Итак, приглашение внутрь «Третьего Тоннеля Времени: 1879 год» состоялась. Время идет вспять и это из 1997 года.
Добавить в моё избранное
78 мин, 29 сек 2988
АДЕЛАИДА ИВАНОВНА МИУСОВА. Я, Аделаида Ивановна Миусова, первая жена Карамазова Федьки.
Кружится в кружевном свадебном платье.
АДЕЛАИДА ИВАНОВНА МИУСОВА. Меня звали: родовитая дворянка, дама горячая. Я смуглая, нетерпеливая. Презираю неверного мужа. Я устала от беспорядочной жизни и вечных сцен. Я беглянка. По природе женской я нежная Офелия. Я умерла не в провинции, а в Санкт-Петербурге. Я умерла крещенной в православной столице Империи. Что еще? Я ценила в муже авантюризм. Я мирилась с его сутью… «приживальщика». Ха-ха-ха. Хо-хо-хо. Я вновь похоронена в другом православном городе. Спасибо за то и поклон сыну Дмитрию Федоровичу. Я очень сильная. Я бивала мужа. Вот этим смотрите…
Достает из сумочки «изящные гантели».
АДЕЛАИДА ИВАНОВНА МИУСОВА. Смотрите, из самого Парижу. Из… него самого. Славные парижские штучки.
Платье «взбивает» ветер. Исчезает. Как бы не заметно«уходит» под пол.
СОФЬЯ ИВАНОВНА КАРАМАЗОВА. Я, Софья Ивановна…
Входит бочком. Робко раскланивается.
СОФИЯ ИВАНОВНА КАРАМАЗОВА. Я безымянная и не раз битая, Сарра. Моя фамилия… секрет. Я последняя жена Федора Павловича Карамазова. Он отец моих детей. Он и отец для меня и муж. Будучи девочкой я родила ему Ванечку. Мою сладкую… куколку. У меня, у ребенка, появился ребенок. Кто может быть лучше еврейской маменьки? Нет! Никто не может быть лучше еврейских мам! У меня черные огромные зрачки. Я девочка подросток. Мои веки навыкате. Черные волосы мои — мой кудрявый шелк. Ростом я карлица. Я хрупка. Фигурка точеная и деликатная. Во мне нет броскости. Я все из глаз и робости. Никаких агрессивных манер. Я девственница. Я родила первенца на шестнадцатом году. Мы спали до брака. Моя община не противилась нам. Я доносила двух детей, во славу Богу… моему Моисею. Я не познала счастья материнства. Жила в семье, как в притоне. У мужа не было любви. А была похоть. Я почти не видела детей… лежа в кровати для секса. Во всем… Во всей мне… все недосказано. Во мне все… незавершенно. Я сама… почти сошла с ума… У меня отняли мечту стать еврейской мамой. Меня убила моя доброта и невостребованная ласка к детям. Я завсегда ждала… ранней смерти. Его дом стал Содомом и Гоморрой. Мужов дом ад для меня. Мое сердце истекало кровью. Мое тело выбрасывало выкидышей одного за другим. Беременности не смогли убить меня. После первого сына… три года я «носила» мертворожденных, пока Бог Моисей не послал… Алешеньку. Как«сухая» смоковница плодила увядшие плоды. Я умерла через восемь лет после брака… и истязаний. Женственность иссохлась во мне. Кликушество, или нерусское слово — эпилепсия, довели меня до потери рассудка. Я послушница. Я сама безответность. Я феноменальное смирение. В двадцать четыре я стала прахом.
Подходит к окну. Ложится на пол под подоконник, как — бы в тени. На освещенном подоконнике появляется кукла в костюме Сарры (соотношение 1:10). Из под кукольного платья машут крылья. Должно понять, что это ангел и он улетает. Секунда и кукла-ангел улетела.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. Я, Лизавета Смердящая…
Хромает.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. После смерти я заговорила. Бог помог мне. По сыну моему… я ныне… госпожа Смердякова. Я больше не мычу… у меня есть человеческая речь.
Все предыдущие слова сказаны спиной в зал.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. Я с детства…
Говорит лицом в зал.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. Я с детства с падучей болезнью. Я горбунья. Бездомная. Я во вшах и грязи. Зимой и летом в ночной рубашке и босая. Всегда любимая, не обижаемая. По характеру я доверчивая. Все отдам, если приоденут меня по случаю… у магазина мод на углу, что за церковью. У меня есть секрет! Люблю гладить ягодицы. Зуд какой-то здесь. Вошки, что — ли?
Подмигивает похабно в зал. Торопливо грозит пальцем в зал. Садится на корточки, как кролик — задницей вверх «словно для случки». Крутит похотливо задом.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. Я упорствовала. Потом перелезла через забор в самый дом полюбовника. Я разродилась на дворе его, как верная «коза» или«овца». Не хочу никого другого. Инстинкт матери переборол во мне безумие… юродство. Слыхали… али?
Слова проговаривает, как эхо.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. Я была второй девственницей в жизни срамника Карамазова. Он говорил, что я «барин». Я «голова барана» с женским задом. Похоть… похоть… похоть против бога.
Грозит кулаками в зал. Онемела на мгновение. Открыла дверь. Закрыла дверь. Постояла задумавшись. Закрылась черном, прозрачным тюлем. Уходит на цыпочках через дверь. Через мгновение заглядывает в окно, строя замысловатые рожи. Скоморошничает. Открывает дверь. Показывает голую задницу из под задранного подола в зрительный зал. Мочится на сцене.
СТАРЕЦ ЗОСИМА. Что это, Алешенька? Бесы расходились! Что делать? Кто виноват? Я больше не могу. Я уже умираю… Я умираю, мальчик.
