Не так сложно собрать всю тьму, злобу, ненависть и жестокость воедино. Гораздо труднее построить стены, способные удержать всех этих демонов!Последние слова одного из организаторов Великой Битвы Гладиаторов.
Добавить в моё избранное
48 мин, 3 сек 4995
— Ну же, милая, — произнес я в своих мыслях, — просто умри, дай мне убить тебя. Смерть сладка и добра, она нежно обнимет тебя, и унесет туда, где не бывает боли и печалей. Прекрати сопротивляться, просто отдайся ей!
И я метнул нож. Но тут произошло то, чего я уж никак не мог ожидать. Как раз в этот момент из-под куста передо мной на девушку прыгнул хищник, такой же, как и те двое убитых ею. И мой нож пришелся ему прямо в позвоночник, после чего животное упало замертво. Я даже выругался. Ну бывают же такие совпадения. А я вот теперь без оружия, один против этой психопатки, что сама убила и расчленила двух свирепых хищников. И элемент неожиданности безвозвратно утрачен.
Девушка оглянулась, посмотрела на мертвого хищника, потом на меня. Ее глаза округлились от удивления, а на лице появилась маниакальная улыбочка. Вот я и попал! Девушка, схватила нож, как только услышала шум. Сейчас она держала его на изготовке. Я уж подумал, может плюнуть на все и броситься бежать, хоть и лишусь единственного оружия, но лучше попытаю удачи с кем-то другим, чем сражаться с ней.
Но улыбка девушки стала еще шире и она закричала:
— Дядя! — после чего девушка тут же бросилась ко мне. Я так растерялся, что даже забыл убегать. — Дядюшка! — Она тут же прыгнула мне на шею и, сжав в объятиях, начала тараторить: — Лиза знала, что дядюшка вернется за ней. Лиза была хорошей девочкой. Но она много плакала, она не могла понять, почему дядя бросил ее, ведь Лиза не сделала дяде ничего плохого. Лиза так любит дядю!
После этого ее мягкие губы прижались к моим, сначала совсем несмело, а потом все сильнее и сильнее. Ну не стоять же мне как бревно. Я двумя руками обнял девушку, со страстью прижав ее к себе. Мой язык с силой проник в ее рот. Девушка словно таяла в моих объятиях. Она стала такой мягкой и податливой, как пласт свежей глины. Казалось, я мог лепить из нее что захочу. Мне нравился соленый вкус крови на ее губах, нежный трепет ее сердца, этот жар исходящий от ее гибкого юного тела. Нет, я не стану ее убивать, точно не сейчас.
Девушка прикоснулась ладонями к моему лицу. Я почувствовал эту кровавую влагу на своих щеках. Ее глаза расширились, а на лице снова появилась такая странная безумная улыбка. После чего она вдруг неожиданно заплакала:
— Лизочка ждала! Лиза всегда надеялась, что дядя вернется!
Эта девушка, кажется, она была абсолютно невменяема. Она приняла меня за своего дядю, хоть я и старше ее лет на десять, но не чувствую, что она моя родственница. Хоть я и потерял воспоминания, но это, наверное, должно было бы остаться, где-то в глубине сознания, какое-то еле уловимое ощущение родной души. Ведь должно было. Или нет?
И все-таки, как же притягательно и сексуально ее безумие, что таилось в ее больших горящих глазах, в мягких страстных губах, в немного рассеянном взгляде, в плотоядной улыбке, в жаре, которым полыхало ее тело. Сейчас, измазанная кровью, пылающая жаром и страстью, она походила на суккубу искусительницу, адского демона, что пришел выпить все мои жизненные силы, чтобы потом отбросить в сторону, словно использованный материал. И вот что странно, лишь на миг, но я и сам этого захотел, захотел быть уничтоженным ею, погибнуть в ее сладких объятиях. Но это желание лишь мелькнуло в моем сознании, и тут же нырнуло обратно в пучину бессознательного.
— Ты помнишь меня? — спросил я у девушки, решив пока подыграть ей.
— Конечно, милый дядюшка! Лиза не могла забыть своего спасителя!
— Ты могла бы мне напомнить? — Я начал аккуратно подбирать слова. Все-таки она не в себе, и у нее в руках нож, и судя по трупам тех животных, она неплохо им владеет. — Я… Моя память пострадала из-за этой игры… Понадобится время, чтобы восстановиться.
— Что? Дядюшка забыл? — Глаза девушки тут же наполнились слезами, она была готова расплакаться. — Они заставили дядюшку забыть?! — Лицо девушки стало гневным, и я почувствовал, как она с силой сжала меня в своих объятиях. — Лизонька убьет их всех!
— Тихо… эээ… Лиза! — Я погладил девушку по голове. — Давай присядем и все обсудим! Ничего страшного не произошло. Я обязательно вспомню свою милую племянницу!
— Да?! — Глаза девушки засверкали от радости, и она так искренне заулыбалась, — Конечно, Лиза с радостью все расскажет дяде! Ей приятно об этом говорить!
Девушка опустила свой окровавленный нож, и я наконец-то смог спокойно вздохнуть. Все-таки, когда она обнимала меня, я чувствовал, как деревянная рукоять вдавливается в мое плечо и эта пугающая близость острой стали к моей плоти сильно беспокоила, хотя и возбуждала одновременно.
