Черный кабриолет

С чего это вдруг он ее запел? Мы вошли в школу, переоделись, поднялись на четвертый этаж, встали у двери кабинета алгебры и геометрии, и стали ждать остальных учеников. Роман отошел к окну, достал толстый учебник по Английскому языку. Я медленно пересек полупустой зал, и встал в дальнем от кабинета математики углу, внимательно следя за всем вокруг. Зал непрерывно наполнялся сонными учениками, жаждущими поскорее освободиться от уроков. Подтягивались одноклассники. Пришел «звезда класса» — Гена Полкин. Самый задиристый из учеников, очень любит драться, хотя дерется и не очень хорошо. Пришел позже обычного Ваня Аркасов — самый умный ученик класса, но он до смерти скучный. Пришла известная троица двоечников — Леня, Женя и Семен. Они пришли вместе, схватив друг друга за плечи и распевая какую-то песню совершенно невпопад.

Потом пришла стайка девчонок, среди которых я углядел Любу, думаю самую красивую девочку класса. Ее рыжие волосы, заплетенные в косички, спадали на грудь, голубые глаза сверкали из-под челки. Чуть заостренные черты лица очень гармонировали с ее ростом — она была по росту средней среди одноклассников. Характер у нее мягкий и спокойный, но иногда ее может «заносить». Если она может нанести такое вранье про человека, если он ей не понравится! Но собеседники слушают ее со вниманием, и верят ее сплетням и издеваются над ее жертвой.

Прозвенел звонок, и все ринулись к кабинетам, придерживая лямки рюкзаков. Топот и шум голосов был невыносим. Речи сливались воедино, образовывая сплошной монотон-ный поток звука. Я зашел последним в класс и уселся на свое место на пятой парте в ряду у окна. Урок алгебры начался. Учительница приказала записывать ее слова, и я подчинился. Взялся за ручку и принялся писать. Все эти цифры и буквы не значили для меня ничего, я не понимал, что они обозначают. Просто набор каких-то знаков и закорючек.

Спустя сорок минут стоял в одиночестве у стены в коридоре, наблюдая за тем, как резвятся одноклассники. Мальчики играли в какую-то словарную игру, и каждые десять секунд раздавался хохот, до того сильный, что резало уши. Парочка отличников стояли у подоконника и о чем-то ожесточенно спорили. Все девочки, как обычно, собрались в кружок и сплетничали.

Все веселились, убивали время. На меня же никто не обращал внимания, я для них словно слился со стеной. Мне такое одиночество было по вкусу, я не хотел быть душой компании, мне не хотелось известности, хотелось просто одиночества и спокойствия, как и всегда раньше.

А происшествие дома для меня вдруг как-то забылось и слилось с прошлым.

Я подошел к огромному окну, что было недалеко от двух отличников, и посмотрел на улицу. У тротуара за оградой школы одиноко стояли дюжины машин, но одна из них прямо-таки зацепила мое внимание. Я прилип носом к стеклу и вгляделся в ее очертания. Черная машина с откидным верхом. Гладкая, идеально полированная поверхность кабриолета сверкала, словно бросалась искрами. Хотя все небо застлали тучи. Тонированные стекла. Красный салон. Я загляделся на машину, точно на истинное произведение искусства, чем она и являлась. Красота. Другого слова не подберешь.

Я стоял так, пока не прозвенел звонок, тогда я едва смог оторваться от окна, чтобы двинуться к классу математики. Мне не хотелось расставаться с машиной, казалось, будто за сорок минут она исчезнет навсегда, и я ее больше не увижу. У двери класса образовалась воронка, дети заходили в класс, словно как песок пересыпается из одной части сосуда в другую, словно вода утекает через отверстие раковины. Я зашел последним и присел на свое место у окна. Учительница продолжала объяснять какую-то тему. В классе стоял тихий гомон, он весь что-то оживленно обсуждал. Учительница стояла спиной к классу и не обращала на нас внимания, или пыталась не обращать.

Я ее не слушал, я вообще буквально отключился, моя голова начиналась медленно опускаться вниз, пока не уткнулась в парту с учебниками. Я проспал минут, наверное, десять, пока меня не разбудило карканье ворон за окном. Я поднял голову, потирая глаза руками. «Господи, как же хочется поспать еще»…, — думал я. Карканье ворон за окном становилась громче, словно птицы сидели прямо на подоконнике. Я оглядел класс, все смотрели только на учительницу, которая стояла у доски и что-то болтала классу, и я не имел никакого представления, что она пытается втолковать нам в голову.

Я зевнул и посмотрел за окно. Никаких птиц я не заметил, но зато заметил одну машину. Снова кабриолет, тот самый черный кабриолет, что по идее должен стоять с другой стороны школы. Но спросонья я не придал этому большого значения. Я разглядывал эту машину, не в силах оторвать взгляд. Во мне просыпалось чувство спокойствия, безмятежности. Все тело само собой как-то словно облегчилось, исчез весь вес. Все угнетающие мысли испарились, остались какие-то непонятные желания. Их нити лежали аккуратными рядами в голове, все это мне предстало, словно на экране телевизора.