз поклонился сеньо.

— Я распоряжусь, чтобы ваших коней расседлали и напоили, — доброжелательно предложил сеньо Рамиро, — где вы отставили коляску?

— О, не стоит беспокойства, я предпочитаю пешие прогулки, — также как и знакомство со своим новым домом без свидетелей и соглядатаев.

— Вы так экстравагантны, — пораженно пролепетала сеньо Хуана, полная грудь затрепетала, точно от волнения. Сеньо Кончита лишь покрепче вцепилась в веер, явно неодобрительно посматривая на сестру.

— Вина, сеньо Валентино, — еще благостней оскалился предшественник, кидая грозные взгляды на кокетничавшую дочь. Мезальянс ему был не нужен.

— Благодарю вас, — Валентино столкнулся с бездонными черными глазами сеньо Хуаны и улыбнулся. Ну, что за прелестная девица!

Наконец, спустя почти два часа праздной болтовни ни о чем, сеньо Рамиро соизволил перейти к делу, предложив выйти на веранду и выкурить сигару.

На улице начинался долгий и жаркий вечер, солнце садилось медленно и словно лениво. Летали крупные, невиданные в столице, бабочки.

— Скоро начнется сезон дождей, сеньо, — зевнул бывший бургмистр, — время балов и знакомств, — мужчина сделал кроткую затяжку. — Я слышал, вы интересуетесь Скульптором, — в глазах предшественника впервые за весь вечер промелькнул интерес, и Валентин настороженно подобрался — кажется, ради этого и затевалась их встреча.

Но пока бывший бургмистр не спешил продолжать, медленно наслаждаясь вкусом сигары.

Валентино также чуть затянулся. Предложенная сигара надо сказать, была набита отменным табаком. У сеньо Рамиро хороший вкус, что ни говори.

В роскошном саду пели цикады.

— Позвольте дать вам отеческий совет, — продолжил гостеприимный хозяин, — не влезайте в это дело. Балы да прекрасные сенья — вот что должно интересовать молодого человека вашего возраста. Закрутите интрижку и оставьте серьезные дела серьезным и умным людям, сеньо Валетино.

Тут сеньо Рамиро достал большие карманные часы, открыл изукрашенную изумрудами крышку и пристально уставился на время.

Валентино, сначала решивший намек не понять, все-таки передумал — предшественник был ему чем-то антипатичен, и оставаться долее в его доме бургмистр был не намерен.

— Ну, что вы, сеньо Рамиро, право слово! Все эти… перепетии интересуют меня лишь постольку, поскольку в моем ведении находится безопасность всех жителей нашего славного Кроувэна. Но хотелось бы коснуться в нашей беседе и иной, увы, не такой приятной темы — в курсе ли вы, что реквизиты на части предоставленных бумаг заполнены неверно?

— Простите? — сеньо Рамиро ошеломленно заморгал.

— Часть отчетностей по выполнению городского бюджета, не знаю уж злоумышленно или по неведению, — пояснил Валентино, — подписана заранее! Еще до конца отчетного периода, сверки счетов и принятия акта! Представьте, какое непотребство!

И какая возможность для злоупотреблений.

— Не имею об этом ни малейшего понятия, — оскорбленно открестился сеньо Рамиро, стряхивая пепел на траву.