Если каждому воздавать по заслугам, кто избежит кнута? У. Шекспир...
Добавить в моё избранное
50 мин, 37 сек 16228
— А если его там нет? — спросил Эдик.
— А что, у нас есть другой вариант? В той стороне мы уже были, — показывая назад, сказал Олег. — И если там не выйти, нужно идти вперёд.
Уставшие, они двинулись дальше. Не было видно конца этому саду. Извилистые дорожки, переплетаясь между собой, путали, и так сбитых столку людей. Казалось они кружат вокруг одного и того же места.
— Водички бы! — скрипела пенсионерка.
— Да, я тоже хочу пить! — стонала вымотанная Юля.
— И поесть не помешало бы, — поддержал Эдуард.
— Сейчас бы маминых пирожков, — мечтательно проворковала Вика.
— Ага, — Эдуард облизнулся.
— Ваш цинизм не знает границ! — не удержалась Саша. — Очень маму любите? Да? Как вас там, Эдуард Левин!
— Что-то я не пойму, к чему вы клоните? — опешил тот, уставясь на журналистку.
— И папу, тоже любите? — не унималась та.
— …?
— Да как вы, уважаемый профессор, могли сдать в дом престарелых своих родителей?! Это же ваши корни!
Все остановились, ожидая продолжения разговора.
— Да кто вы такая, меня осуждать!? — он был взбешён. — Вы не были на моём месте! Эта постоянная сверхзабота! Эдичка, делай так! Эдичка, делай вот так! Эдичка, этого вообще не делай! А их вечные нравоучения! Да надоели хуже горькой редьки! Корни, говорите?! Вот и пускай быстрей к земле и привыкают!
После этих слов, за разгневанным профессором стала шевелиться почва. В одно мгновение из неё вылезли словно удавы корни, стоящего рядом дерева, и, обняв его за талию, поволокли за собой в землю.
— А-а-а… — орал он, хватаясь за ветки.
Все тут же бросились к мужчине, хватая его за руки, пытались вытянуть из смертельных объятий. Отчаянные сопротивления ни к чему не привели, он продолжал медленно погружаться, ноги утопали в земле, словно в зыбучем песке.
— Только не отпускайте меня! — умолял испуганный Эдик.
— Держите крепче руки! — кричал Олег девушкам.
Но корни растения были настолько сильны, что с лёгкостью тянули вслед за несчастным всех остальных. Саша всеми силами упиралась ногами, но понимала, что это только отсрочка неминуемого.
— Они сильнее нас! — теряя силы, сказала она.
— Держите, сколько можете!
Туловище погружалось все глубже и глубже. Профессор только и мог, что безумно вращать глазами. Олег еще держал его руку, торчащую из земли, но сделать уже ничего не мог. Скрылась голова, руки беспорядочно тряслись в предсмертных судорогах, но через минуту и они исчезли из вида. На месте, где недавно стоял профессор, осталась лежать столь любимая им книга Достоевского. Олег поднял её, и оттуда выпали фотографии девушек в стиле ню.
«А вот и Достоевские!» — подумала Саша.
Раздался уже знакомый вой сирены, резким звуком оглашая об очередной принятой жертве.
— Они нас планомерно убивают! Не зря мне выпадала карта с черепом.
Отсюда живым никто не выйдет, — обреченно сказала Вика.
— Ты же говорила, что это случайность? — вытирала слёзы Юла.
— Нет. После обряда, эта карта выпала ещё раз. Только я не могла понять на кого.
— Боже мой, что же нам делать? Я не хочу умирать! — истерила девушка.
— Идёмте дальше, — Олег пошёл вперёд, не обращая внимание на рыдания малолетки.
Шли молча. Шоковое состояние, отсутствие воды и таящая на глазах надежда только усугубляли положение. Огромные яркие цветы, похожие на орхидею, свисали с веток небольшого деревца. «Почему разные деревья убивают только по одному человеку?» — всё думала Саша.«Если нас не убили всех вместе, значит, есть возможность выжить!»
— Вика, как думаешь, нам ещё долго идти? — спросила измождённая Юлька, вытирая пот с лица.
— Думаю, нет.
— Сейчас бы в море! Как же я устала!
— Ой, девочки, не говорите о воде! — умоляла Инна Львовна.
— Я прям до смерти завидую тем, кто не здесь! — отозвалась Вика.
Как только она произнесла эти слова, ближайший цветок, будто осьминог, впился в лицо девушки. От неожиданности Вика попятилась. Стараясь снять эту гадость руками, она вырывала лепестки, но это не помогало. Длинные пестики и тычинки влезали в нос и рот, не давая возможности вздохнуть. Вика упала и от нехватки воздуха каталась по земле. Юля бегала вокруг, кричала, но не могла ничем помочь. Олег схватил за стебель и потянул со всей силы, но растение как — будто приросло к ней. Еще немного девушка сопротивлялась, но через минуту её тело обмякло. Едва всё закончилось, цветок отвалился сам.
— Вика вставай! Вика! — трясла она подругу. — Без тебя я этого больше не вынесу! — кричала Юля. — Господи, ненавижу тебя!
Девушка упала на колени и зарыдала. Раздавшийся вой сирены уже никого не удивил.
