Автобус прибыл в пять пятнадцать. Вовчик зевал и спускался по лестнице, спотыкаясь. Людочка решительно подталкивала его, поддерживая сзади за клапан рюкзака. Вася, младший брат Людочки, плёлся последним и тоже отчаянно зевал.
Добавить в моё избранное
59 мин, 39 сек 1028
А один вечно согнутый и вечно недовольный, как будто у него каждый день четыре урока алгебры. А Люська? Тоже хороша. Орёт всё время. Зачем орёт? Она же так хочет любить. Даже искать никого толком не стала, к Вовчику привязалась, а тому пофигу… Мальчик вздохнул. Он понимал сестру, очень понимал. Только при чём тут рохля Вовчик? Лучше бы на Владимира обратила внимание, вон он какой крутой… Парочка отклеилась друг от друга. Люся пошептала на ухо жениху, и тот, изобразив на лице крайнюю заинтересованность, двинул в чащу. Подождать Людочку он даже не удосужился. Девушка припустила за ним вслед.
Человек в шляпе, оставшись с мальчиком наедине, неожиданно резко повернулся и спросил:
— Неприятный тип этот парень, который в камуфляже, не так ли?
— Почему? — искренне удивился Вася. — Нормальный. Сильный такой. Классный.
— А женщина? Полная женщина? Тебе, наверное, неприятны толстые люди?
— Да не, ничего… — Васе вновь стало не по себе. Неприятным для него был, скорее, этот человек-поганка с его ощупывающим взором и дурацким колпаком, более годным для колдуна из детской сказки, чем для служителя гостиницы. — У меня у друга бабушка толстая. Зато ласковая.
Вася на пару сантиметров — так, чтобы всё было в рамках приличий — отодвинулся от смотрителя. Этой крохотной дистанции хватило на то, чтобы он почувствовал, что кто-то положил ему лапу на плечо и двинул её к шее, к тонкой бьющейся нити жизни, к артерии.
— Твоему другу повезло, — проскрипела шляпа, подбирая с земли шишку.
Пользуясь его заминкой, мальчик обернулся, стряхивая лапу с плеча. Кривая дубовая ветвь качнулась и царапнула лицо. Вася с облегчением провёл рукой по макушке. Это дерево. Всего лишь дерево.
— Не все старики добрые, — продолжил смотритель. — Вот, например, в нашей группе они не самые душевные.
— У них пенсия маленькая, от этого они и вредничают.
— Доброе дитя… Доброе, невинное дитя.
Вася, смутившись от такой похвалы, подумал, что она обидна для взрослого парня, особенно, про «невинное». Разве ж он невинный? Он у предков по-тихому деньги на кино таскал и с Тёмычем много раз дрался.
Смотритель вдруг со всей силы швырнул шишку в небо. Тотчас с ветки могучей сосны сорвалась стремительная белка и на лету подхватила шишку. Она приземлилась точно мальчику на колени, после чего, пристально посмотрев тому в глаза, взвилась с шишкой под мышкой вверх по стволу соседнего дуба.
— Хорошенькая, — уняв сердцебиение, проговорил Вася. Белка его испугала.
В назначенный час на поляне появились все, кроме старушки. Брюки деда были грязны и мокры, словно он разгуливал по болоту, но на лице старика просвечивало плохо скрываемое удовлетворение. Владимир и важный господин с подозрением поглядывали друг на друга, а пышечка плотоядно пожирала глазами обоих. «Какие-то они все… не очень счастливые», — сомневаясь собственного решения, подумал Вася.
— Товарищи, никто не видел моей супруги? — громко вопросил пенсионер. — Боюсь, кабы чего не вышло.
— Вы же вместе были, — ядовито заметила Людочка. — Может, вы жёнушку по-тихому укокошили, а теперь для виду беспокоитесь?
Старик, задохнувшись от инсинуации, захлопал ресницами за толстыми линзами, но высказаться не успел, потому что Владимир поднял руку вверх (ни дать, ни взять, древнеримский оратор со страницы учебника по истории) и произнёс, пресекая склоку:
— Срочно на поиски! Лес здесь дикий, человек может быть в опасности, тем более — пожилой человек. Дети и пожилые люди всегда требуют особого внимания.
После изречения прописной истины он деловито оглядел публику и, отметив обожающий взор толстушки, остался доволен произведённым эффектом. Затем так же деловито распределил присутствующих по направлениям, выпытав сведения о том, что старики прогуливались вдоль воды, и что пожилая дама покинула супруга на минутку для… для сами понимаете чего. Признав распоряжения активиста разумными, Людочка с Вовчиком, толстушка, смотритель и пенсионер разбрелись по чащобе, и только важный молчаливый господин заявил, что это всё ерунда, и он не нанимался бегать за сумасшедшими бабками, и демонстративно отошёл к своему коню, принявшись похлопывать его по бокам и поправлять седло. Васю решили оставить на поляне, чтобы он тоже не заблудился.
— А по телефону нельзя позвонить? — спросил мальчик.
— Не берёт здесь телефон, — раздражённо фыркнула сестра.
