Где-то читал, что психологи рекомендуют вести дневник. Это вроде как должно помочь уравновешивать психику. Надеюсь для меня еще не всё кончено и есть еще что уравновешивать. Ха!
Добавить в моё избранное
46 мин, 21 сек 10157
Когда привычный тебе мир рушится на глазах — это жутко. А жить на обломках старого мира в этом плане гораздо проще. Достаточно лишь адаптироваться к новым условиям существования. Убедить себя, что вот с этого самого момента нет ничего, что было раньше. И тебя, такого как раньше, быть не должно. Иначе не выживешь. Либо сожрут, либо сойдешь с ума… и всё равно сожрут. Ключ любого выживания в приспособляемости к изменяющейся окружающей среде. Когда мы с Кейти были в Элкинсе, мы не ощущали в полной мере разрушения нашего мира. Даже когда наблюдали за уничтожением Чарлстона, всё происходящее казалось жутким кошмарным сном, и всё сильнее нам хотелось двинуться вперёд, выбраться из этого ужаса. Добраться до Цинцинатти, до федеральных властей, которые держат ситуацию под контролем. Чтобы объехать Чарлстон, нам пришлось сделать солидный крюк, на шоссе 64 мы выехали у Кросс-Лейнс, промчались по мосту через реку Канова и не останавливаясь мчались на запад до самого Хантингтона. В город мы решили не заезжать, но когда проезжали мимо видели поднимающиеся над городом столбы дыма от многочисленных пожаров. Заезжать было по сути уже некуда. А у Култона на обочину вышел человек и поднял руку с большим пальцем вверх, я почти инстинктивно среагировал на этот обычный жест и остановился. Мужчина моментально запрыгнул в кузов нашего пикапа, я открыл заднее окошко и он представился:
«Привет! Я — Майк! Ух! Не думал что на востоке еще мог остаться кто-то живой и на машине! Вы откуда, ребята?» Когда мы сказали что из Нью-Йорка, у Майка глаза на лоб полезли. Он рассказал, что Нью-Йорка не просто больше нет. Город уничтожили тактическим ядерным зарядом, иначе его зачистить от заражённых не представлялось возможным. А все лагеря с беженцами из Большого Яблока, военные сожгли напалмом, ибо не в силах были остановить распространение инфекции среди людей. Правительство отдало приказ о создании карантинной зоны, запретив выезжать из неё любым гражданским лицам. Сообщалось, что на территорию карантинной зоны будут организовываться совместные экспедиции Национальной гвардии и врачей ЦКЗ, как-только будет разработана вакцина от вируса. Но большинству стало понятно, что людьми из карантина просто решено пожертвовать для спасения страны. А потом стало понятно, что инфекция уже пробралась через санитарные кордоны и власти приняли решение о перемещении границ зоны отчуждения. Военные начали отступать. В некоторых местах зачищая города полностью. Где-то напалмом, где-то обычным вооружением. Майк был из Култона, он слышал от убегавших, что Чарлстон и Хантигтон вояки спалили дотла, а вот в Култоне было по-другому, они вошли в город и просто прошли сквозь него, расстреливая всех кого видели. В это было сложно поверить, но нам это рассказал человек который видел всё это своими глазами и выжил только потому что забрался в канализационный люк и солдаты не догадались туда заглянуть. Но самое важное в его рассказе было то, что военные ушли из Култона совсем недавно и двинулись на запад по 64 шоссе. Поэтому Майк предложил поехать по параллельной дороге местного значения. Мы так и поступили. Посовещавшись, мы решили, что военных надо обогнать. Ибо они наверняка отодвинувшись на определённое расстояние — устроят новые блок-посты и тогда пробраться сквозь них на безопасную территорию будет нереально. А если бежать впереди них, то риск хоть и есть, но так-же велики шансы спастись. Обратно на шоссе 64 мы выбрались за Грейсоном. В городе была слышна стрельбы. Военные явно были настроены крайне серьезно. Мы ехали не останавливаясь всю ночь, израсходовали почти весь запас бензина. Заправка на повороте в сторону Морхеда на удивление работала. Как-будто это был какой-то другой мир. Цены на топливо правда выросли изрядно. Но мы не жалели денег и заправили полный бак и три канистры. После чего я заявил что дальше вести не могу, ибо засыпаю за рулем. Майк вызвался вести машину, ибо стоять на месте, зная о приближении военных нам не хотелось. Я лег в кузове и уснул. Кейти дремала в кабине. Майк разбудил меня когда мы подъехали к Маунт-Стерлинг. В городе наверняка был в действии комендантский час и въезжать в него ночью не стоило. Мы съехали с дороги и заночевали. Впереди лежал Лексингтон, и шоссе 64 проходило прямо по его окраине. С развилкой на север, в Цинцинатти. По развилке из города выезжало множество машин. Затора не было, но ехали они очень медленно. Но постепенно мы стали все чаще останавливаться, по мере приближения к развилке на Цинцинатти. Я пользуясь тем, что сижу в кузове, спросил у мужчины сидящего в соседней машине и двигавшейся параллельно нашей, куда все собрались? Он удивился, что мы не в курсе, сказал что из-за жестоких действий военных толпа беженцев наводнила Цинцинатти и среди них оказалось много инфицированных, которые через время начали умирать и превращаться в зомби. Ну и понятно жрать всех вокруг. В общем Цинцинатти переполнен мертвяками и потерян. Говорят правительство, сенат и президент сгинули в этом бардаке. Что будет дальше никто не знает.
