— Кажется, это не Торманс, — задумчиво произнес Тор Лик, рассматривая на стереоэкране проплывавшую под ними планету, — никаких следов разумной деятельности.
Добавить в моё избранное
65 мин, 39 сек 13875
Чеди Даан зябко поежилась, присев рядом с СДФ и уткнув подбородок в поджатые колени. Хотя на ней и был, скафандр, надежно защищавший от ночной прохлады, тем не менее, окружавший ее враждебный, чуждый мир невольно заставлял ее ежиться. Во тьме мерцали чьи-то глаза, один раз в небе, закрывая звезды, пролетело некое существо, тяжело взмахивавшее крыльями. Чеди вспоминала жуткую тварь, взросшую в теле Неи и думала как много подобных существ, таится во мраке.
А еще она думала о зловещей пирамиде. ставшей причиной всех их сегодняшних бед. У экипажа «Темного пламени» не было времени как следует обсудить происшедшее, но все понимали, что столкнулись с пугающей аномалией, противоречащей всей сумме знаний накопленных учеными и философами миров Кольца. Весь имеющийся опыт и Земли и иных планет говорил им о том, что возможность космических полетов может быть реализована не раньше, чем после всепланетной стабилизации условий жизни общества и, уж конечно, без катастрофических войн эпохи Инферно… Как социолог Эпохи Встретившихся Рук она знала о том, что человечество не может покорить космос, пока не достигнет высшей жизни, без войн, с высокой ответственностью каждого человека за всех своих собратьев. Именно совершив подъем на высшую ступень коммунистического общества, человечество обрело космическую силу, и оно могло обрести ее только этим путем, другого не дано — это считалось аксиомой в во всех мирах Кольца. Руки человечества, протянутые к звездам, были чисты — и на Земле считалось, что навстречу им может быть протянута только столь же чистая и могучая рука!
Однако сегодня в этой протянутой руке оказался нож — и Чеди все время пыталась и никак не могла разрешить для себя это вопиющее противоречие со всем, что она знала раньше. Только раса, достигшая немалых успехов в звездоплавании, могла построить нечто подобное виденной ими пирамиде — это было очевидно. Но как столь могущественная и развитая цивилизация, могла проявить такую жесткость, такое вероломство-это в голове Чеди не укладывалось совершенно. Она гнала от себя воспоминания о древних, полузабытых книжках, где писатели эпохи Инферно писали мрачные рассказы и повести о межзвездных агрессорах и убийцах, разумных чудовищах, пожиравших человеческую плоть, живших войной и порабощением. Она знала, что все это лишь болезненные фантазии людей загнивавшего гангстерского капитализма, обреченной на исчезновение общественной формации, не обладавшей истиной коммунистического общества. И все же непрошенные мысли не желали оставлять ее разум пробуждая в нем древние страхи, казалось давным-давно забытые в ЭВР.
От мрачных мыслей ее отвлек мимолетный отблеск, упавший на землю. Подняв глаза, Чеди увидела, как во тьме ночного неба пронеслось нечто покрытое светящимися огоньками, стремительно идущее к земле. Вот оно исчезлоза дальними лесами, чуть заметно вздрогнула земля и в этот миг, замерцалои исчезлоокружавшеекорабль силовое поле. Чеди вздрогнула, поднимаясь на ноги — даже СДФ не казался сейчас надежной защитой. В небе пролетел звездолет-это казалось очевидным и она совсем не была уверена в том, кто на нем друг или враг. В любом случае, нужно было сообщить Родис, которая сейчас бодрствовала на другом конце корабля.
Чеди шагнула в сторону входа в звездолет и вдруг замерла.
Сквозь обычные ночные шорохи, к которым девушка уже привыкла, пробился новый звук. Похожий одновременно на журчание ручья и на приятную убаюкивающую музыку и на вкрадчивый шепот, этот звук каплями сладкого яда проникал в уши, обволакивая Чеди незримой паутиной. Голос и не голос одновременно, не произнесший ни единого слова, он тем не менее внушал Чеди разные мысли-мысли, которые никогда бы не пришли ей в голову ранее. Чеди, тренированная психика, которой прошла через решетчатую трансформацию индивида и множество предполетных испытаний отчаянно боролась, всячески стремясь отсечь от себя эти мысли, но, вот, когда ей казалось, что ей удалось заглушить в себе мерзкий шепот, он возвращался снова. Теперь он оформился в слова — всего в три слова, раз за разом проникавшие ей в уши.
«Иди ко мне».
Чеди сопротивлялась, ставя бесчисленные мысленные блоки, пытаясь решать сложнейшие математические задачи, вспоминая все методики самоконтроля, которым она обучалась еще во времена Подвигов Геркулеса — все тщетно. Несколько раз она пыталась позвать на помощь, но ее рот только бессильно открывался и закрывался, как у выброшенной не берег рыбы, не издавая не звука. А в ушах все громче и громче звучал зов.
Иди. Ко. Мне.