— Дебилизм, — уныло добавил Вовчик. — Каменный век. Даже связи нет.
Искали недолго — какие-то пятнадцать минут. Всё это время господин с оттопыренной губой поливал Васю презрением, а когда ему надоело, погрузился в разглядывание планшета. Планшет его, упакованный в кожаный переплёт с позолоченными уголками, выглядел, как старинная красивая книга. Господин с ленивым достоинством водил по экрану пальцем и вскидывал ухоженные брови.
Человек в шляпе, оставшись с мальчиком наедине, неожиданно резко повернулся и спросил:
— Неприятный тип этот парень, который в камуфляже, не так ли?
— Почему? — искренне удивился Вася. — Нормальный. Сильный такой. Классный.
— А женщина? Полная женщина? Тебе, наверное, неприятны толстые люди?
— Да не, ничего… — Васе вновь стало не по себе. Неприятным для него был, скорее, этот человек-поганка с его ощупывающим взором и дурацким колпаком, более годным для колдуна из детской сказки, чем для служителя гостиницы. — У меня у друга бабушка толстая. Зато ласковая.
Вася на пару сантиметров — так, чтобы всё было в рамках приличий — отодвинулся от смотрителя. Этой крохотной дистанции хватило на то, чтобы он почувствовал, что кто-то положил ему лапу на плечо и двинул её к шее, к тонкой бьющейся нити жизни, к артерии.
— Твоему другу повезло, — проскрипела шляпа, подбирая с земли шишку.
Пользуясь его заминкой, мальчик обернулся, стряхивая лапу с плеча. Кривая дубовая ветвь качнулась и царапнула лицо. Вася с облегчением провёл рукой по макушке. Это дерево. Всего лишь дерево.
— Не все старики добрые, — продолжил смотритель. — Вот, например, в нашей группе они не самые душевные.
— У них пенсия маленькая, от этого они и вредничают.
— Доброе дитя… Доброе, невинное дитя.
Вася, смутившись от такой похвалы, подумал, что она обидна для взрослого парня, особенно, про «невинное». Разве ж он невинный? Он у предков по-тихому деньги на кино таскал и с Тёмычем много раз дрался.
Смотритель вдруг со всей силы швырнул шишку в небо. Тотчас с ветки могучей сосны сорвалась стремительная белка и на лету подхватила шишку. Она приземлилась точно мальчику на колени, после чего, пристально посмотрев тому в глаза, взвилась с шишкой под мышкой вверх по стволу соседнего дуба.
— Хорошенькая, — уняв сердцебиение, проговорил Вася. Белка его испугала.
В назначенный час на поляне появились все, кроме старушки. Брюки деда были грязны и мокры, словно он разгуливал по болоту, но на лице старика просвечивало плохо скрываемое удовлетворение. Владимир и важный господин с подозрением поглядывали друг на друга, а пышечка плотоядно пожирала глазами обоих. «Какие-то они все… не очень счастливые», — сомневаясь собственного решения, подумал Вася.
— Товарищи, никто не видел моей супруги? — громко вопросил пенсионер. — Боюсь, кабы чего не вышло.
— Вы же вместе были, — ядовито заметила Людочка. — Может, вы жёнушку по-тихому укокошили, а теперь для виду беспокоитесь?
Старик, задохнувшись от инсинуации, захлопал ресницами за толстыми линзами, но высказаться не успел, потому что Владимир поднял руку вверх (ни дать, ни взять, древнеримский оратор со страницы учебника по истории) и произнёс, пресекая склоку:
— Срочно на поиски! Лес здесь дикий, человек может быть в опасности, тем более — пожилой человек. Дети и пожилые люди всегда требуют особого внимания.
После изречения прописной истины он деловито оглядел публику и, отметив обожающий взор толстушки, остался доволен произведённым эффектом. Затем так же деловито распределил присутствующих по направлениям, выпытав сведения о том, что старики прогуливались вдоль воды, и что пожилая дама покинула супруга на минутку для… для сами понимаете чего. Признав распоряжения активиста разумными, Людочка с Вовчиком, толстушка, смотритель и пенсионер разбрелись по чащобе, и только важный молчаливый господин заявил, что это всё ерунда, и он не нанимался бегать за сумасшедшими бабками, и демонстративно отошёл к своему коню, принявшись похлопывать его по бокам и поправлять седло. Васю решили оставить на поляне, чтобы он тоже не заблудился.
— А по телефону нельзя позвонить? — спросил мальчик.
— Не берёт здесь телефон, — раздражённо фыркнула сестра.
— Дебилизм, — уныло добавил Вовчик. — Каменный век. Даже связи нет.
Искали недолго — какие-то пятнадцать минут. Всё это время господин с оттопыренной губой поливал Васю презрением, а когда ему надоело, погрузился в разглядывание планшета. Планшет его, упакованный в кожаный переплёт с позолоченными уголками, выглядел, как старинная красивая книга. Господин с ленивым достоинством водил по экрану пальцем и вскидывал ухоженные брови.
Страница 4 из 18
