Множественности. «Текилу-бум» — ядрёный коктейль, вырубающий напрочь, необходимо выпить залпом, предварительно слизнув щепотку соли. Уж неизвестно почему, но это почти ритуальное действие по заверению кудрявого золотоволосого Коли обеспечивало тот сногсшибательный эффект, который требовался…
Добавить в моё избранное
42 мин, 52 сек 11857
Мексиканская водка, лайм, коим закусывали, и что-то едкое, похожее на выцветшую (о Боже!) мочу, — без соли не обеспечивало и толики того блаженного чудесного опьянения, которое вырубало новичка почти мгновенно. Подкашивало с ног…
Говорили, иные падали на колени и даже не чувствовали этого!
Видимо, чтобы усилить головокружительный результат ещё больше, — под гогот и улюлюканье сопливых дружков-подружек двоюродной сестры, забивших самую большую комнату на первом этаже, — золотоволосый Коля снял футболку и насыпал соли на грудь…
Лена отпиралась не долго.
Слизывай! — скомандовал он.
— Ну, нет… — прошептала она зачем-то, уже почти коснувшись языком пахнущей ароматом дорогостоящего одеколона кожи парня.
Докатилась! — подумала Лена, но мысль не сверкала тревожно неоном среди темноты. Она ворочалась в общем, бессвязном потоке, в стае вспугнутых щукой мальков, иногда показывая лишь немного более блестящий хвост — говорящий: я мысль-предупреждение, и ничего общего с остальными развратными мыслями кишащими, подобно червям в банке в твоём мозгу, — не имею!
Она слизала. В руку тут же сунули стакан и в каком-то «полу отключенном» состоянии, в котором подсунь ей хоть не стакан, а вот даже утюг — она бы поднесла его ко рту и попыталась бы выпить, — Лена припала к краю и, зажмурившись, осушила до дна…
Внутри воспылал огонь, по телу разнеслось щекотливое тепло. Про закусить лаймом забыла. Тяжело дыша, она широко раскрыла глаза. И поплатилась за это…
— Ура-а-а! С Новым Годом! — заорали вокруг расплывчатые пёстрые юношеские фигуры, активно выделяющие пахучий секрет в воздух, завлекающий самок к совокуплению. Лену повело, она схватилась за дверной косяк, под локоть тут же кто-то подцепил и повёл из комнаты прочь…
Сестра… Кто же… Света…
Чой-то мне нехорошо… — сказала Лена, держась за лоб.
Всё будет нормально. Отдохнёшь и выйдешь к нам…
В комнате рядом с верандой на удивление никого не оказалось. Если б они способны были чувствовать сухой воздух — оценили бы тепло. Лена не легла — упала, в пищеводе горело. Начала расстёгивать фланелевую рубашку и ремень висящий на лобке (штаны — а-ля жокей, а некоторые в институте на четвёртом курсе считают, что солдат Первой Мировой), но сапог не сняла…
А мальчик-то гламурненький… — себя не слыша, выдала Лена.
Ага… Я снаружи закрою. Сама потом отворишь…
И сестра — Светка, выскочила за дверь.
У неё красивое тело.
Отец грузин, но мать русская. Получилась блондинка, как мать, а в лице черты явно отцовские. Кто-то подумает, что может быть в этом красивого и пусть сразу вспомнит, какие чудесные получаются дети, родившиеся в смешанном браке — папа, предположим негр, а мать допустим русская. Хотя здесь будет проще, но эффект — не хуже…
Похоже, приехали стриптизёрши. Ворота открыты, долдонила музыка, весь подъезд к дому забили машинами. Слышался задыхающийся смех, матерная речь, кривляния и пьяные крики, виднелись оранжевые огоньки сигарет, пар идущий из разгорячённых глоток, фигуры твёрдо и не очень стоящие на ногах. На брусчатке, которой выложен двор вокруг дома, разлились пивные подтёки. Подтёки шампанского, бутылки со сколотыми горлышками и масса хабариков. Кто-то рассыпал пачку «Бонд»… Света глянула на часы — 02:23, часть народа следует выпроводить, — вечеринка влилась в неконтролируемую фазу.
У входа в сауну валялись помятые, подозрительно мутные изнутри, презервативы… Уже слишком! Кто, суки, будет это убирать?!
— Бля! Говорила же, уроды, с собой забирайте! — кричала она парню, цедящему шампанское из горла, и укутанному в полотенце на римский манер.
Светочка, ну иди сюда… — позвал парень, чьего имени она не запомнила.
Вообще интересная ситуация получилась. Приглашённые начали созывать, тех, кого не звали хозяева. «Мы в Зеленогорске! На пятой линии!» — и принимались объяснять по айфонам, как добраться. В итоге была туева хуча посторонних! С мутными взглядами, на ревущих авто с помятыми бамперами и боковыми дверьми обильно залепленными скотчем на месте стёкол, а также странные умильные парочки, появляющиеся и исчезающие внезапно…
Парочки!
Она вспомнила, что было полчаса назад, но чему не придала значения. Пары алкоголя ещё цепко держали раздувшуюся голову в объятиях. Кругом плясали, визжали, сосались по углам, от громкой музыки дрожали стены, звенели бокалы на столе…
Максим, в роли Санта-Клауса — парень из её группы, уже без бороды, в традиционном красном пальто на голое тело, в прикольных трусах с сердечками на миг прервал идиллию громогласным басом (он это может!):
— Там такое! — развёл он руками. — Захожу… ноги в небо… А они мне — занято! Нет, ну вообще, блин…
Света похохотала со всеми. То ли смысла не поняла, то ли не расслышала, во всяком случае, продолжила вслушиваться в занимательный рассказ Дианы.
