Ритори

— Ты чё творишь, придурок! — всё, что успел выкрикнуть он, прежде чем его вывернуло наизнанку.

— Дайте кто-нибудь и мне сигарету, — попросил Вадим Дмитриевич.

Михаил, закуривший очередную сигарету, протянул пачку полицейскому. Тот вытянул сигарету и благодарно кивнул.

— И всё-таки, Михаил, никто из нас не осмелился произнести некоторые вещи, — тихо заговорил Вадим Дмитриевич и поднялся со скамейки, — про которые знаем мы все, но боимся сказать, потому что они не поддаются никакому объяснению. В этом заброшенном здании что-то не так. Помните, к примеру, громкий смех девочки? Смею всех вас заверить, что в этот момент Игорь и его дочка Света уже покинули это жуткое строение. Клянусь вам, я сам это видел.

— Я не понимаю, о чём это ты? — удивился Андрей. — Разве это не Светка смеялась? Так звонко смеётся только она, я в этом уверен на сто процентов.

— Скажи мне, Андрюха, как она могла смеяться, если я её своими глазами видел в окно. Она шла к нашей машине, а машина была с включенными фарами. Я ошибиться никак не мог, — возразил ему Вадим Дмитриевич. — Признаюсь, камень в окно кинул я. А вот смех девочки — это выходит за грань моего понимания.

— Тише… тишь… тише, — прошептал Михаил. — Такое ощущение, что в этом здании воспроизводятся звуки, которые прозвучат в скором будущем… Бред это всё, конечно… Ладно, давайте возвращаться на базу. Выпьем пару бутылочек пива за неудавшийся розыгрыш.

ЗО.

Антон и Игорь минут десять не могли прийти в себя, после того как поняли, что Иосиф их конкретно разыграл. Антон хохотал без умолку: он катался по земле и держался за живот. Чуть-чуть успокаивался, вспоминал произошедшее, и вновь впадал в истерику. Игорь, отплёвываясь, совал Иосифу под нос кулак.

— Ах ты, гадина! — возмущался он. — Ты чего целоваться полез?! Педик, что ли?

Когда все трое мужчин успокоились, они поднялись с земли и в весёлом настроении пошли к базе отдыха.

Иосиф и два милиционера вышли на широкую лесную дорогу, идущую мимо заброшенного здания. Иосиф автоматически поднял голову и посмотрел на окно, в котором первый раз увидел «мистическую Ритори» и улыбнулся. В окне была видна девочка, она отчаянно махала руками. Иосиф повернулся к Игорю и спросил:

— Не надоело ещё твоей дочери изображать Ритори? И нечего ей там одной бродить, пол совсем прогнил, еще провалится… Папаша, тоже мне…

Полицейские остановились, как вкопанные, и, задрали головы вверх.

Девочка всё так же отчаянно махала руками, а затем принялась что-то писать на стекле.

— Светка давно уже дома. Я её сам вчера на машине отвёз, — прошептал Игорь.

— Я так понимаю, шутки ещё не закончились, — предположил Антон.

Иосиф подошёл поближе к дому и внимательно присмотрелся.

— О, Господи! — вскрикнул Иосиф. — Это ж Олька — дочка Михаила! Что она там делает?

Внезапно Оля начала лупить кулаками по стеклу. Стекло загремело. Затем бедная девочка исчезла на несколько секунд и резко появилась. Видимо, с разбегу дитё запрыгнуло на подоконник, налетело на стекло и, вместе с осколками, полетело вниз. Приземлилась Оля неудачно — она ударилась головой о камень, на котором в свое время лежала голова Светы, испачканная красной краской для пущего эффекта.

Иосиф страшно закричал и кинулся к несчастной девочке.

Вокруг Олиной головы начала растекаться кровь. Иосиф поднял её бездыханное тело с земли и побежал к полицейской машине. Игорь и Антон бросились вслед за ним.

— В больницу! — заорал Иосиф. — Срочно!

31.

Михаил почуял неладное, когда увидел свежую кровь на камне. Он сразу же побежал к их базе отдыха. Андрей и Вадим Дмитриевич рванули за ним.

Очутившись на территории жилой базы отдыха, Михаил вдруг резко остановился. У его ног, на тротуарной плитке, было выведено чем-то красным: «РИТОРИ РАЗОЗЛИЛАСЬ». Михаил быстрее реактивного самолёта взлетел на второй этаж и закричал:

— Лариса! Дети! Где вы?!

В этот момент на улице раздались два выстрела. Поняв, что в доме никого нет, Михаил выскочил во двор. Никого. Затем он бросился к сараю, в котором лежали дрова для мангалов.

В сарае, на полу, в луже крови, лежала его жена Лариса. Ее шея и руки были изорваны в клочья. Над ней, склонившись, стоял на коленях его сын Артём и громко рыдал.

32.

Все друзья Михаила (кроме Иры) и трое полицейских — Вадим Дмитриевич, Антон и Игорь, молча, стояли у темных дверей в узком помещении морга. Они не смотрели друг на друга, лица их были бледны. Никакие слова не шли на ум.

Свет в коридоре неприятно мерцал. Тёмная дверь медленно, с каким-то жутким скрипом, стала открываться, и через несколько секунд на пороге появился врач-патологоанатом:

— Девочка умерла не от черепно-мозговой травмы, а от разрыва сердца, — тихо произнёс он.