В этот хмурый осенний день Джеку не везло. Просто вообще. Ему не подавали. Никто. Весь долгий день сидел он у давно уже привычного угла, протянув обрубки ног и не глядя на людей.
Добавить в моё избранное
66 мин, 47 сек 12075
Я не бегаю. И не побегу.
— Пока не за что, — сожалеюще развел детектив руками.
— Ура, — мрачно сказал Оса, — вы спрашивали, кто следующий? Уповайте, чтобы не шеф полиции, или не мэр. Или не представитель городского совета. А так — пробивайте картотеку. Фигуры уровня Гордеца и «мертвые» дела. А еще лучше — оставьте человека делать то, для чего его прислали и не путайтесь у него под ногами, уважаемые детективы, — и Оса быстро пошел прочь.
— Послали? — Удивился Марвелл, — эй, Оса! Кто послал?
Не останавливаясь и не обернувшись, Оса рукой указал на небеса и ушел.
Но звонки того дня еще не кончились, правда, на сей раз звонок был обычным, не тем, что с утра.
— А викинг-то ваш, господин специалист, обычный извращенец! Да еще не трахавшийся пару-тройку лет! — Торжествующе прозвучал в трубке голос Слейда, — у одного из убитых все брюки в сперме, которая никому, из бывших там, не принадлежит. По нашим базам ДНК такой не значится.
— Надо же, — покачал головой Рауде, — какой позор. Ну, ищите извращенца, способного прожить тысячу лет, лелея медвежью шкуру и голыми руками отправить на тот свет группу взрослых вооруженных, тренированных мужчин, будучи обряженным в костюм Адама, яйцеголового лингвиста, весом за сто с лишним килограммов, говорящего на древнем языке. Удачи, детектив! — И повесил трубку.
«Кажется, получается примерно так, — решил Рауде, — этот парень, викинг, оказывается в нужном месте в нужное время, причем сам он понятия не имеет, где и когда он окажется. Он может быть хоть здесь, в Вечном Городе, верхом на проститутке, с которой его и сдернули для бойни в этом пункте торговцев живым товаром, хоть в Скандинавии — причем тысячу лет назад. Тот, кто способен перенести человека за тысячу лет, может и кидать его по всему городу, а то и миру. Картина ясна — он просто инструмент. И гипотеза моя о чистке точек, следовательно, тоже. Если он в Вечном Городе, шанс выйти на него есть. Слабый, почти нереальный. Но есть. Он должен чем-то питаться — красть он не станет. Значит, его видят. Он платит. Это запомнят. Как и его самого. Должен где-то спать — где? У воды? Не обязательно. То есть, нужно оказаться там, где он материализуется, скажем так, в тот самый момент. Шансы? Равны нулю, стремясь к отрицательному значению. Только случайное пересечение в месте очередной резни. На кого бы поставил я сам, если следовать вопросу этих двух идиотов, которые тянут, в лучшем случае, на одного?» — С этой мыслью Рауде открыл свою картотеку на том своем компьютере, что никогда не знал скверны погружения в интернет. За эту картотеку Рауде продали бы душу и полиция, и ФБР — если бы они по-прежнему на самом деле стремились«Хранить и защищать», а не отбывать свой номер на арене, в погоне за чинами и пенсией. Да. Увы. Даже если там и есть те, кто рад бы работать, их настолько мало, что нам уже надо слать викинга.
Но звонки еще не закончились. Очередной раздался за полночь.
— Слушаю вас, Генрих, — ровным, совершенно обычным тоном отвечал Рауде, не открывая глаз и не подняв головы с подушки.
— Я вас не разбудил, мистер Рауде? — Заискивающе спросил тот, кого величали Генрихом.
— Я разрешил вам звонить мне в это время, так что какая разница? — Рауде не спал уже двое суток, но был вынужден говорить с этим человеком. Вот только просыпаться для этого нужды не было.
— Я просто хотел вам сказать, мистер Рауде…
— Что опять? Платеж не прошел, карточку украли или она потеряна, деньги отнял огромный наркоман прямо у банкомата? Или что-то поновее? — Все так же ровно и спокойно спросил Оса у человека, состоявшего у него на жаловании, а попутно работающего экспертом в лаборатории криминалистики.
— Да нет, все в порядке, все пришло вовремя, большое спасибо! Но, мистер Рауде, в стране кризис, я бы хотел…
— Больше денег? Хорошо. У вас сохранился семенной материал с утренней бойни по «делу северянина»? — Спросил Рауде.
— Естественно. Я потому и звонил, кроме как поговорить об оплате, так как знаю, что вы заняты этим делом. Это какой-то неестественно живой и здоровый материал! Я такого и не видел! Какой-то эталон для образцов, если так можно сказать.
— Можно. Платить я вам буду столько же, а может, и нет, так как нужды в этом больше не будет. У вас этот материал сохраняется в пригодной для оплодотворения яйцеклетки форме и состоянии? — Спросил Рауде, одновременно видя сон про морское сражение у Свольда, когда конунгу Олафу Трюггвасону наломали хвост. Причем именно благодаря его высокомерию и слишком большой самоуверенности.
— Да, я как чуял, что это стоит сберечь, тем более, что объема семенной жидкости там хватит, чтобы оплодотворить не то, что одну яйцекле…
— Так, — перебил Рауде, — у вас хватит ума найти бездетную пару белых миллиардеров-расистов? — Он не оскорблял собеседника, он задал вопрос, который нужен был ему для дальнейшего построения беседы.
