Манускрипт

— спросил Рей, затягиваясь сигаретой.

— Откуда у тебя… это? — спросил я.

И Рей рассказал. Не знаю, было это правдой или очередным его авторским вымыслом. Если верить Рею, Книга досталась ему от деда. Он жил в частном доме недалеко от Логойска. Логойщина, к слову, славится своим ведьмовством, тут до сих пор можно отыскать бабок, практикующих ведовство и знахарство.

В общем, дед Рея что-то мутил. Он был с большими странностями. Местные на полном серьезе считали его психопатом. При этом он занимал солидную должность в райцентре, и поэтому многое сходило ему с рук. Его жена — бабка Рея — была сумасшедшей. Очевидно, буйной сумасшедшей, ибо дед держал ее запертой на чердаке. Этим фактом не могли не заинтересоваться социальные службы. К деду несколько раз приезжала комиссия, но ему каждый раз удавалось откупиться.

А потом в их поселке началась какая-то хрень. Сейчас уже трудно сказать, что там произошло на самом деле — власти, как всегда, все засекретили. Рею известно лишь, что на местном погосте имелись случаи вандализма. Надгробия были повалены, могилы разрыты, и из них выброшены гробы. А потом дедовский дом сгорел дотла. Подробности инцидента также неизвестны, но Рей считал, что дом подпалили местные. Они давно подозревали деда во всякой чертовщине. В огне погибли и дед Рея, и его сумасшедшая жена. В живых осталась только их пятилетняя дочь, которая в тот момент была у соседей. Из имущества уцелела одна лишь Книга. Манускрипт был заперт в несгораемом сейфе и почти не пострадал при пожаре.

Осиротевшую девочку забрали родственники из Минска. Им же достался и манускрипт.

Книга представляла для них интерес лишь как букинистическая редкость. Они собирались даже выйти на торговцев антиквариатом, но один из родственников, родной брат покойного деда, встал в позу. Это, дескать, единственное, что осталось от его несчастного брата, и он не позволит… В итоге Книгу поставили на полку, где она пылилась несколько десятилетий.

Девочка выросла, и жизнь ее сложилась в общем-то неплохо. Родственники отписали ей квартиру. Она выучилась на экономиста, вышла замуж за клерка из госконторы, и у них родился очаровательный малыш. Женечка, в будущем — гениальный писатель Рей Харли.

Матушка Рея тоже была дамой со странностями. Во время беременности у нее обнаружились экзотические кулинарные пристрастия. Она покупала в гастрономе сырую говядину, нарезала ее тонкими ломтиками и прятала под батарею. Когда мясо хорошенько протухало, она вытаскивала его из-под батареи и с наслаждением съедала, сидя прямо на полу. Мужа нервировали такие гастрономические выверты беременной женушки. Он попытался было воспрепятствовать, но жена устроила ему бурную истерику, и он отступил, понадеявшись, что после рождения сына это у нее пройдет. И в самом деле, после родов ее странные капризы сошли на нет, и на мертвечинку ее больше не тянуло.

Следующие пять лет их жизни были сущей идиллией, а потом матушка Рея пропала без вести. Просто ушла из дому и не вернулась. Она была объявлена в розыск, но безрезультатно. Ее так и не нашли — ни живой, ни мертвой. Рея воспитывал безутешный папаша. Несколько лет назад он помер от сердечного приступа. Рей наткнулся на манускрипт, когда после похорон разбирал вещи отца.

— Вот, собственно, и вся история. Дальше ты знаешь. — сказал Рей и растер в пепельнице докуренную сигарету.

Он смотрел на меня, ухмыляясь и явно наслаждаясь произведенным эффектом.

— Сказать, что Книга уникальна — значит ничего не сказать, — продолжал Рей. — Все книги мира не стоят этого манускрипта. Он много лет простоял на полке, им никто не занимался. Просто чудо, что он попал мне в руки. Сейчас я работаю над Книгой, занимаюсь расшифровкой. Точнее, _мы_ работаем. Я и Дани. Он уже здорово мне помог, и продолжает помогать. Если хочешь, можешь присоединиться.

Говорят, человек не замечает, как сходит с ума. Я был уверен, что со мной такого не произойдет. Мне казалось, что я все контролирую. Даже когда я начал прогуливать лекции в универе, как когда-то Дани. Я напрочь потерял интерес к учебе. Теперь меня интересовала только Книга.

Я не был таким раздолбаем, как Дани, и мне хватило мозгов оформить в деканате академический отпуск. Я съехал из общаги и перебрался в квартирку Дани. Теперь меня ничто не отвлекало. Мы занимались расшифровкой манускрипта. В основном я и Дани. Рей появлялся лишь время от времени, подвозил деньги, продукты, сигареты для Дани. Я почти перестал выходить на улицу. Наши отношения с Гелей постепенно сошли на нет. Все получилось как-то само собой. У нас не было ни ссор, ни скандалов, ничего такого. Мы просто отдалились друг от друга. В какой-то момент я осознал, что не виделся с ней уже несколько недель, и не ощутил никаких эмоций по этому поводу. Наши чувства просто угасли, как свечка.

Геля начала встречаться с Реем. Я узнал об этом по чистой случайности.