Сад Эдемского периода

— Оставьте меня здесь, всё равно где умирать.

— Нужно верить! Дай Бог мы выберемся!

— Какой Бог? Где он? — истерила малолетка.

Она подняла руки и повернулась вокруг себя.

— Ну, где твой Бог? Может здесь? — и она подняла ближайшую ветку. — А может здесь? — взяла другую. — Нет его! И не было никогда! И после смерти ничего нет, одна темнота!

— Юла, угомонись! — сказала пенсионерка.

— Да пошли вы… — крикнула она и побежала внутрь сада.

— Я догоню, — Олег поспешил за ней, поправляя очки.

Через минуту истошный женский крик разорвал тишину. Молча, Александра и Инна Львовна бросились бежать на крик. Следом загремела сирена. Выйдя на лужайку, они увидели картину, словно из фильма ужасов. Тело жертвы было разорвано на две части. В метре от него все было в крови, кругом были разбросаны внутренности. Олег сидел рядом, опустив голову на руки. Плечи подёргиваясь, выдавали его стрессовое состояние.

— Олег, что произошло? — тронула его за плечо пенсионерка.

Он поднял на неё красные от слёз глаза.

— Я не успел понять, и не смог помочь. С разных сторон выползли эти монстры и своими лианами разорвали её словно тряпичную куклу. Я больше не могу и не хочу идти. Юля права, всё равно где умирать.

— Олег, пожалуйста, не сдавайся! — умоляла Саша, присаживаясь рядом.

— Если сломаешься ты, нам не выжить!

— А зачем? Зачем выживать? Что было, что есть в моей жизни? Нет ни семьи, ни любви, ни друзей. Одна работа! Постоянные гонки за прибылью! Деньги, деньги… Для кого? — грусть читалась в его глазах. — Даже сейчас, перед смертью мне некого вспомнить. Господи, оказывается, я очень люблю солнце! Никогда об этом не думал, некогда было. А теперь, я бы многое отдал, что бы снова увидеть его.

— Вот и вставай, — поддерживала пенсионерка, — ты же мужчина!

— Я забыл об этом! Я — трейдер! Этим всё сказано.

— Боже мой, если в ближайшее время мы не найдём воду, я погибну естественной смертью, — страдала женщина.

— Послушай, Олег, я тут поразмыслила, — Саша продумывала каждое слово, — Инна Львовна сама не зная, подсказала идею… Короче, я думаю, что деревья реагируют на наши грехи. Посмотри, Игорь был ещё тот прелюбодей, и как он погиб? Кол между ног! Виктор не спускал с языка имя Господа и лишился его. А это, если не изменяет память, нарушение заповеди «Не произноси Имя Господа всуе»…. Дальше, Света клептоманка…

— Откуда ты знаешь? — удивилась женщина.

— Игорь рассказал. Так вот, помните её руки? «Не укради»… Ну как тебе теория?

— А ведь ты права! — оживился тот. — Тогда какой грех у девочек?

— Насколько я знаю, — продолжала Саша, — Вика была завистлива и потом она баловалась черной магией.

— Похоже, она не раз нарушала заповедь «Не завидуй», а её предсмертные слова…, — поддержала разговор пенсионерка.

— Да, да… — задумался мужчина.

— А Юла?

— Слишком зациклилась на кумире. Ты же знаешь «Не создай себе кумира». Потом, Эдуард Левин, один из типичного нарушения заповеди «Почитай родителей своих!». Он ведь отдал из в дом престарелых.

— Ну и что? Многие так делают, — пожала плечами Инна Львовна.

— Но не многие желают смерти своим родителям! Я сама слышала.

— Так, что мы имеем? — подытожил Олег, поправляя очки. — Допустим, мы разобрались в причинах поведения этих мутантов. Они наказывают людей за их грехи. Так ведь мы святыми не станем. И что нам делать?

— Для начала понять свои прегрешения, — отчеканила пожилая женщина.

— Ну, я-то знаю, как грешил. Трудоголик, не помнящий даже о выходном дне. Сейчас я очень сожалею об этом…

Треск, издаваемый деревом, заставил поднять головы. Последнее в своей жизни, что увидел Олег, была большая падающая ветка прямо ему на голову. Удар, сопровождаемый тупым звуком, был столь стремительным, что не оставлял никакой надежды на спасение мужчины. Он обмяк и повалился на бок, уткнувшись лицом в землю. В голове образовалась глубокая рана, из которой медленно вытекала кровь и мозги. Женщины вскочили со своих мест, пытаясь помочь бедняге. Пенсионерка взяла мужчину за запястье, прощупывая пульс.

— Он мёртв, — констатировала она.

Вслед раздался вой сирены. И тут Александра упала на бездыханное тело и залилась слезами. Всё это время, непонятным даже ей образом, она держалась. Но сейчас слёзы сожаления и страха душили её, не давая вздохнуть. Ещё никогда в жизни она так не рыдала. Сквозь истерику она почувствовала, что её гладят по голове. Девушка подняла опухшие от слёз глаза.

— На, выпей, успокойся, — женщина протянула свёрнутый в блюдо лист с водой и присела рядом.

Саша жадно пила воду, икая и утирая мокрые глаза и нос. Немного придя в себя, она поинтересовалась: — Откуда водица?