— Пока не за что, — сожалеюще развел детектив руками.
— Ура, — мрачно сказал Оса, — вы спрашивали, кто следующий? Уповайте, чтобы не шеф полиции, или не мэр. Или не представитель городского совета. А так — пробивайте картотеку. Фигуры уровня Гордеца и «мертвые» дела. А еще лучше — оставьте человека делать то, для чего его прислали и не путайтесь у него под ногами, уважаемые детективы, — и Оса быстро пошел прочь.
— Послали? — Удивился Марвелл, — эй, Оса! Кто послал?
Не останавливаясь и не обернувшись, Оса рукой указал на небеса и ушел.
Но звонки того дня еще не кончились, правда, на сей раз звонок был обычным, не тем, что с утра.
— А викинг-то ваш, господин специалист, обычный извращенец! Да еще не трахавшийся пару-тройку лет! — Торжествующе прозвучал в трубке голос Слейда, — у одного из убитых все брюки в сперме, которая никому, из бывших там, не принадлежит. По нашим базам ДНК такой не значится.
— Надо же, — покачал головой Рауде, — какой позор. Ну, ищите извращенца, способного прожить тысячу лет, лелея медвежью шкуру и голыми руками отправить на тот свет группу взрослых вооруженных, тренированных мужчин, будучи обряженным в костюм Адама, яйцеголового лингвиста, весом за сто с лишним килограммов, говорящего на древнем языке. Удачи, детектив! — И повесил трубку.
«Кажется, получается примерно так, — решил Рауде, — этот парень, викинг, оказывается в нужном месте в нужное время, причем сам он понятия не имеет, где и когда он окажется. Он может быть хоть здесь, в Вечном Городе, верхом на проститутке, с которой его и сдернули для бойни в этом пункте торговцев живым товаром, хоть в Скандинавии — причем тысячу лет назад. Тот, кто способен перенести человека за тысячу лет, может и кидать его по всему городу, а то и миру. Картина ясна — он просто инструмент. И гипотеза моя о чистке точек, следовательно, тоже. Если он в Вечном Городе, шанс выйти на него есть. Слабый, почти нереальный. Но есть. Он должен чем-то питаться — красть он не станет. Значит, его видят. Он платит. Это запомнят. Как и его самого. Должен где-то спать — где? У воды? Не обязательно. То есть, нужно оказаться там, где он материализуется, скажем так, в тот самый момент. Шансы? Равны нулю, стремясь к отрицательному значению. Только случайное пересечение в месте очередной резни. На кого бы поставил я сам, если следовать вопросу этих двух идиотов, которые тянут, в лучшем случае, на одного?» — С этой мыслью Рауде открыл свою картотеку на том своем компьютере, что никогда не знал скверны погружения в интернет. За эту картотеку Рауде продали бы душу и полиция, и ФБР — если бы они по-прежнему на самом деле стремились«Хранить и защищать», а не отбывать свой номер на арене, в погоне за чинами и пенсией. Да. Увы. Даже если там и есть те, кто рад бы работать, их настолько мало, что нам уже надо слать викинга.
Но звонки еще не закончились. Очередной раздался за полночь.
— Слушаю вас, Генрих, — ровным, совершенно обычным тоном отвечал Рауде, не открывая глаз и не подняв головы с подушки.
— Я вас не разбудил, мистер Рауде? — Заискивающе спросил тот, кого величали Генрихом.
— Я разрешил вам звонить мне в это время, так что какая разница? — Рауде не спал уже двое суток, но был вынужден говорить с этим человеком. Вот только просыпаться для этого нужды не было.
— Я просто хотел вам сказать, мистер Рауде…
— Что опять? Платеж не прошел, карточку украли или она потеряна, деньги отнял огромный наркоман прямо у банкомата? Или что-то поновее? — Все так же ровно и спокойно спросил Оса у человека, состоявшего у него на жаловании, а попутно работающего экспертом в лаборатории криминалистики.
— Да нет, все в порядке, все пришло вовремя, большое спасибо! Но, мистер Рауде, в стране кризис, я бы хотел…
— Больше денег? Хорошо. У вас сохранился семенной материал с утренней бойни по «делу северянина»? — Спросил Рауде.
— Естественно. Я потому и звонил, кроме как поговорить об оплате, так как знаю, что вы заняты этим делом. Это какой-то неестественно живой и здоровый материал! Я такого и не видел! Какой-то эталон для образцов, если так можно сказать.
— Можно. Платить я вам буду столько же, а может, и нет, так как нужды в этом больше не будет. У вас этот материал сохраняется в пригодной для оплодотворения яйцеклетки форме и состоянии? — Спросил Рауде, одновременно видя сон про морское сражение у Свольда, когда конунгу Олафу Трюггвасону наломали хвост. Причем именно благодаря его высокомерию и слишком большой самоуверенности.
— Да, я как чуял, что это стоит сберечь, тем более, что объема семенной жидкости там хватит, чтобы оплодотворить не то, что одну яйцекле…
— Так, — перебил Рауде, — у вас хватит ума найти бездетную пару белых миллиардеров-расистов? — Он не оскорблял собеседника, он задал вопрос, который нужен был ему для дальнейшего построения беседы.
Страница 15 из 18