«Привет! Я — Майк! Ух! Не думал что на востоке еще мог остаться кто-то живой и на машине! Вы откуда, ребята?» Когда мы сказали что из Нью-Йорка, у Майка глаза на лоб полезли. Он рассказал, что Нью-Йорка не просто больше нет. Город уничтожили тактическим ядерным зарядом, иначе его зачистить от заражённых не представлялось возможным. А все лагеря с беженцами из Большого Яблока, военные сожгли напалмом, ибо не в силах были остановить распространение инфекции среди людей. Правительство отдало приказ о создании карантинной зоны, запретив выезжать из неё любым гражданским лицам. Сообщалось, что на территорию карантинной зоны будут организовываться совместные экспедиции Национальной гвардии и врачей ЦКЗ, как-только будет разработана вакцина от вируса. Но большинству стало понятно, что людьми из карантина просто решено пожертвовать для спасения страны. А потом стало понятно, что инфекция уже пробралась через санитарные кордоны и власти приняли решение о перемещении границ зоны отчуждения. Военные начали отступать. В некоторых местах зачищая города полностью. Где-то напалмом, где-то обычным вооружением. Майк был из Култона, он слышал от убегавших, что Чарлстон и Хантигтон вояки спалили дотла, а вот в Култоне было по-другому, они вошли в город и просто прошли сквозь него, расстреливая всех кого видели. В это было сложно поверить, но нам это рассказал человек который видел всё это своими глазами и выжил только потому что забрался в канализационный люк и солдаты не догадались туда заглянуть. Но самое важное в его рассказе было то, что военные ушли из Култона совсем недавно и двинулись на запад по 64 шоссе. Поэтому Майк предложил поехать по параллельной дороге местного значения. Мы так и поступили. Посовещавшись, мы решили, что военных надо обогнать. Ибо они наверняка отодвинувшись на определённое расстояние — устроят новые блок-посты и тогда пробраться сквозь них на безопасную территорию будет нереально. А если бежать впереди них, то риск хоть и есть, но так-же велики шансы спастись. Обратно на шоссе 64 мы выбрались за Грейсоном. В городе была слышна стрельбы. Военные явно были настроены крайне серьезно. Мы ехали не останавливаясь всю ночь, израсходовали почти весь запас бензина. Заправка на повороте в сторону Морхеда на удивление работала. Как-будто это был какой-то другой мир. Цены на топливо правда выросли изрядно. Но мы не жалели денег и заправили полный бак и три канистры. После чего я заявил что дальше вести не могу, ибо засыпаю за рулем. Майк вызвался вести машину, ибо стоять на месте, зная о приближении военных нам не хотелось. Я лег в кузове и уснул. Кейти дремала в кабине. Майк разбудил меня когда мы подъехали к Маунт-Стерлинг. В городе наверняка был в действии комендантский час и въезжать в него ночью не стоило. Мы съехали с дороги и заночевали. Впереди лежал Лексингтон, и шоссе 64 проходило прямо по его окраине. С развилкой на север, в Цинцинатти. По развилке из города выезжало множество машин. Затора не было, но ехали они очень медленно. Но постепенно мы стали все чаще останавливаться, по мере приближения к развилке на Цинцинатти. Я пользуясь тем, что сижу в кузове, спросил у мужчины сидящего в соседней машине и двигавшейся параллельно нашей, куда все собрались? Он удивился, что мы не в курсе, сказал что из-за жестоких действий военных толпа беженцев наводнила Цинцинатти и среди них оказалось много инфицированных, которые через время начали умирать и превращаться в зомби. Ну и понятно жрать всех вокруг. В общем Цинцинатти переполнен мертвяками и потерян. Говорят правительство, сенат и президент сгинули в этом бардаке. Что будет дальше никто не знает.
Страница 7 из 12