И наконецЧеди сломалась. Выпрямившись словно подброшенная пружина, она мимоходом выключила СДФ и механическим шагом двинулась вперед, рассекая обступившие звездолет заросли. Какие-то ночные твари с шумом порскнули в разные стороны, но она даже не обратила на них внимания. Голос все громче звучал в ушах, убаюкивая ее смутными обещаниями покоя и безопасности, которой так не хватало ей на этой проклятой планете.
А еще она думала о зловещей пирамиде. ставшей причиной всех их сегодняшних бед. У экипажа «Темного пламени» не было времени как следует обсудить происшедшее, но все понимали, что столкнулись с пугающей аномалией, противоречащей всей сумме знаний накопленных учеными и философами миров Кольца. Весь имеющийся опыт и Земли и иных планет говорил им о том, что возможность космических полетов может быть реализована не раньше, чем после всепланетной стабилизации условий жизни общества и, уж конечно, без катастрофических войн эпохи Инферно… Как социолог Эпохи Встретившихся Рук она знала о том, что человечество не может покорить космос, пока не достигнет высшей жизни, без войн, с высокой ответственностью каждого человека за всех своих собратьев. Именно совершив подъем на высшую ступень коммунистического общества, человечество обрело космическую силу, и оно могло обрести ее только этим путем, другого не дано — это считалось аксиомой в во всех мирах Кольца. Руки человечества, протянутые к звездам, были чисты — и на Земле считалось, что навстречу им может быть протянута только столь же чистая и могучая рука!
Однако сегодня в этой протянутой руке оказался нож — и Чеди все время пыталась и никак не могла разрешить для себя это вопиющее противоречие со всем, что она знала раньше. Только раса, достигшая немалых успехов в звездоплавании, могла построить нечто подобное виденной ими пирамиде — это было очевидно. Но как столь могущественная и развитая цивилизация, могла проявить такую жесткость, такое вероломство-это в голове Чеди не укладывалось совершенно. Она гнала от себя воспоминания о древних, полузабытых книжках, где писатели эпохи Инферно писали мрачные рассказы и повести о межзвездных агрессорах и убийцах, разумных чудовищах, пожиравших человеческую плоть, живших войной и порабощением. Она знала, что все это лишь болезненные фантазии людей загнивавшего гангстерского капитализма, обреченной на исчезновение общественной формации, не обладавшей истиной коммунистического общества. И все же непрошенные мысли не желали оставлять ее разум пробуждая в нем древние страхи, казалось давным-давно забытые в ЭВР.
От мрачных мыслей ее отвлек мимолетный отблеск, упавший на землю. Подняв глаза, Чеди увидела, как во тьме ночного неба пронеслось нечто покрытое светящимися огоньками, стремительно идущее к земле. Вот оно исчезлоза дальними лесами, чуть заметно вздрогнула земля и в этот миг, замерцалои исчезлоокружавшеекорабль силовое поле. Чеди вздрогнула, поднимаясь на ноги — даже СДФ не казался сейчас надежной защитой. В небе пролетел звездолет-это казалось очевидным и она совсем не была уверена в том, кто на нем друг или враг. В любом случае, нужно было сообщить Родис, которая сейчас бодрствовала на другом конце корабля.
Чеди шагнула в сторону входа в звездолет и вдруг замерла.
Сквозь обычные ночные шорохи, к которым девушка уже привыкла, пробился новый звук. Похожий одновременно на журчание ручья и на приятную убаюкивающую музыку и на вкрадчивый шепот, этот звук каплями сладкого яда проникал в уши, обволакивая Чеди незримой паутиной. Голос и не голос одновременно, не произнесший ни единого слова, он тем не менее внушал Чеди разные мысли-мысли, которые никогда бы не пришли ей в голову ранее. Чеди, тренированная психика, которой прошла через решетчатую трансформацию индивида и множество предполетных испытаний отчаянно боролась, всячески стремясь отсечь от себя эти мысли, но, вот, когда ей казалось, что ей удалось заглушить в себе мерзкий шепот, он возвращался снова. Теперь он оформился в слова — всего в три слова, раз за разом проникавшие ей в уши.
«Иди ко мне».
Чеди сопротивлялась, ставя бесчисленные мысленные блоки, пытаясь решать сложнейшие математические задачи, вспоминая все методики самоконтроля, которым она обучалась еще во времена Подвигов Геркулеса — все тщетно. Несколько раз она пыталась позвать на помощь, но ее рот только бессильно открывался и закрывался, как у выброшенной не берег рыбы, не издавая не звука. А в ушах все громче и громче звучал зов.
Иди. Ко. Мне.
И наконецЧеди сломалась. Выпрямившись словно подброшенная пружина, она мимоходом выключила СДФ и механическим шагом двинулась вперед, рассекая обступившие звездолет заросли. Какие-то ночные твари с шумом порскнули в разные стороны, но она даже не обратила на них внимания. Голос все громче звучал в ушах, убаюкивая ее смутными обещаниями покоя и безопасности, которой так не хватало ей на этой проклятой планете.
Страница 3 из 20
