Я был обессилен, и меня клонило в сон. Я подошел к кровати и лег. Как только я закрыл глаза, они стали точно свинцовые, и даже если бы я попытался их открыть сейчас, то не смог бы. Да, как долго я не лежал на нормальной кровати. Сон не заставил себя долго ждать. Но вместо простых видений перед моими глазами всплывало все, что со мной случилось с момента того самого рокового дня. Хотя с тех самых пор мне ничего другого и не снилось.
Добавить в моё избранное
66 мин, 3 сек 18816
«Если я прав, и инопланетяне действительно здесь на Земле, то почему до сих пор о них ничего не слышно, почему нет такого прогресса в технологиях, если правительство продалось им, почему нас до сих пор не сделали рабами, и, наконец, зачем они проводят эти медицинские эксперименты?» Ответов ни на один этот вопрос у меня не было, хуже того, если они правы, и я все-таки убил своих сослуживцев, то это все объясняет. Как сказали врачи, у меня наблюдается обостренная шизофрения, а значит, когда меня оглушил тот офицер, мне могли померещиться зеленые рога, особенно если у меня шизофрения,…«Но нет! Гнать! Гнать! Надо гнать эти страшные мысли прочь из головы! Нет! Я не мог их убить, не мог! Нет! Нет! Нет! Не мог. Ведь если я это сделал, мне не зачем жить… Нет! Это все они — гадкие пришельцы! Я найду их всех и выпотрошу их гадкие кишки, как у какой-нибудь рыбешки. Надо быть осторожнее. Они следят. Они постоянно за мной следят. Это они посылают в мою голову эти мысли. Это они! Они! Они! Не я»…
Я боялся каждого куста, каждого человека и даже каждое животное, которое я встречал на своем пути. В каждом я видел своего заклятого врага, но от нападения на окружающих меня останавливала та же самая паранойя. Ведь если я нападу на них, им сразу станет известно, где я нахожусь, и тогда они схватят меня. Но в какие-то минуты мне казалось, что виновен я, а не те, кто меня мучил. Я старался гнать эти мысли из головы, но они приходили все чаще и чаще,… И тогда я решил, что поскольку я наверняка не знаю, кто является пришельцем, кроме того офицера, я должен смириться, и скрыться, уйти туда, куда глаза глядят, туда, где они меня никогда не найдут. Там собраться с силами, а когда я буду готов, напасть, и наказать их за то, что они со мной сделали. С такими мыслями я стал пробираться к вокзалам, там я садился на разные товарные поезда, и ехал из города в город, но вскоре мои скитания обрели направленный характер. Я решил, что безопаснее всего мне будет находиться в глубинах моей необъятной родины. Так я стал выбирать те поезда, которые шли в глубь страны. Стало совсем холодно, когда я решил, что мои скитания закончены. Так я оказался в Сибири.
Я чуть не окоченел, прежде чем сумел устроиться хоть на какую-то работу. Бригадир вошел в мое положение, хотя, я абсолютно уверен, что он сразу понял, что я беглый. А что еще можно подумать, если человек приезжает в Сибирь в потрепанной одежонке не его размера и без каких-либо документов? Я бы подумал то же самое. Но мне было уже на все плевать. Самое главное это то, что у меня появилась крыша над головой, и корка хлеба. Работа была, конечно, очень тяжелая — валить лес вместе с другими заключенными, но я не жаловался, хоть бригадир и не платил мне, зато, он снабжал меня пищей, и даже выделил полуразрушенный домик, оставшийся со времен «царя-гороха». Дом был холодный, ветхий, без воды и отопления, но зато мой.
Я встал с кровати и размял кости.
— Что ж, — подумал я. — Я неплохо устроился: у меня есть еда, я даже устроил что-то вроде водопровода, дров для обогрева у меня вполне хватает, но нет, что-то меня в последнее время гнетет. Нет. Это не из-за денег, и не из-за еды или условий, к ним я уже привык, нет, это что-то знакомое. Знакомое, и страшное… Сегодня я взял выходной по болезни, и хотя от моего здоровья почти ни чего не осталось, я все же счастлив. Сегодня я, наконец, отдохну.
Я подошел к окну. За окном была метель. «Значит мои старые шрамы были правы, опять непогода». Но вдруг мое внимание привлекло что-то. Я приблизился к окну и вгляделся. Что же это? Что-то блеснуло еще раз, и я узнал это.
— Снайперский прицел! — пронеслось у меня в голове.
Я боялся каждого куста, каждого человека и даже каждое животное, которое я встречал на своем пути. В каждом я видел своего заклятого врага, но от нападения на окружающих меня останавливала та же самая паранойя. Ведь если я нападу на них, им сразу станет известно, где я нахожусь, и тогда они схватят меня. Но в какие-то минуты мне казалось, что виновен я, а не те, кто меня мучил. Я старался гнать эти мысли из головы, но они приходили все чаще и чаще,… И тогда я решил, что поскольку я наверняка не знаю, кто является пришельцем, кроме того офицера, я должен смириться, и скрыться, уйти туда, куда глаза глядят, туда, где они меня никогда не найдут. Там собраться с силами, а когда я буду готов, напасть, и наказать их за то, что они со мной сделали. С такими мыслями я стал пробираться к вокзалам, там я садился на разные товарные поезда, и ехал из города в город, но вскоре мои скитания обрели направленный характер. Я решил, что безопаснее всего мне будет находиться в глубинах моей необъятной родины. Так я стал выбирать те поезда, которые шли в глубь страны. Стало совсем холодно, когда я решил, что мои скитания закончены. Так я оказался в Сибири.
Я чуть не окоченел, прежде чем сумел устроиться хоть на какую-то работу. Бригадир вошел в мое положение, хотя, я абсолютно уверен, что он сразу понял, что я беглый. А что еще можно подумать, если человек приезжает в Сибирь в потрепанной одежонке не его размера и без каких-либо документов? Я бы подумал то же самое. Но мне было уже на все плевать. Самое главное это то, что у меня появилась крыша над головой, и корка хлеба. Работа была, конечно, очень тяжелая — валить лес вместе с другими заключенными, но я не жаловался, хоть бригадир и не платил мне, зато, он снабжал меня пищей, и даже выделил полуразрушенный домик, оставшийся со времен «царя-гороха». Дом был холодный, ветхий, без воды и отопления, но зато мой.
Я встал с кровати и размял кости.
— Что ж, — подумал я. — Я неплохо устроился: у меня есть еда, я даже устроил что-то вроде водопровода, дров для обогрева у меня вполне хватает, но нет, что-то меня в последнее время гнетет. Нет. Это не из-за денег, и не из-за еды или условий, к ним я уже привык, нет, это что-то знакомое. Знакомое, и страшное… Сегодня я взял выходной по болезни, и хотя от моего здоровья почти ни чего не осталось, я все же счастлив. Сегодня я, наконец, отдохну.
Я подошел к окну. За окном была метель. «Значит мои старые шрамы были правы, опять непогода». Но вдруг мое внимание привлекло что-то. Я приблизился к окну и вгляделся. Что же это? Что-то блеснуло еще раз, и я узнал это.
— Снайперский прицел! — пронеслось у меня в голове.
Страница 17 из 17