Говорили, иные падали на колени и даже не чувствовали этого!
Видимо, чтобы усилить головокружительный результат ещё больше, — под гогот и улюлюканье сопливых дружков-подружек двоюродной сестры, забивших самую большую комнату на первом этаже, — золотоволосый Коля снял футболку и насыпал соли на грудь…
Лена отпиралась не долго.
Слизывай! — скомандовал он.
— Ну, нет… — прошептала она зачем-то, уже почти коснувшись языком пахнущей ароматом дорогостоящего одеколона кожи парня.
Докатилась! — подумала Лена, но мысль не сверкала тревожно неоном среди темноты. Она ворочалась в общем, бессвязном потоке, в стае вспугнутых щукой мальков, иногда показывая лишь немного более блестящий хвост — говорящий: я мысль-предупреждение, и ничего общего с остальными развратными мыслями кишащими, подобно червям в банке в твоём мозгу, — не имею!
Она слизала. В руку тут же сунули стакан и в каком-то «полу отключенном» состоянии, в котором подсунь ей хоть не стакан, а вот даже утюг — она бы поднесла его ко рту и попыталась бы выпить, — Лена припала к краю и, зажмурившись, осушила до дна…
Внутри воспылал огонь, по телу разнеслось щекотливое тепло. Про закусить лаймом забыла. Тяжело дыша, она широко раскрыла глаза. И поплатилась за это…
— Ура-а-а! С Новым Годом! — заорали вокруг расплывчатые пёстрые юношеские фигуры, активно выделяющие пахучий секрет в воздух, завлекающий самок к совокуплению. Лену повело, она схватилась за дверной косяк, под локоть тут же кто-то подцепил и повёл из комнаты прочь…
Сестра… Кто же… Света…
Чой-то мне нехорошо… — сказала Лена, держась за лоб.
Всё будет нормально. Отдохнёшь и выйдешь к нам…
В комнате рядом с верандой на удивление никого не оказалось. Если б они способны были чувствовать сухой воздух — оценили бы тепло. Лена не легла — упала, в пищеводе горело. Начала расстёгивать фланелевую рубашку и ремень висящий на лобке (штаны — а-ля жокей, а некоторые в институте на четвёртом курсе считают, что солдат Первой Мировой), но сапог не сняла…
А мальчик-то гламурненький… — себя не слыша, выдала Лена.
Ага… Я снаружи закрою. Сама потом отворишь…
И сестра — Светка, выскочила за дверь.
У неё красивое тело.
Отец грузин, но мать русская. Получилась блондинка, как мать, а в лице черты явно отцовские. Кто-то подумает, что может быть в этом красивого и пусть сразу вспомнит, какие чудесные получаются дети, родившиеся в смешанном браке — папа, предположим негр, а мать допустим русская. Хотя здесь будет проще, но эффект — не хуже…
Похоже, приехали стриптизёрши. Ворота открыты, долдонила музыка, весь подъезд к дому забили машинами. Слышался задыхающийся смех, матерная речь, кривляния и пьяные крики, виднелись оранжевые огоньки сигарет, пар идущий из разгорячённых глоток, фигуры твёрдо и не очень стоящие на ногах. На брусчатке, которой выложен двор вокруг дома, разлились пивные подтёки. Подтёки шампанского, бутылки со сколотыми горлышками и масса хабариков. Кто-то рассыпал пачку «Бонд»… Света глянула на часы — 02:23, часть народа следует выпроводить, — вечеринка влилась в неконтролируемую фазу.
У входа в сауну валялись помятые, подозрительно мутные изнутри, презервативы… Уже слишком! Кто, суки, будет это убирать?!
— Бля! Говорила же, уроды, с собой забирайте! — кричала она парню, цедящему шампанское из горла, и укутанному в полотенце на римский манер.
Светочка, ну иди сюда… — позвал парень, чьего имени она не запомнила.
Вообще интересная ситуация получилась. Приглашённые начали созывать, тех, кого не звали хозяева. «Мы в Зеленогорске! На пятой линии!» — и принимались объяснять по айфонам, как добраться. В итоге была туева хуча посторонних! С мутными взглядами, на ревущих авто с помятыми бамперами и боковыми дверьми обильно залепленными скотчем на месте стёкол, а также странные умильные парочки, появляющиеся и исчезающие внезапно…
Парочки!
Она вспомнила, что было полчаса назад, но чему не придала значения. Пары алкоголя ещё цепко держали раздувшуюся голову в объятиях. Кругом плясали, визжали, сосались по углам, от громкой музыки дрожали стены, звенели бокалы на столе…
Максим, в роли Санта-Клауса — парень из её группы, уже без бороды, в традиционном красном пальто на голое тело, в прикольных трусах с сердечками на миг прервал идиллию громогласным басом (он это может!):
— Там такое! — развёл он руками. — Захожу… ноги в небо… А они мне — занято! Нет, ну вообще, блин…
Света похохотала со всеми. То ли смысла не поняла, то ли не расслышала, во всяком случае, продолжила вслушиваться в занимательный рассказ Дианы.
Страница 1 из 13
