Джулиус и Фелтон

Мне бы стоило его отговорить, однако время шло, а расследование наше не двигалось с места. Приняв мое молчание за одобрение, Джулиус поднялся из кресла, со скрипом потянулся и, пожелав мне доброго дня, покинул офис. Я остался предоставлен самому себе, снова.

Часы до вечера тянулись точно резиновые. Я успел поужинать, трижды попить чай и даже один раз неплохо вздремнуть, прежде чем на огонек заглянул Джулиус и тут же вновь ушел, на сей раз прямиком в Зеленый квартал.

Я ждал его до самого утра, не смыкая глаз, чашку за чашкой вливая в себя обжигающе горячий кофе. Мне было страшно за компаньона, представить его участвующим в уличной потасовке просто не представлялось возможным! Где-то глубоко мерзкий голосок твердил: 'Он бы не стал так за тебя переживать', но ведь я — не он. Я — это я, и потому, отправив грязные чашки обратно в белый раритетный буфет, быстро собрался и побежал в полицейский участок.

Детектив-инспектор Гаррисон отнесся к моим словам со всей серьезностью, впрочем, за пышными моржовыми усами сложно было угадать его настрой. Мужчина выпустил мне в лицо целое облако едкого дыма и только после этого заговорил:

— Послушайте моего совета, Фелтон, не принимайте все так близко к сердцу. Вы переживаете не за того, кому это нужно. Переживайте-ка лучше за себя, а старый лис Джулиус сам справиться, ему не впервой. Знаете ли вы, Фелтон, почему он вообще занимается всей этой, ммм… чертовщиной? А?

Интересный вопрос, но я никогда им не задавался. И куда девалось мое профессиональное любопытство? В предвкушении тайны, я подался вперед, сам не замечая, что копирую его движения:

— Так почему же?

— Когда-то он сказал мне, что…

— Прошу прощения, сэр! — в кабинет без стука ворвался сержант Оливер, а следом за ним, не дождавшись разрешения, вошел Джулиус собственной персоной. Момент был упущен, однако то, что товарищ мой вернулся цел и невредим, немного утешало.

— Это Грегори Хиггинс!

Инспектор бросил окурок в пепельницу, полную пеплом до краев:

— Что Грегори Хиггинс?

— Он укрывает Ланнан Ши! Собирайся, Филипп, нам нужно срочно его навестить!

— Погоди, Джулиус, остынь, — Гаррисон сделал знак сержанту, и тот вышел, плотно прикрыв за собой дверь, — Я слышал эту историю от Фелтона, но мало что понял. Кто такая Ланнан Ши?

Горящий взгляд Олдриджа, наконец, остановился на мне.

— Доброе утро, — поприветствовал он, словно и не пропадал где-то всю ночь. — Не ожидал вас здесь встретить. Что-то произошло?

Боже, да он, кажется, пьян! Иначе как объяснить эту несвойственную ему оживленность и лихорадочный блеск в глазах?

— Вас не было всю ночь, что мне оставалось делать?

Джулиус взмахнул рукой и едва не повалился на пол:

— Это все ерунда! Вставайте, вставайте, мы опаздываем на встречу с молодым перспективным поэтом нового века, мистером Грегори Хиггинсом.

Хиггинс жил на самой длинной из трех улиц Ирландского квартала. Не так давно никто и имени его не знал, как вдруг, словно гром среди ясного неба — признание и почетное членство в городской ассоциации поэтов. Иначе, чем чудом это и не назовешь.

Джулиус едва перебирал ногами, и я смог убедить его отложить встречу хотя бы на час. Когда мы прибыли в мою квартиру — она была ближе всего к участку — он уснул на жестком диване, уткнувшись лицом в подушку, и к стыду своему я вдруг понял, что не опьянение столь дурно повлияло на его поведение, а здоровая шишка на затылке. Всколоченные завитки волос слиплись от крови. Похоже на удар чем-то тяжелым сзади, со спины. Интересно было бы послушать историю его ночных приключений.

Перспективный поэт нового века встретил гостей холодно, даже не пригласил войти. Мне его поведение показалось излишне нервным, дерганным, да и сам он, высокий и нескладный, казался скорее бунтующим подростком, чем молодым дарованием.

— Я занят. Зайдите завтра.

Однако Джулиус, восстановив силы, не собирался сдаваться так просто:

— Мы ненадолго, мистер Хиггинс. Вы живете один?

Бестактный вопрос застал поэта врасплох, и Джулиус проскользнул в прихожую и по-хозяйски огляделся. На мгновение в дверном проеме мелькнуло хорошенькое личико и исчезло.

— Что вы себе позволяете?! — взвизгнул Хиггинс, его вытянутое прыщавое лицо исказилось рассерженной гримасой. — Пошли вон, оба, не то я вызову полицию!

Одним словом, Грегори Хиггинс мне не понравился.

— Ланнан Ши у него, — сказал Олдридж, когда мы отошли от негостеприимного дома подальше. — Видимо, он пишет действительно хорошие стихи, раз она так к нему привязалась. Помнишь, она ведь дарит вдохновение.

Он поймал за рукав пробегавшего мимо мальчишку, взял у меня блокнот и, черканув пару слов, вырвал страничку и вручил мальчонке:

— Передашь красивой леди, что живет в доме мистера Хиггинса.