Завтрашний день будет потом. Все, что нам нужно, нам нужно сейчас. Время горит ясным огнем, остановите нас!
Добавить в моё избранное
61 мин, 24 сек 8144
Нехорошее предчувствие вползало в душу.
— Ты извини, Гриша, но так дальше нельзя. Может …
— Извините, тетя Нина… — Змей выскочил из-за стола — мне идти надо…
— Да подожди, куда ты пойдешь… Тебе еще до автобусной остановки идти… Оставайся — переночуешь, а завтра вместе в город вернемся.
— Нет… спасибо, тетя Нина, но мне идти надо… — Змей судорожно нащупал в полумраке веранды свои кроссовки, всунул в них ноги — спасибо вам!
Выскакивая за порог, Змей не забыл прихватить с собой черную брезентовую сумку. Закинув ее на плечо, он побежал по улице садоогородного массива. До Энска было четыре километра. Собирался дождь…
Энск
11 октября 2007 года
— Леха!
Одетый в старенькую ветровку пацан, лет десяти на вид оглянулся, стараясь понять, кто это его зовет
— Леха, блин! Сюда иди!
Узрев на одной из веранд детского садика Змея, Леха перепрыгнул через невысокий забор, подбежал к веранде.
— Змей! Здорово! Ты как?
Леха, как и все пацаны этого района мечтали работать на стоянках, иметь хоть и небольшой, но постоянный заработок. Для Змея он был готов спрыгнуть с крыши дома…
— Что слышно, Леха… Ментов в доме нет?
— Нет, позавчера были! Уехали! Такое тут было на днях — менты гребли всех подряд, по дворам ездили. Меня тоже загребли — пять часов в опорном пункте просидел. Потом батя пришел — забрал… Про тебя спрашивали!
— А Пашка? Его тоже загребли?
— Пашка? Не… Пашку я последний раз в школке видел на перемене. Тот очень радостный был, говорил, что его на собеседование пригласили. Там какая-то церковь проповеди ведет, с ней еще музыкальная группа с бесплатным концертом приехала, еще отбирают, кто в Англию учиться поедет по обмену. Бесплатно! Я тоже хотел — но меня не взяли! А Пашку — взяли, вот повезло то!
— Точняк?
— Точняк, он сам рассказывал! Его вместе с матерью на собеседование позвали! Он всей школке говорил, что в Англию поедет!
В голове у Змея громом гремел колокол беды…
— У меня дома мусоров нет?
— Нет, сегодня нету. Отвечаю!
— Ну, смотри…
Осторожно оглядываясь, ожидая в любой момент крика «Стоять!», воя сирен, Змей подошел к своему подъезду, открыл дверь. В любой момент он готов был дать стрекача. Но сегодня Змей был не нужен никому на белом свете…
Поднявшись на третий этаж, Змей позвонил в дверь. Старый, многократно чиненный дверной звонок затрясся в судорогах, заверещал — но дверь не открывал никто. После пары минут беспрерывного звона Змей забарабанил в дверь ногой. Через несколько минут дверь открылась…
— Чо надо? — на пороге, пошатываясь, стоял синяк, тот же самый что и в прошлый раз. Под правым глазом наливался фиолетовым фонарь, алкогольным выхлопом можно было морить комаров…
— Где мать? — сухо спросил Змей
— Спит Ленка… Пшел вон отсюда! — внезапно разъярился синяк, сделал попытку схватить Змея за шиворот — и замер как вкопанный. В живот синяка уперся двуствольный обрез.
— Ты чо… мальчик — лицо синяка из красного постепенно превращалось в мертвенно-белое, разрезанное красными и лиловыми капиллярами вен — не надо… мальчик …
На засаленных трениках синяка в районе паха медленно расплывалось черное пятно…
— Из квартиры — вышел! — Змей отступил на два шага назад, продолжая держать алкоголика под прицелом
— Да, да… ты не стреляй … не стреляй… — держась за стенку, синяк выполз из квартиры, едва держась на ногах
— Теперь пшел вон! — стволы обреза шатнулись в сторону темной, испятнанной желтыми вонючими лужами лестницы
— Одеться бы …
— Вон, я сказал! — рыкнул Змей
Перехватываясь руками за перила, в грязной майке, обоссанных штанах и босиком алкоголик рванулся вниз, исчез в темном пролете нижнего этажа.
Змей зашел в квартиру, захлопнул дверь и набросил цепочку. Преодолевая отвращение, прошел в большую комнату…
Стол, перевернутые стулья. Засранная кровать, которая никогда не убиралась, с нестиранным годами бельем. Сервант с выбитыми стеклами. Грязное, с мутными разводами от сигаретного дыма окно. Горящая под потолком желтым, болезненным светом одинокая лампочка. Стол завален бутылками — пустыми, недопитыми. Одна из бутылок валяется на боку. Разломанный на куски батон хлеба, какая то рыба, недоеденные сырки…
Брезгливо обойдя стол Змей остановился, разглядывая пьяную, в одном халате женщину, лежащую на краю кровати. Она спала, спала неспокойно, громко храпя, всхлипывая и распространяя вокруг себя острый запах алкоголя. Змей смотрел на свою мать так, как будто видел ее впервые в жизни.
— Вставай! — Змей потряс ее за плечо, женщина отозвалась всхрапыванием, пьяно пробормотала что-то, но не проснулась.