— Юла хватит. Нам нужно идти, — просила её Александра.
— Я никуда не пойду, — упрямилась та.
— А что, у нас есть другой вариант? В той стороне мы уже были, — показывая назад, сказал Олег. — И если там не выйти, нужно идти вперёд.
Уставшие, они двинулись дальше. Не было видно конца этому саду. Извилистые дорожки, переплетаясь между собой, путали, и так сбитых столку людей. Казалось они кружат вокруг одного и того же места.
— Водички бы! — скрипела пенсионерка.
— Да, я тоже хочу пить! — стонала вымотанная Юля.
— И поесть не помешало бы, — поддержал Эдуард.
— Сейчас бы маминых пирожков, — мечтательно проворковала Вика.
— Ага, — Эдуард облизнулся.
— Ваш цинизм не знает границ! — не удержалась Саша. — Очень маму любите? Да? Как вас там, Эдуард Левин!
— Что-то я не пойму, к чему вы клоните? — опешил тот, уставясь на журналистку.
— И папу, тоже любите? — не унималась та.
— …?
— Да как вы, уважаемый профессор, могли сдать в дом престарелых своих родителей?! Это же ваши корни!
Все остановились, ожидая продолжения разговора.
— Да кто вы такая, меня осуждать!? — он был взбешён. — Вы не были на моём месте! Эта постоянная сверхзабота! Эдичка, делай так! Эдичка, делай вот так! Эдичка, этого вообще не делай! А их вечные нравоучения! Да надоели хуже горькой редьки! Корни, говорите?! Вот и пускай быстрей к земле и привыкают!
После этих слов, за разгневанным профессором стала шевелиться почва. В одно мгновение из неё вылезли словно удавы корни, стоящего рядом дерева, и, обняв его за талию, поволокли за собой в землю.
— А-а-а… — орал он, хватаясь за ветки.
Все тут же бросились к мужчине, хватая его за руки, пытались вытянуть из смертельных объятий. Отчаянные сопротивления ни к чему не привели, он продолжал медленно погружаться, ноги утопали в земле, словно в зыбучем песке.
— Только не отпускайте меня! — умолял испуганный Эдик.
— Держите крепче руки! — кричал Олег девушкам.
Но корни растения были настолько сильны, что с лёгкостью тянули вслед за несчастным всех остальных. Саша всеми силами упиралась ногами, но понимала, что это только отсрочка неминуемого.
— Они сильнее нас! — теряя силы, сказала она.
— Держите, сколько можете!
Туловище погружалось все глубже и глубже. Профессор только и мог, что безумно вращать глазами. Олег еще держал его руку, торчащую из земли, но сделать уже ничего не мог. Скрылась голова, руки беспорядочно тряслись в предсмертных судорогах, но через минуту и они исчезли из вида. На месте, где недавно стоял профессор, осталась лежать столь любимая им книга Достоевского. Олег поднял её, и оттуда выпали фотографии девушек в стиле ню.
«А вот и Достоевские!» — подумала Саша.
Раздался уже знакомый вой сирены, резким звуком оглашая об очередной принятой жертве.
— Они нас планомерно убивают! Не зря мне выпадала карта с черепом.
Отсюда живым никто не выйдет, — обреченно сказала Вика.
— Ты же говорила, что это случайность? — вытирала слёзы Юла.
— Нет. После обряда, эта карта выпала ещё раз. Только я не могла понять на кого.
— Боже мой, что же нам делать? Я не хочу умирать! — истерила девушка.
— Идёмте дальше, — Олег пошёл вперёд, не обращая внимание на рыдания малолетки.
Шли молча. Шоковое состояние, отсутствие воды и таящая на глазах надежда только усугубляли положение. Огромные яркие цветы, похожие на орхидею, свисали с веток небольшого деревца. «Почему разные деревья убивают только по одному человеку?» — всё думала Саша.«Если нас не убили всех вместе, значит, есть возможность выжить!»
— Вика, как думаешь, нам ещё долго идти? — спросила измождённая Юлька, вытирая пот с лица.
— Думаю, нет.
— Сейчас бы в море! Как же я устала!
— Ой, девочки, не говорите о воде! — умоляла Инна Львовна.
— Я прям до смерти завидую тем, кто не здесь! — отозвалась Вика.
Как только она произнесла эти слова, ближайший цветок, будто осьминог, впился в лицо девушки. От неожиданности Вика попятилась. Стараясь снять эту гадость руками, она вырывала лепестки, но это не помогало. Длинные пестики и тычинки влезали в нос и рот, не давая возможности вздохнуть. Вика упала и от нехватки воздуха каталась по земле. Юля бегала вокруг, кричала, но не могла ничем помочь. Олег схватил за стебель и потянул со всей силы, но растение как — будто приросло к ней. Еще немного девушка сопротивлялась, но через минуту её тело обмякло. Едва всё закончилось, цветок отвалился сам.
— Вика вставай! Вика! — трясла она подругу. — Без тебя я этого больше не вынесу! — кричала Юля. — Господи, ненавижу тебя!
Девушка упала на колени и зарыдала. Раздавшийся вой сирены уже никого не удивил.
— Юла хватит. Нам нужно идти, — просила её Александра.
— Я никуда не пойду, — упрямилась та.
Страница 12 из 15
