Я вижу тебя

Прямо передо мной перебежала земляную, покрытую пылью дорогу, серая, но сейчас казавшаяся угольно-черной, кошка.

Вдалеке замаячили темные кресты старого кладбища. Надо дойти, надо дойти, — Думала я: «Мне не страшно». Но, в действительности, мне было очень страшно, мое сердце уходило в пятки. Я уже не думала о Верочке и о том, чем могу ей помочь, я думала только о том, чтобы со мной ничего не случилось. Из кустов на меня вполне мог кто-то напасть, и тогда я бы погибла так же, как и Верочка…

Кладбище ночью казалось еще более жутким. Трещины и повилика на старых памятниках казались змеями, которые вот-вот укусят, только коснись. Луна плохо светила сквозь деревья, было слишком темно, и я включила карманный фонарик, который успела вытащить из кармана папиного плаща. Светлый луч фонарика осветил руины часовни, которая была на расстоянии около трех метров от меня, абсолютно черные зияющие дыры, которые когда-то были окнами и дверью. Я зашла в часовню, едва не оступившись и не споткнувшись о зазубрины порога.

В часовне было очень темно, в окна не проникал даже лунный свет. Я подняла голову наверх, к своду, где был нарисован одинокий ангел с белыми глазами. Это было слишком высоко, мне требовалась лестница, чтобы достать до него. Или, хотя бы какое-то подобие лестницы. Я вышла из часовни и обошла вокруг нее — может быть, мне повезет, и я смогу найти лестницу. Хотя лазить под купол часовни уже давно было некому — кроме бабы Кати в селе жили еще около десяти старушек и стариков. Молодых в селе не было, разве что иногда приезжали выросшие внуки к своим бабушкам и дедушкам в гости, но и им, наверное, совсем не нужна была заброшенная часовня на старом кладбище.

— И что же ты тут одна ходишь, деточка? — Раздался голос за моей спиной. Я резко обернулась. Позади меня стояла баба Катя.

— Да так, гуляю, — Попыталась соврать я. Хотя вранье было ужасно неправдивым — кто же гуляет в такую темень на заброшенном кладбище.

— Эх, внученька. И не страшно тебе?

Страшно, бабушка, очень страшно. Но ответила я иное.

— Нет, баб Кать, не страшно. Только мне бы лестницу.

— Зачем она тебе?

— Под сводом часовни нарисованы очень красивые ангелы. Я бы хотела разглядеть их поближе.

— Приходи утром, дам я тебе лестницу, а сейчас ты там ничего и не увидишь.

— У меня фонарик есть, — Продемонстрировала я его старушке.

— Эх, полуночница. Ведь замышляешь что-то, сердцем чую. Ну да ладно, хорошо, что совсем рядом живу, сейчас Гришку попрошу, соседа, принести тебе лестницу.

Тот, кого баба Катя назвала Гришкой, был сыном бабулиных соседей. Это был широкоплечий и абсолютно лысый мужик лет сорока пяти, с очень добродушным лицом.

Баба Катя ушла за Гришкой, а я осталась. Мои наручные часы показывали половину одиннадцатого, до полночи оставалось не так уж много времени. Я решила зайти еще раз в часовню, мне хотелось еще раз осмотреть ее. Теперь я старалась обращать внимание буквально на каждый кирпичик. Теперь все было очень важным для меня и для Верочки.

— Внученька, мы тебе принесли лестницу!

— Быстро вы, прямо метеоры, — Попыталась пошутить я.

— Давай, я тебе помогу, — Предложил мне дядя Гриша. Я пожала плечами. Верочка ничего не говорила о том, чтобы я помогала ей без чьей-то помощи. Дядя Гриша поставил лестницу к стене.

— Можно мне поставить лестницу так, чтобы я смогла достать того слепого ангела?

— О! Слепой ангел! Хороший выбор. В деревне про него легенды ходят.

— Какие, дядь Гриш?

— Говорят, что доктор Подбельский заказал написать этого ангела, когда умерла его дочка Вера. Говорят, за ангелом даже есть тайник, только открыть его никто не смог. Даже я, когда был мальчишкой, с такими же пацанами, как и я, лазили под купол, — Григорий вздохнул, переставляя лестницу.

Лестница была старой и довольно шаткой, поэтому я очень аккуратно ставила ноги, боясь, что какая-нибудь из ступенек сломается, и я рухну на холодный каменный пол часовни. Но я довольно быстро добралась до фрески на своде.

Это был рисунок, сделанный чьей-то искусной рукой. Красивое нежное лицо ангела, обрамленное каштановыми волнистыми, прямо, как у Верочки, волосами. Правда, прямо посередине лица шла довольно крупная трещина. Он был одет в голубоватую тунику, за его спиной были видны большие белоснежные крылья. В одной руке он держал листик какого-то растения, а в другой — деревянную дудочку, причем все игровые отверстия в ней были действительно высверлены. Может в этих дырочках есть какой-то секрет, чтобы открыть тайник. Дудочка… Дудочка… Настоящая Верочкина дудочка до сих пор лежала у меня в кармане. Я осторожно, чтобы не оступиться, достала ее и повертела в руках. Дудочка, как дудочка, ничего особенного. После, я поднесла ее к нарисованной дудочке в руке ангела.