Талисман

— Что за вариант? — Я чувствовал, как волны неизъяснимой боли подкатывают изнутри.

— Переворот!

— Что?

— Ты не знал? У меня же куча соратников по всему миру, в том числе и шишки из силовых ведомств. Локальная революция уже давно стала невозможной, но вот для мирового переворота место всегда есть.

Я знал. Я знал, что он искал себе союзников, но всегда думал, что для мирного решения нашего дела, потому как от него всегда исходило такое умиротворение.

— Этого делать нельзя, — тихо сказал я.

— Что? — Теперь пришла его очередь удивляться.

— Я сказал, что этого делать нельзя. Самое разумное, что мы можем сейчас сделать — это свернуть свои планы и забыть обо всём.

— Забыть? — Тебе это хорошо говорить, ведь у тебя впереди вечность или вроде того, а я? — Кто вернёт мне все годы, что я потратил на эту идею?! — На твою идею, кстати!

— Я смогу вернуть их тебе.

— Вернуть? — Нет уж, довольно с меня твоей шизофрении! — Давай-ка займёмся делом.

— Нет, — внешне я оставался спокоен.

— Нет? Что значит, нет?! Ты не со мной?!

— Мы не можем больше продолжать это.

— Почему?! — Женя срывался на откровенный крик.

— Я не могу тебе этого сказать.

— Ах, не можешь?! Тогда убирайся прочь! Забудь меня! Я сам всё сделаю.

Ощущение было примерно такое же, как когда я вошёл в простреленное тело солдата. Это было ощущение смерти, только в тысячи раз сильнее.

— Хорошо, — сказал я, поднимаясь, — я ухожу. Но помни о том, что я всегда рядом, и что я вернусь, как только в этом возникнет потребность. В твоих же интересах, чтобы она проходила не по разные стороны баррикад.

С этими словами я переместился в мир Иллюзий или возможного будущего.

-8-

Тут царил такой хаос, что даже у меня волосы вставали дыбом. За всю историю я не видел ничего подобного. Наиболее возможным вариантом была тысячелетняя война народов с последующей деградацией и возвращением в пещеры.

«Вот тебе, бабушка, и Юрьев день», — подумалось мне с грустной иронией. Вот и всё, что вышло из моей глупой затеи.

Я переместился в мир альтернативный Земле, где провёл долгие годы добровольного заключения.

Отсюда довольно хорошо было видно, какую бурную деятельность развил мой давешний подопечный. Он тайно выкупил лабораторию, завёз туда всё необходимое, набрал специалистов, объяснил им, что от них требуется, и процесс изготовления «вируса счастья» начался.

Параллельно с этим он развил кипучую деятельность в отношении силовых ведомств своей страны и её соседей. По сути дела он просто купил себе несколько государств, чтобы иметь возможность беспрепятственно заниматься своим делом.

То, что у него всё так гладко выходило, а любая промашка сходила с рук, можно было объяснить только его необычным происхождением (назначением). Размах дела был поистине велик. Я уже не раз пожалел, что направил его деятельность в это русло.

Грянули выборы. Действительно грянули, потому что никто не ожидал, что победит на них нигде не «засвеченный» до этого человек. Женя победил. Он нравился народу. И не только претенциозным внешним видом, но и нестандартностью мышления. Он обещал людям именно то, чего они хотели, при этом он сразу показывал пути, какими будет добиваться нужного.

Как в своё время он был моим любимчиком, так теперь он стал любимчиком народа. Это существенно осложняло дело.

Пока он готовился дать миру насильственное счастье, я готовился помешать ему. «Вот ситуация, — думал я, — мне приходится бороться против того, чего я сам добивался в этом мире». Но делать было нечего. Надо было, во что бы то ни стало, помешать Жене, осуществить его план.

Наконец, у него всё было готово. Не знаю как, но на практике его «вирус счастья» получился не хуже, чем в расчетах. Испытания дали отличные результаты. Его производство получило производственные масштабы, и вот настал день, который должен был войти в историю, как«день всемирного счастья».

Я понял, что пора действовать.

-9-

— Привет, — сказал я.

— Привет. — Человек, смотревший на меня сейчас, мало чем напоминал того Женю, которого я оставил в его квартире, и уж тем более, того, с которым я познакомился много лет назад. Вот только эти небесно-голубые глаза…

— Ты знаешь, зачем я пришёл? — Это был полувопрос — полуутверждение.

Человек, стоящий возле пульта управления полётами, упёрся глазами в пол, после чего сделал несколько шагов мне навстречу.

— Догадываюсь, — тихо произнёс он, не спеша, поднял голову и сверкнул глазами: — но почему? Ведь это была твоя мечта! Твой долг, наконец!

— Мне запретили.

— Кто?!

— Сейчас это неважно. Лучше бы тебе было сразу отбросить эту мысль.