Повернувшись, Змей прошел в маленькую комнату, где жили они с братом, бегло осмотрелся.
— Ты извини, Гриша, но так дальше нельзя. Может …
— Извините, тетя Нина… — Змей выскочил из-за стола — мне идти надо…
— Да подожди, куда ты пойдешь… Тебе еще до автобусной остановки идти… Оставайся — переночуешь, а завтра вместе в город вернемся.
— Нет… спасибо, тетя Нина, но мне идти надо… — Змей судорожно нащупал в полумраке веранды свои кроссовки, всунул в них ноги — спасибо вам!
Выскакивая за порог, Змей не забыл прихватить с собой черную брезентовую сумку. Закинув ее на плечо, он побежал по улице садоогородного массива. До Энска было четыре километра. Собирался дождь…
Энск
11 октября 2007 года
— Леха!
Одетый в старенькую ветровку пацан, лет десяти на вид оглянулся, стараясь понять, кто это его зовет
— Леха, блин! Сюда иди!
Узрев на одной из веранд детского садика Змея, Леха перепрыгнул через невысокий забор, подбежал к веранде.
— Змей! Здорово! Ты как?
Леха, как и все пацаны этого района мечтали работать на стоянках, иметь хоть и небольшой, но постоянный заработок. Для Змея он был готов спрыгнуть с крыши дома…
— Что слышно, Леха… Ментов в доме нет?
— Нет, позавчера были! Уехали! Такое тут было на днях — менты гребли всех подряд, по дворам ездили. Меня тоже загребли — пять часов в опорном пункте просидел. Потом батя пришел — забрал… Про тебя спрашивали!
— А Пашка? Его тоже загребли?
— Пашка? Не… Пашку я последний раз в школке видел на перемене. Тот очень радостный был, говорил, что его на собеседование пригласили. Там какая-то церковь проповеди ведет, с ней еще музыкальная группа с бесплатным концертом приехала, еще отбирают, кто в Англию учиться поедет по обмену. Бесплатно! Я тоже хотел — но меня не взяли! А Пашку — взяли, вот повезло то!
— Точняк?
— Точняк, он сам рассказывал! Его вместе с матерью на собеседование позвали! Он всей школке говорил, что в Англию поедет!
В голове у Змея громом гремел колокол беды…
— У меня дома мусоров нет?
— Нет, сегодня нету. Отвечаю!
— Ну, смотри…
Осторожно оглядываясь, ожидая в любой момент крика «Стоять!», воя сирен, Змей подошел к своему подъезду, открыл дверь. В любой момент он готов был дать стрекача. Но сегодня Змей был не нужен никому на белом свете…
Поднявшись на третий этаж, Змей позвонил в дверь. Старый, многократно чиненный дверной звонок затрясся в судорогах, заверещал — но дверь не открывал никто. После пары минут беспрерывного звона Змей забарабанил в дверь ногой. Через несколько минут дверь открылась…
— Чо надо? — на пороге, пошатываясь, стоял синяк, тот же самый что и в прошлый раз. Под правым глазом наливался фиолетовым фонарь, алкогольным выхлопом можно было морить комаров…
— Где мать? — сухо спросил Змей
— Спит Ленка… Пшел вон отсюда! — внезапно разъярился синяк, сделал попытку схватить Змея за шиворот — и замер как вкопанный. В живот синяка уперся двуствольный обрез.
— Ты чо… мальчик — лицо синяка из красного постепенно превращалось в мертвенно-белое, разрезанное красными и лиловыми капиллярами вен — не надо… мальчик …
На засаленных трениках синяка в районе паха медленно расплывалось черное пятно…
— Из квартиры — вышел! — Змей отступил на два шага назад, продолжая держать алкоголика под прицелом
— Да, да… ты не стреляй … не стреляй… — держась за стенку, синяк выполз из квартиры, едва держась на ногах
— Теперь пшел вон! — стволы обреза шатнулись в сторону темной, испятнанной желтыми вонючими лужами лестницы
— Одеться бы …
— Вон, я сказал! — рыкнул Змей
Перехватываясь руками за перила, в грязной майке, обоссанных штанах и босиком алкоголик рванулся вниз, исчез в темном пролете нижнего этажа.
Змей зашел в квартиру, захлопнул дверь и набросил цепочку. Преодолевая отвращение, прошел в большую комнату…
Стол, перевернутые стулья. Засранная кровать, которая никогда не убиралась, с нестиранным годами бельем. Сервант с выбитыми стеклами. Грязное, с мутными разводами от сигаретного дыма окно. Горящая под потолком желтым, болезненным светом одинокая лампочка. Стол завален бутылками — пустыми, недопитыми. Одна из бутылок валяется на боку. Разломанный на куски батон хлеба, какая то рыба, недоеденные сырки…
Брезгливо обойдя стол Змей остановился, разглядывая пьяную, в одном халате женщину, лежащую на краю кровати. Она спала, спала неспокойно, громко храпя, всхлипывая и распространяя вокруг себя острый запах алкоголя. Змей смотрел на свою мать так, как будто видел ее впервые в жизни.
— Вставай! — Змей потряс ее за плечо, женщина отозвалась всхрапыванием, пьяно пробормотала что-то, но не проснулась.
Повернувшись, Змей прошел в маленькую комнату, где жили они с братом, бегло осмотрелся.
Страница 13 из 18