Я начал садиться на траву, медленно, чтобы не вызвать у нее приступа неожиданной агрессии или страха. Но девушка не обращала на мои движения никакого внимания. Она тут же плюхнулась рядом со мной и положила голову мне на плечо. После этого посмотрела на небо, и потянулась к небольшим тучам, что плыли вверху.
И я метнул нож. Но тут произошло то, чего я уж никак не мог ожидать. Как раз в этот момент из-под куста передо мной на девушку прыгнул хищник, такой же, как и те двое убитых ею. И мой нож пришелся ему прямо в позвоночник, после чего животное упало замертво. Я даже выругался. Ну бывают же такие совпадения. А я вот теперь без оружия, один против этой психопатки, что сама убила и расчленила двух свирепых хищников. И элемент неожиданности безвозвратно утрачен.
Девушка оглянулась, посмотрела на мертвого хищника, потом на меня. Ее глаза округлились от удивления, а на лице появилась маниакальная улыбочка. Вот я и попал! Девушка, схватила нож, как только услышала шум. Сейчас она держала его на изготовке. Я уж подумал, может плюнуть на все и броситься бежать, хоть и лишусь единственного оружия, но лучше попытаю удачи с кем-то другим, чем сражаться с ней.
Но улыбка девушки стала еще шире и она закричала:
— Дядя! — после чего девушка тут же бросилась ко мне. Я так растерялся, что даже забыл убегать. — Дядюшка! — Она тут же прыгнула мне на шею и, сжав в объятиях, начала тараторить: — Лиза знала, что дядюшка вернется за ней. Лиза была хорошей девочкой. Но она много плакала, она не могла понять, почему дядя бросил ее, ведь Лиза не сделала дяде ничего плохого. Лиза так любит дядю!
После этого ее мягкие губы прижались к моим, сначала совсем несмело, а потом все сильнее и сильнее. Ну не стоять же мне как бревно. Я двумя руками обнял девушку, со страстью прижав ее к себе. Мой язык с силой проник в ее рот. Девушка словно таяла в моих объятиях. Она стала такой мягкой и податливой, как пласт свежей глины. Казалось, я мог лепить из нее что захочу. Мне нравился соленый вкус крови на ее губах, нежный трепет ее сердца, этот жар исходящий от ее гибкого юного тела. Нет, я не стану ее убивать, точно не сейчас.
Девушка прикоснулась ладонями к моему лицу. Я почувствовал эту кровавую влагу на своих щеках. Ее глаза расширились, а на лице снова появилась такая странная безумная улыбка. После чего она вдруг неожиданно заплакала:
— Лизочка ждала! Лиза всегда надеялась, что дядя вернется!
Эта девушка, кажется, она была абсолютно невменяема. Она приняла меня за своего дядю, хоть я и старше ее лет на десять, но не чувствую, что она моя родственница. Хоть я и потерял воспоминания, но это, наверное, должно было бы остаться, где-то в глубине сознания, какое-то еле уловимое ощущение родной души. Ведь должно было. Или нет?
И все-таки, как же притягательно и сексуально ее безумие, что таилось в ее больших горящих глазах, в мягких страстных губах, в немного рассеянном взгляде, в плотоядной улыбке, в жаре, которым полыхало ее тело. Сейчас, измазанная кровью, пылающая жаром и страстью, она походила на суккубу искусительницу, адского демона, что пришел выпить все мои жизненные силы, чтобы потом отбросить в сторону, словно использованный материал. И вот что странно, лишь на миг, но я и сам этого захотел, захотел быть уничтоженным ею, погибнуть в ее сладких объятиях. Но это желание лишь мелькнуло в моем сознании, и тут же нырнуло обратно в пучину бессознательного.
— Ты помнишь меня? — спросил я у девушки, решив пока подыграть ей.
— Конечно, милый дядюшка! Лиза не могла забыть своего спасителя!
— Ты могла бы мне напомнить? — Я начал аккуратно подбирать слова. Все-таки она не в себе, и у нее в руках нож, и судя по трупам тех животных, она неплохо им владеет. — Я… Моя память пострадала из-за этой игры… Понадобится время, чтобы восстановиться.
— Что? Дядюшка забыл? — Глаза девушки тут же наполнились слезами, она была готова расплакаться. — Они заставили дядюшку забыть?! — Лицо девушки стало гневным, и я почувствовал, как она с силой сжала меня в своих объятиях. — Лизонька убьет их всех!
— Тихо… эээ… Лиза! — Я погладил девушку по голове. — Давай присядем и все обсудим! Ничего страшного не произошло. Я обязательно вспомню свою милую племянницу!
— Да?! — Глаза девушки засверкали от радости, и она так искренне заулыбалась, — Конечно, Лиза с радостью все расскажет дяде! Ей приятно об этом говорить!
Девушка опустила свой окровавленный нож, и я наконец-то смог спокойно вздохнуть. Все-таки, когда она обнимала меня, я чувствовал, как деревянная рукоять вдавливается в мое плечо и эта пугающая близость острой стали к моей плоти сильно беспокоила, хотя и возбуждала одновременно.
Я начал садиться на траву, медленно, чтобы не вызвать у нее приступа неожиданной агрессии или страха. Но девушка не обращала на мои движения никакого внимания. Она тут же плюхнулась рядом со мной и положила голову мне на плечо. После этого посмотрела на небо, и потянулась к небольшим тучам, что плыли вверху.
Страница 7 из 13
