Шеф

В доме Астаховых, как и все жаркие дни, были закрыты все окна, что бы душный воздух не проникал в помещение. Вероника заметила, что на предприятии где она будет работать, есть кондиционеры, на которые она рассчитывала больше, чем на маленький вентилятор стоящий в их с Владимиром комнате. Уже есть не плохой повод сходить на работу. Конечно, ее радовал тот факт, что коллектив женский, зарплата не маленькая, можно позволить себе откладывать деньги, и при этом не отказывать себе в еде и других предметов первой необходимости. Ее даже не пугало то, что начальник мужчина, у него же есть своя семья, и нечего бояться домогательств с его стороны, так как их просто не должно быть.

Встав с кровати, Владимир пошел на кухню, что бы приготовить своей жене завтрак. Ему на пары надо было к двенадцати, а его жене уже в пол девятого надо быть на работе, и ему не составляло труда что то готовить. Он отправит ее на работу, а сам потом еще часок, или полтора может поспать в одиночестве. Вероника, нехотя проснувшись, первым делом пошла в ванную, что бы принять душ и почистить зубы. Еле открыв глаза, после столь раннего пробуждения, она сделала пару вращающих движений руками, такую не большую зарядку для рук. По утрам она всегда одевала свой любимый махровый халатик, и завязывала свои кудри в пучок, которые к утру переплетались и путались.

Владимир уже нажарил яичницы с молоком и не большим куском мяса. На такой завтрак он не потратил много времени стоя у плиты, наоборот, он готовил с любовью, что бы его супруга в очередной раз похвалила его и сказала кокой он у нее хороший. В момент, когда завтрак был уже на тарелках, на кухню зашла Вероника. Она почувствовала приятный запах исходящий из тарелок с едой и мило улыбнулась.

— С добрым утречком! — произнес Владимир, поливая яичницу кетчупом. Кетчуп он добавлял себе, Вероника не очень любила острое, так же как не любила резких запахов духов и пыли на вещах.

— Котя, — обратилась Вероника к своему мужу, присаживаясь за стул. — Я не буду яичницу. Я просто чаю по пью.

Вероника произнесла это с такой интонацией, словно извиняясь за причиненную боль Владимиру. Она думала, что может сделать ему больно, если откажется отведать приготовленной им еды, ведь он так старался для нее, встал даже пораньше. Астахова по-прежнему мило улыбалась.

— А почему не будешь?

Владимир смотрел на нее с обиженными глазами, словно котенок нагадил ему в ботинок, но наказать его он не может, ведь сильно любит этого котенка.

— Просто не хочу. — сказала Вероника, приподнявшись из за стола и чмокнув Владимира в щечку, что бы тот не сильно обижался на нее, но не большой осадок обиды за ее поступок все таки был. На самом деле, Вероника не хотела есть его завтрак по одной причине — слишком много холестерина. Вероника следила за тем, чем питается и толстеть в своем возрасте ей не хотелось. Многие говорили Астаховой, в том числе и родители, то, что если она не будет есть, то у нее будет истощение и другие болезни. Вероника ни кого не слушала и питалась так, как считала нужным.

— Как думаешь, что мне одеть? — что бы как то отвлечь мужа от яичницы, от которой она отказалась, спросила она.

— Что хочешь, но не слишком вызывающе. — произнес Владимир.

Его ответ во всех случаях, когда Вероника хотела посоветоваться с ним, был одним и тем же.

Астахова побежала в комнату, открыла шкаф, где были ее с Владимиром вещи, и стала рыскать среди полок и вешалок с одеждой. Она доставала платья, юбки, джемперы, сарафаны, блузки. На все смотрела по нескольку раз. Ей очень хотелось понравиться с первого дня всем, с кем ей предстоит работать. На выбор одежды, для первого дня на первой работе в ее жизни, ей не пришлось долго выбирать себе наряд. Она одела темно розовое белье, которое нравится ее мужу, сверху, белую майку (открывающую плечи и слегка грудь, но весьма приличную) и коротенькую юбочку, длинною сантиметров тридцать, темно синюю, с желтыми цветочками. Хоть муж и ревнует, не париться же ей под толстым свитером с джинсами, которые он советовал ей одеть в любое время года. Тем более Вероника уверена сама в себе. Она знает, что ни кто, кроме Владимира ей не нужен, что она любит его сильнее собственной жизни. Это говорит о том, что как бы она не одевалась, она не посмотрит на какого либо мужчину с желанием иметь интимную близость. Она любит своего мужа, а он любит ее, этим все сказано.

На работу Вероника приехала на десять минут раньше, чем нужно было. Она боялась опоздать, так как думала, что это будет поводом сделать ей выговор или еще хуже, увольнение. Ей не хотелось показывать себя с дурной стороны, в первый же день как ее приняли на работу.

Подойдя к двери приемного кабинета, Вероника на мгновение остановилась у двери, и сделав глубокий вдох, постучала в дверь, после чего зашла в приемную. Ее встретила Светлана, которая как и в предыдущий день, спрятавшись за монитором, с грохотом стучала по клавиатуре.