Начало пути

Новый персонаж, появившейся в комнате, сильно напоминал беловолосого демона, но был как-то активнее, живее. Та же бледная кожа, те же багровые, но несколько безумные глаза с широкими темными синяками вокруг. Волосы цвета погребального бархата распадались на пробор посередине и обрамляли чуть опущенное вниз лицо. Движения резкие, нервные, дерганные. Длинный плотный плащ с множеством ремешков и заклепок застегнут едва ли на половину всех застежек. Голос его так же подчеркивал общее впечатление прогрессирующего безумия — интонации менялись ежесекундно, тембр ломался от высоких частот к низким и обратно. Иногда Лисандру казалось, что Аланир действительно псих. Впрочем, чаще всего, демон был в этом уверен.

— Я не уверен, радует ли меня такое проявление любви, Аланир. Но спасибо, конечно, за такой подробный анализ моих действий. — Лисандр поморщился, Боль заряжал, казалось, сам воздух вокруг себя этой нервозностью и сумасшествием. — Так или иначе, выбор сделан. И менять ничего я не намерен.

— Возможно… это будет даже интересно… — Казия не сменил позу и не шелохнулся ни разу за все время. Его взгляд теперь упирался в Аланира. — если ты готов сделать свой выбор… мы тебя слушаем… внимательно.

— Выбор? Ну, я бы не назвал это так категорично. Это не моя прерогатива — оставлять кому-то выбор. Но есть у меня на примете хорошая кандидатура. Вам понравится. Она совершенство.

— Мне, если честно, даже представлять её не хочется. — Лис яростно боролся с желанием покинуть дом немедленно. Перекрестная аура братьев давила и делала сам воздух более густым и тяжелым. Но уйти было нельзя.

— Ты можешь оставить это… при себе, брат. Так нужно… и так будет. Я не буду ждать… нашего младшего… любимого Грегори. Уж он явно… ничем меня не порадует. Мое… почтение.

Казия растворился в воздухе, оставив за собой запах тлена и горькой рябины. Не смотря на специфический запах, дышать с уходом Смерти стало значительно легче. Исчезла гнетущая атмосфера. Присутствие Аланира сгладилось и стало почти терпимым. А еще Казия был прав, со многим придется смириться, многое потерпеть. В том числе и столь частое присутствие рядом старших братьев. Да и младшего, что уж таить, Лисандр недолюбливал. Естественно, не без оснований.

Негромкий хлопок возвестил о появлении легкого на помине демона. Грегори сосредоточенно стряхивал невидимый глазу мусор с рукава. Изысканный наряд сидел на молодом человеке как вторая кожа — ни одной лишней складочки, ни одной неуместной детали. Строгие брюки, короткий приталенный пиджак, шелковый шейный платок, завязанный хитрым узлом и декорированный драгоценной булавкой. В свободной руке тонкая трость с резным набалдашником. Вьющиеся короткие каштановые волосы лежат художественным беспорядком. Аристократическое лицо, правильные черты. Он кажется удивительно похожим на человека. Выдают демоническую сущность только глаза — глубокого карего цвета, бездонные и бесконечно мудрые. На фоне братьев, однако, он все равно казался безобидным и очень молодым. Лис знал, насколько обманчиво это впечатление.

— А мы уже и не ждали почти. Прямо скажем, совсем не надеялись, нет. — Ядовитый голос Аланира оплетал и забирался прямо в голову.

 — Кто не ждал, так это Казия. Поэтому его здесь и нет. А ты можешь не притворяться, я знаю тебя не первое столетие, Боль. Я нашел её. — Резко сменил тему Созидание. — Осталось договориться.

— Всего-то, правда? Самая малость, договориться с сумасшедшей человеческой женщиной, что может быть проще, так? — Аланир сегодня явно решил опробовать на стойкость каждого, до кого дотянется.

— У меня богатый опыт общения с психами, дорогой братец. Её зовут Тарья и она действительно лучшая в своем деле. Только она еще слишком молода и мне придется потратить лишнее время на её воспитание. — Выказывать раздражение и неудовольство было не в принципах Грегори, он всегда говорил, что это ниже его достоинства. Где демон мог нахвататься подобных мыслей врядли знала сама Великая Мать.

— Вот и я говорю. Немного времени — и все будет хорошо. — Лис ободрился. — А теперь я, пожалуй тоже пойду. Что-то мне подсказывает, что мою глупую ведьму без присмотра оставлять надолго рановато.

Дождавшись, когда Лисандр исчезнет, Аланир глубоко с наслаждением вдохнул.

— Пожалуй, испытания принесут мне должное количество удовольствия. — Произнес он, обращаясь к собственным мыслям. По его лицу блуждала полуулыбка.

— Которое с тобой как всегда никто не разделит. — Грегори исчез, не дождавшись ответной реплики от брата.

Аланир развернулся в сторону, где только что стоял Созидание, всем корпусом, не меняя наклона головы. Волосы его безжизненно качнулись, мазнув по лицу. Сейчас он отчетливо напоминал механическую куклу. Постояв некоторое время неподвижно, он, внезапно, протанцевал по комнате, вскидывая поочередно руки и ноги, и замер у кресла Казии.

— А я-а-а дели-и-иться и не на-ме-рен.