Входят хористы. Поют псалмы четырнадцатого — пятнадцатого веков.
Кружится в кружевном свадебном платье.
АДЕЛАИДА ИВАНОВНА МИУСОВА. Меня звали: родовитая дворянка, дама горячая. Я смуглая, нетерпеливая. Презираю неверного мужа. Я устала от беспорядочной жизни и вечных сцен. Я беглянка. По природе женской я нежная Офелия. Я умерла не в провинции, а в Санкт-Петербурге. Я умерла крещенной в православной столице Империи. Что еще? Я ценила в муже авантюризм. Я мирилась с его сутью… «приживальщика». Ха-ха-ха. Хо-хо-хо. Я вновь похоронена в другом православном городе. Спасибо за то и поклон сыну Дмитрию Федоровичу. Я очень сильная. Я бивала мужа. Вот этим смотрите…
Достает из сумочки «изящные гантели».
АДЕЛАИДА ИВАНОВНА МИУСОВА. Смотрите, из самого Парижу. Из… него самого. Славные парижские штучки.
Платье «взбивает» ветер. Исчезает. Как бы не заметно«уходит» под пол.
СОФЬЯ ИВАНОВНА КАРАМАЗОВА. Я, Софья Ивановна…
Входит бочком. Робко раскланивается.
СОФИЯ ИВАНОВНА КАРАМАЗОВА. Я безымянная и не раз битая, Сарра. Моя фамилия… секрет. Я последняя жена Федора Павловича Карамазова. Он отец моих детей. Он и отец для меня и муж. Будучи девочкой я родила ему Ванечку. Мою сладкую… куколку. У меня, у ребенка, появился ребенок. Кто может быть лучше еврейской маменьки? Нет! Никто не может быть лучше еврейских мам! У меня черные огромные зрачки. Я девочка подросток. Мои веки навыкате. Черные волосы мои — мой кудрявый шелк. Ростом я карлица. Я хрупка. Фигурка точеная и деликатная. Во мне нет броскости. Я все из глаз и робости. Никаких агрессивных манер. Я девственница. Я родила первенца на шестнадцатом году. Мы спали до брака. Моя община не противилась нам. Я доносила двух детей, во славу Богу… моему Моисею. Я не познала счастья материнства. Жила в семье, как в притоне. У мужа не было любви. А была похоть. Я почти не видела детей… лежа в кровати для секса. Во всем… Во всей мне… все недосказано. Во мне все… незавершенно. Я сама… почти сошла с ума… У меня отняли мечту стать еврейской мамой. Меня убила моя доброта и невостребованная ласка к детям. Я завсегда ждала… ранней смерти. Его дом стал Содомом и Гоморрой. Мужов дом ад для меня. Мое сердце истекало кровью. Мое тело выбрасывало выкидышей одного за другим. Беременности не смогли убить меня. После первого сына… три года я «носила» мертворожденных, пока Бог Моисей не послал… Алешеньку. Как«сухая» смоковница плодила увядшие плоды. Я умерла через восемь лет после брака… и истязаний. Женственность иссохлась во мне. Кликушество, или нерусское слово — эпилепсия, довели меня до потери рассудка. Я послушница. Я сама безответность. Я феноменальное смирение. В двадцать четыре я стала прахом.
Подходит к окну. Ложится на пол под подоконник, как — бы в тени. На освещенном подоконнике появляется кукла в костюме Сарры (соотношение 1:10). Из под кукольного платья машут крылья. Должно понять, что это ангел и он улетает. Секунда и кукла-ангел улетела.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. Я, Лизавета Смердящая…
Хромает.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. После смерти я заговорила. Бог помог мне. По сыну моему… я ныне… госпожа Смердякова. Я больше не мычу… у меня есть человеческая речь.
Все предыдущие слова сказаны спиной в зал.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. Я с детства…
Говорит лицом в зал.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. Я с детства с падучей болезнью. Я горбунья. Бездомная. Я во вшах и грязи. Зимой и летом в ночной рубашке и босая. Всегда любимая, не обижаемая. По характеру я доверчивая. Все отдам, если приоденут меня по случаю… у магазина мод на углу, что за церковью. У меня есть секрет! Люблю гладить ягодицы. Зуд какой-то здесь. Вошки, что — ли?
Подмигивает похабно в зал. Торопливо грозит пальцем в зал. Садится на корточки, как кролик — задницей вверх «словно для случки». Крутит похотливо задом.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. Я упорствовала. Потом перелезла через забор в самый дом полюбовника. Я разродилась на дворе его, как верная «коза» или«овца». Не хочу никого другого. Инстинкт матери переборол во мне безумие… юродство. Слыхали… али?
Слова проговаривает, как эхо.
ЛИЗАВЕТА СМЕРДЯЩАЯ. Я была второй девственницей в жизни срамника Карамазова. Он говорил, что я «барин». Я «голова барана» с женским задом. Похоть… похоть… похоть против бога.
Грозит кулаками в зал. Онемела на мгновение. Открыла дверь. Закрыла дверь. Постояла задумавшись. Закрылась черном, прозрачным тюлем. Уходит на цыпочках через дверь. Через мгновение заглядывает в окно, строя замысловатые рожи. Скоморошничает. Открывает дверь. Показывает голую задницу из под задранного подола в зрительный зал. Мочится на сцене.
СТАРЕЦ ЗОСИМА. Что это, Алешенька? Бесы расходились! Что делать? Кто виноват? Я больше не могу. Я уже умираю… Я умираю, мальчик.
Входят хористы. Поют псалмы четырнадцатого — пятнадцатого веков.
Страница 12 из 23
